Тень императрицы - Анна Шнайдер

— Доброе утро, айла Дайд, — первым поздоровался Гай, подходя ближе. — Позволите сесть?

— Доброе, — кивнула девушка, едва заметно улыбнувшись. — Конечно, садитесь, айл Араниус.

Гай дёрнулся, будто Тайра ударила его кнутом.

— Откуда вы?..

— Садитесь, — повторила она, указав на диван рядом со своим креслом. — У нас не так много времени, как вы думаете. Стоит только Агате сообразить, что вы здесь, как она помчится сюда, забыв про завтрак. Она прекрасная девочка, но ей ещё предстоит понять: то, как она хочет — это не всегда лучший вариант.

Гай засмеялся, уловив в голосе Тайры добрую иронию, и всё-таки сел, чувствуя, как напряжение, появившееся в нём после того как девушка назвала его фамилию, начинает постепенно рассасываться.

— У меня бывают озарения, — между тем продолжала Тайра, с любопытством рассматривая собеседника. — Я вижу человека и что-то понимаю о нём. Если взять за руку, эффект будет сильнее, но простите — сейчас я не стану этого делать. Как только вы вошли в комнату, я увидела и вашу настоящую внешность, и поняла имя.

— А родовая магия? — Гай даже подался вперёд, вглядываясь в лицо Тайры. Неужели то, о чём она говорит, и правда возможно?

— Хм, — девушка прищурилась. — Любопытно. Ваша родовая сила закрыта мощным средством, которое создали мой отец и Рон Янг.

— Ваш отец?..

— Он тоже на службе у императора, — пояснила Тайра, улыбнувшись. — И у них получается работать вместе. У вас тоже получится.

— Да? — протянул Гай, уже понимая, что первоначальный план разговора с женой главного дознавателя давно полетел в бездну. — Хотите сказать, мы сможем разработать аппарат, который будет видеть в крови нетитулованного мага формулу наследуемого кода родовой магии?

— А вы сомневаетесь? — Тайра наклонила голову, и её лазурные глаза будто стали ещё ярче — Гаю даже захотелось зажмуриться. — Почему?

— Наверное, потому что в глубине души я думаю, что это невозможно. Если есть родовая магия — есть и формула, если родовой магии нет — нет и формулы.

Девушка несколько секунд молчала, не моргая — только смотрела на Гая, и ему чудилось, будто его засасывает внутрь её сказочных глаз.

Наваждение рассеялось, когда Тайра всё же моргнула, усмехнулась и произнесла:

— Давайте, чтобы вам было проще, я объясню несколько иначе. Представьте себе такую ситуацию, айл Араниус: в больнице лежит смертельно больной человек. Врач уверен, что ему нельзя помочь. Об этом говорит его опыт и, если хотите, интуиция. Мимо палаты проходит незнакомец, смотрит на умирающего и утверждает, что помочь ему можно. Незнакомец — не врач, он просто так чувствует. Верит в это. Вопрос к вам: кто из этих людей сможет поставить на ноги больного?

Гай озадаченно нахмурился.

— Никто?

Тайра явно развеселилась.

— Почему же?

— Потому что врач говорит, что ему нельзя помочь.

— Получается, вы приняли сторону врача, — кивнула Тайра. — Подумайте об этом на досуге. Я ведь не называла никаких диагнозов, ничего, кроме того, что человек умирает, врач бессилен, а не-врач верит, что помочь возможно.

— Я больше склонен верить квалифицированным специалистам.

— И пока вы от этого не избавитесь, так и будете топтаться на месте, — улыбнулась Тайра, ввергнув Гая в шок. — Точнее, вас будет тащить Рон — он начисто лишён предрассудков. Но если вы хотите не быть ему обузой, вам придётся вспомнить, что любой квалифицированный специалист может ошибаться. Что прогресс двигают верующие энтузиасты, как та же Эн Арманиус, о которой вчера не говорил только ленивый. Единственное, что вам мешает — это ваше неверие.

— Оно основано на моих знаниях, — возразил Гай, чувствуя себя школьником, которого ругает за несделанный урок директор школы.

— Никакие знания не могут быть абсолютными, — невозмутимо ответила Тайра, вздохнула, на мгновение задержала дыхание, а затем сказала, вновь ярко блеснув глазами: — Вспомните об этом, когда будете гореть.

11.6

***

За завтраком Виктория настолько задумалась, прокручивая в голове слова императора о возможной прогулке с Болдиусом, что чуть не пропустила вопрос Агаты, сказанный с искренним энтузиазмом:

— Пап, а Гай ведь пойдёт к Тайре вместе со мной и Элли? А можно нам послушать, что она ему будет говорить?

Точно, Виктория же сама переносила совещание на час позже, чтобы Гай успел пообщаться с Тайрой. Она совсем забыла об этом. Значит, после завтрака не нужно торопиться в зал для пространственных лифтов. А чем в таком случае заняться? Её-то к Тайре точно не пустят.

Но тут Виктория едва не поперхнулась кашей, услышав от Арена краткое:

— Гай уже у неё, моя радость.

— Что? — Агата сразу вскочила со стула. Встала и поставила руки в боки, глядя на отца с недовольством. — Но, пап!

— Любопытство — не порок, а способ существования, — невозмутимо откликнулся император, вытирая губы салфеткой. — Это про тебя, Агата.

Ариэлла фыркнула и потянулась к принцессе, заставив её вернуться на место.

— Можешь направить свой гнев не только на меня, но и на Тайру, — подмигнул дочери Арен. — Она всё это устроила.

— Ваше величество, — с весёлой укоризной покачала головой София, — нехорошо перекладывать вину на беременную женщину.

Арен согласно кивнул.

— Ты права. Но ты только посмотри, как грозно Агата на меня смотрит. Вдруг разорвёт?

Виктория, не выдержав, рассмеялась, и Агата тоже улыбнулась, наконец перестав дуться.

— Я просто хочу понять, почему чувствую Гая важным! — пробормотала девочка, возвращаясь к своему какао. — Ты говорил, что знаешь, пап, но я сама хочу понять.

— Нельзя, — кратко ответил Арен и встал. — Всё, я пошёл. Увидимся вечером.

Он поочерёдно обнял детей, в том числе и смущающуюся Ариэллу, даже щёлкнул её по носу, вызвав радостный смешок, поцеловал Виктории руку, кивнул Софии и шагнул в камине. Огонь укутал его фигуру пламенным плащом, взметнулся, насыпав искр на пол, заволновался, а потом успокоился — значит, у императора начался новый рабочий день.

— Побежали, Элли, Алекс! — тут же выпалила Агата, хватая брата и подругу за руки. — Может, Тайра ещё не договорила с Гаем и мы успеем услышать хотя бы немного!

— Вот неугомонная личность, — хмыкнула София, наблюдая за тем, как Агата тащит