Средневековая история - Галина Дмитриевна Гончарова

Как же это красиво, когда твоя женщина играет с твоим сыном...

Он обожал Миранду, но сын — это не дочка. Это совсем другое, не более высокое или любимое, просто — иное.

Наследник.

Продолжатель рода.

Джайс Алексис Иртон. Его личное чудо, привезенное из Уэльстера. Копия папы, кстати говоря. Лиля даже ворчит немножко, мол, ничего нет от матери.

Это*она так, не всерьез. В шутку...

— Солнышко светит. Только что пыталось мне пяткой в глаз засветить, — хмыкнула Лиля.

Джее подхватил сына и подбросил к потолку. Потом поймал и опять подкинул.

Невысоко, конечно...

Ты мое маленькое чудо...

— Как ты думаешь, Мири обрадуется еще одному братику или сестренке?

— Я подумаю об этом, — согласилась Лиля. — Но хочу .тиметить, что благородному графу вскорости нужно во дворец...

— А мы не успеем?

— Боюсь, что не успеем, — лукаво улыбнулась Лили- ин. — Придется подождать до вечера.

Джее поцеловал супругу в шею и улыбнулся.

И тут же получил от сына.

-У-ди!

А чего это папа целует маму, когда тут есть — ОН?! Неподражаемый и любимый Джайс Иртон! Его и надо цело- нать!

Вот!

Джерисон рассмеялся от всей души — и умчался во дворец. А Лиля принялась возиться с ребенком. Плохие мысли она просто выкинула из головы.

До поздней ночи...

❖ ❖ ❖

— Не нравится мне это. Эти убийства.

Да, мужчинам после любви хочется покушать, а женщинам — поговорить. Правда, не обязательно об убийствах, но на то и Лилиан Иртон.

Джерисон закусил ломоть ветчины и что-то промычал. Зная супруга, Лилиан позаботилась, чтобы в спальне было и что перекусить, и что выпить. А сытый и довольный граф Иртон и разговаривать будет охотно.

-Что?

— Мне тоже... ам... не нравится.

— Риана была милой девочкой. Но мало ли что она рассказывала о Миранде.–

— Думаешь, нашей малышке что-то угрожает?

— Боюсь. Я просто за нее боюсь. Маньяки хоть и предпочитают определенный тип внешности, но мало ли что?

— Ганц найдет эту тварь.

— Хорошо бы...

Рассказать про опыт своего мира Лиля не могла. А то бы сказала, что и там-то маньяков далеко не всегда находили. Со всеми достижениями криминалистики, экспертами, компьютерами и прочими полезными вещами.

Даже там...

А тут? Где отпечатки-то пальцев только недавно научились снимать, и надежности в них покамест маловато?

Нет, Лиля плохо верила в торжество справедливости.

— Надо приставить к Мири охрану. Обязательно.

— Конечно, Лили. Как скажешь.

Лиля вздохнула.

Как-как... тут как ни скажи, а сердце ноет. И щемит что-то...

Возраст?

Предчувствие?

Черт его знает... она сформулировать точно не может. Она просто волнуется за Мири, Джеса, Джайса, за всех, кто ей дорог и близок...

Прекрасное чувство — любовь, но оно делает тебя таким уязвимым...

Авестер.

— Леди Сейнель.

— Ваше величество!

Означенная леди низко присела, показывая соблазнительные полушария в глубоком вырезе. Блеснула капелька сапфира на цепочке, сам камешек терялся в притягательной расщелине и так и манил — вытащи меня. Вытащи...–

Двадцатилетняя леди вообще была сплошным соблазном.

Не слишком высокая, с пшеничными волосами и гро- • мадными голубыми глазами, с высокой грудью и тонкой талией... портили впечатление только кривоватые ноги, по под платьем и не видно. А так — само очарование.

Воплощенная невинность.

Энтор не сомневался — Ирида своего добьется. Устоять перед таким очарованием невозможно.

Шестая дочь безземельного лэйра, она прибыла ко двору с единственным платьем, и практически сразу же вышла замуж. Правда, муж был на пятьдесят лет старше и весил вчетверо больше, но разве это было важно?

Главное, он был богат!

И леди Ирида с радостью надела брачный браслет с сапфирами.

Ее не остановило даже, что внуки ее супруга были почти что ее ровесниками.

Муж прожил еще около трех лет, потом помер от удара, и молодая вдова обосновалась при дворе. О ее ситуации все знали...

Что ж, и такое бывает.

Вдовья доля и вдовий дом ей отошли, но и только. Остальным завладели дети ее супруга.

А что делать женщине, когда у нее нет денег, а хочется много чего?

Ирида выбрала для себя путь придворной красотки, и не пожалела.

С ней оказывались в постели, ей дарили драгоценности, она кое-что откладывала на старость, только вот — увы. Замуж выйти у нее уже не получится. Кому ж охота взять к себе в дом коврики, на которых, считай, каждая собака перевалялась.

Пока леди это не огорчало.–

Она резвилась при дворе, щедро наделяя понравившихся ей мужчин своими ласками, и не собиралась уставать.

Энтор ее услугами не пользовался, кстати говоря.

Негоже королю стоять в длинной очереди, да еще и без гарантии, что он окажется в ней последним. И безопасность тоже — мало ли что от нее подцепишь?

Хотя — хороша! Ничего не скажешь — высший класс.

— Леди Ирида, у меня для вас есть поручение.

— Ваше величество, я вся — внимание.

И пальчиком по шейке, невзначай так...

Энтор не обратил на это внимания. И перешел к делу _ чего тянуть?

— Леди, вы хотите быть независимой? Рядом с вашим вдовьим домиком есть симпатичное поместье. Оно принадлежит короне... я говорю о поместье Аклен.

Леди подобралась и внимательно поглядела на короля.

— Ваше величество, что я должна сделать?

Она действительно была неглупа.

Видела, что король не реагирует на ее прелести, поняла, что ее позвали не ради примитивного секса, и решила обсудить дело.

Итак?

— Вы должны отправиться в Ативерну.

— Ативерну, ваше?..

— Молчите и слушайте, — оборвал Энтор.

Леди поклонилась, показывая, что этим она и будет заниматься.

— Вы доедете в составе нашего посольства. Туда же поедет и барон Лофрейн. Его цель — графиня Иртон, ваша цель — граф Иртон.

— Что я должна сделать, ваше величество?

— Как минимум — затащить его в постель. Лучше, сделать так, чтобы он забыл обо всем, бросил ради вас семью, хотя бы ненадолго, увлекся, начал тратить время и деньги...

Леди поклонилась еще раз.

Это она могла, это было несложно.

— В идеале — стать его постоянной любовницей на несколько лет, остальное узнаете потом.

— Иртоны... торговый дом Мариэль, ваше величество?

-Да.

Глаза в дамы заблестели.

Да, такое предложение на дороге не валяется.

Кружево, стекло, драгоценности... ПОДАРКИ!!!

Неужели граф постесняется одарить свою любовницу?

Графиня в расчет даже не принималась, она же старая, ей вроде как двадцать пять