Необычный любовный роман - Эшли Постон

— Я не собиралась падать в объятия Гарнета, если тебе интересно, — сказала я ему, но он даже не обернулся, расставляя книги Майкла Крайтона на верхней полке.

— Это не моё дело. Я тебе не надзиратель.

— Зато из тебя получился бы довольно горячий сопровождающий.

От его испепеляющего взгляда мятные глаза потемнели, и он подкатил к торцевому стеллажу новые книги для витрины. По крайней мере, он посмотрел на меня. Это уже было началом.

— В книжном магазине есть парадная дверь, но если ты предпочитаешь окно, кто я такой, чтобы спорить?

— Я… — я уставилась на него. И тут до меня дошло. — О боже мой, ты ревнуешь.

Он фыркнул, отворачиваясь.

— Я не ревную.

— Ревнуешь!

— Мне всё равно, если ты пойдёшь и будешь делать с Гарнетом всё, что захочешь. Это не имеет значения. Утром его всё равно здесь не будет, — добавил он с усмешкой.

— Что ж, может, я так и сделаю!

— Ну и пожалуйста.

— Отлично.

— Отлично!

— Отлич…

— Нет, не отлично, — сдался он, резко оборачиваясь ко мне. — Потому что от одной мысли о том, что другой человек будет делать что-то с тобой. Для тебя, — и его голос перешёл в рычание, а глаза потемнели от обещания. — Тебе. Это сводит меня с ума.

От его признания я резко вдохнула.

— Но ты ведь мог бы уже.

— Да, но я хочу, чтобы ты помнила, когда я это сделаю, — он глубоко вздохнул, собираясь с духом. — Я просто не хочу секса на одну ночь с тобой.

Мои глаза расширились.

О.

— Тогда, — сказала я, мой голос был тихим и дрожащим, боясь спросить, — чего ты хочешь?

Он подошёл ко мне и немного наклонился, чтобы посмотреть мне в глаза — так же, как он смотрел на меня в ту ночь на лестнице, — и легко поцеловал меня в губы. Мягко. Нежно. Словно я была сделана из крученого стекла. Так невесомо, и всё же я почувствовала это до самых кончиков пальцев ног.

— Вот этого, — прошептал он, как секрет только для нас двоих. — Снова и снова. Пока нас не начнёт тошнить друг от друга…

Входная дверь распахнулась, и Майя ворвалась внутрь как буря. Мы с Андерсом отскочили друг от друга, словно ошпаренные. Он быстро сунул руки в карманы, а я сделала вид, что занята торцевым стеллажом.

Майя ничего не заподозрила.

— Девичник! — воскликнула она, приглашая меня на выпивку в «Насест». Её щёки обгорели на солнце, а короткие черные волосы вились вокруг ушей. Наверное, они с Руби отлично провели время на озере Стеллар. — Ты ведь с нами?

— Я… — я замялась, взглянув на Андерса.

— О, да ладно! Это может быть твоя последняя ночь здесь! Отпразднуй её с нами? — спросила она, взяв меня под руку.

За её спиной Андерс одними губами произнёс: «Иди» с уступающим кивком и вернулся к своей витрине Майкла Крайтона на торцевом стеллаже. Он начал приклеивать крошечные вырезанные фигурки тираннозавров, поедающих людей на унитазах, вдоль верхней полки.

— Конечно, — ответила я ей.

— Отлично! Только для девочек, извини, — добавила она, обращаясь к Андерсу.

Он поставил «Парк Юрского периода» обложкой вперёд.

— Я уязвлен, Майя, я думал, что я почетный член клуба?

— Времена меняются, — загадочно ответила Майя, вытащила меня из книжного магазина и потащила через улицу в бар. Я оглянулась напоследок на книжный магазин, и Андерс стоял в обрамлении окна, провожая меня взглядом.

Хотела бы я сказать, что с нетерпением ждала девичника, но мои мысли всё ещё были в книжном магазине, заглядывая в прекрасные зелёные глаза его владельца. Я ему нравилась — я действительно ему нравилась. Я не совсем понимала, что чувствовать. Радость? Нервозность? Страх от того, что я ему нравлюсь? Счастье от того, что это так? Я читала о подобных признаниях сотни раз, но ни одно из них не подготовило меня к этому. Он не был настоящим, но бабочки в моем животе были вполне реальными.

Джемма и Джуни уже устроились за столиком, потягивая пиво и мохито, и я думала о том, когда смогу вернуться в книжный магазин. Они помахали нам с Майей, и Майя была впечатлена тем, что её сестра действительно закрыла магазин пораньше, чтобы присоединиться к ним выпить.

— Раз в сто лет можно, — укорила Джемма. — Из-за тебя я кажусь трудоголиком.

— Просто самая занятая из пчёлок, — ответила Майя, ухмыляясь, и сестра в шутку пихнула её в плечо.

Ладно, я не могла вернуться в книжный магазин — я не хотела пропустить и это тоже.

В книгах было несколько таких девичников: все героини были лучшими подругами. Джуни, Джемма, Руби, Би и Майя. Полагаю, я заняла место Би, так как она уехала из города. Но прежде чем она это сделала, они всегда собирались за круглым столиком у окна в баре, заказывали огромную тарелку луковых колец, щедро политых сыром и чили, и искали помощи, товарищества или терапии у своих подруг. Я поняла, что это было очень похоже на мой книжный клуб, и пока женщины смеялись и подкалывали друг друга внутренними шуточками, я поймала себя на том, что скучаю по своим друзьям. Интересно, как они там без читательского марафона «Суперпошлого книжного клуба» в этом году и без моей коробки рислинга, который помогал Мэтту пережить подсчет Джанель количества упоминаний слова «член». (Она ставила галочку каждый раз, когда использовалось слово «член». В прошлом году мы дошли до шестидесяти девяти раз. Это было мило).

— Би сказала, что хочет скоро приехать домой погостить, — произнесла Джуни.

Джемма спросила:

— С Гарнетом или без?

Майя знала ответ.

— Без. Руби сказала, что её брат сегодня вернулся в город, взял кое-какие вещи и уехал в мегаполис. Живёт этой своей панк-рок-мечтой, — добавила она с грустью, показывая «козу». Я сделала большой глоток вина, потому что, по-видимому, мне выпала честь увидеть его в те две секунды, что он был в городе. Везёт же мне.

Джуни закатила глаза.