Последний призыв - Лисса Рин

хитро блеснув васильковыми бусинками глаз из-под кустистых бровей, спросил старик. Казалось, он видел Торена насквозь. – Что ж вы все такие легковерные да беспечные. Поведутся на сладкоречивые обещания лукавой бесины, впустят ее в себя, а потом маются, бедовые, не зная, куда эту скверну девать.

– А еще у скверны скверное настроение, так что я бы попросила, – тихо прошипела Листера, явно задетая за живое.

И Торен почти наверняка был уверен, что ее задели отнюдь не слова старца, а тот факт, что он так быстро сумел вычислить ее тщательно скрываемое присутствие.

– Что, не отпускает, бесовщинка-то? Али верховодит? – снова улыбнулся дед и хитро подмигнул.

– Оберегает, – сквозь зубы прорычал Торен слова Листеры и мотнул головой. – Нам бы полечиться, – уже спокойнее повторил он сам, смущенно пригладив волосы на затылке.

Под пристальным, пронизывающим взором Хозяина Торен совсем стушевался и растерял остатки красноречия, нервно переминаясь с ноги на ногу.

– Так я уразумел. – Дед поскреб заросший седыми волосами подбородок и вдруг помрачнел, завидев молча стоявшую позади брата Мелис. – А ребенка зачем с собой приволок? Рядом с бесноватым ей не место.

– Где ей место, она и сама разберется, – снова вопреки воле вырвалось у Торена. Его руки неуклюже дернулись, а тело слегка качнулось в сторону. Послушно сидящий до этого пес прижал уши и утробно зарычал. – Вот только именно ей сейчас и нужна помощь, и как можно скорее. Или здесь у вас принято байки с предвечными травить, вместо того чтобы помогать нуждающимся? – бросил Торен и, прищурившись, с вызовом посмотрел на старика.

Дед замолчал. Его брови сошлись на переносице, отчего взгляд стал тяжелым, пробирающим до костей.

– Извините, пожалуйста. Я не хотел, – суетливо попросил прощения Торен, сам от себя не ожидавший подобной бестактности. Вызывающий тон в голосе мгновенно стал виноватым. – Нам бы в храм. И поскорее.

– Следуй за мной, – оборвал его дед и, махнув ладонью, увлек за собой. Пес снова зарычал. – Бареш! Пропусти, – отрывисто приказал старик, даже не обернувшись в сторону животного, и тот послушно сел на задние лапы.

Сжав теплую ладошку Мелис, Торен поспешил за стариком, который, несмотря на свой обманчиво ветхий вид, шел бодро и легко. Его широкие валенки, казалось, практически не касались рассыпчатого, искрящегося на солнце снега. Торен сощурился и даже сделал из ладони козырек, но это мало помогло. Слезящимся глазам было очень некомфортно и даже немного больно.

– Потерпи, – шепнула Листера, словно прочитав его мысли. Хотя, может, и правда читала их, кто ж ее разберет? – Нам не очень нравится солнце.

– Не очень? Судя по ощущениям, вы его люто ненавидите, – тихо ответил Торен, а потом задумался: – А чувство, что мои ноги сейчас сгорят?.. – тяжело охнул парень, осторожно делая каждый шаг, словно под ним был не холодный хрусткий снег, а раскаленные угли.

– Закрестная земля. Для меня все равно что по намоленным иглам идти, – подтвердила Листера. – Тоже, как ты понимаешь, не лучшие ощущения.

– Торени, долго нам еще? – жалобно спросила Мелис. Ее голос от тяжелого дыхания сбился, стал сиплым и даже каким-то натужным.

– Уже на месте, родимая, – тепло ответил старик, даже не оборачиваясь, и указал на припорошенный снежком каменный колодец у низкого домишки. – По этой тропинке да к тому колодежу. Токмо осторожно ступайте, тут скользко.

Торен крепче сжал теплую ладошку сестры и подошел к едва виднеющейся над сугробом каменной кладке, укрытой сверху забавной деревянной крышей с лепниной в виде ярко раскрашенных грибов, ягод, листьев и густого мха. Точь-в-точь домик какого-то сказочного лесного существа. Сразу за колодцем возвышался ладно сложенный дом, из высокой печной трубы которого курился сизый дымок. На раскинувшемся вокруг дома деревянном заборе слабо раскачивались разномастные мешочки, сумки и котомки. Вязаные, холщовые, дорожные и даже современно-спортивные.

– Люди благодарят, – махнул рукой старик, заметив недоуменный взгляд Торена. – Сколько бы ни говаривал, что в том нет нужды, а они, упертые, все несут и несут. И оставляют прямо здесь. Я сумки не забираю, разношу местным. Особливо тем, кто немощен да здоровьицем слаб. – Он указал рукой на едва видневшуюся в снегу дорогу, ведущую в глубь деревни. – Да только меньше их, окаянных, не становится. – Старик досадливо стукнул тростью, но его глаза светились теплом и заботой.

– Обождите пока здесь, я подготовлю Переход, – произнес Хозяин и вошел в узкую аркообразную калитку.

– Ненавижу Переходы, – тихо простонала Листера и, спохватившись, предупредила: – Не наступай на воду.

– Какую воду?

Торен растерянно обернулся и только сейчас заметил тоненький ручеек голубовато-прозрачной ледяной воды, текущей из едва различимой трещины в колодце, что по всем законам физики было невозможно. Как и то, что ручей тек в определенном заданном направлении, вокруг колодца и вдоль всего забора, словно проводя черту.

– Так это и есть Переход? – догадался Торен и приблизился к ручейку – и тут же ощутил сильнейший болезненно-острый удар прямо в ступню.

Охнув от неожиданности, он отскочил назад и потряс ногой, словно в попытке сбросить жалящую судорогу.

– Говорила же, – сдавленно протянула Листера.

– Понятно. А дальше-то что? – тихо прошептал Торен, нетерпеливо ковыряя носком ботинка снег.

– Ждем, – натужно просипела Листера, и Торена немного повело в сторону. Ему пришлось приложить немало усилий, чтобы удержать равновесие. – Нужно, чтобы он позволил мне войти и обеспечил Мелис Закрестным барьером, а дальше я проведу обрат.

– Так-то, конечно, без вопросов. Но как ты собираешься объяснить все это старику?

– С этим ты поможешь, – хмыкнула вредная Листера, и Торен закатил глаза.

– Отлично! Мне, как обычно, достается все самое сложное.

– Торени, смотри, – вдруг дернула его за руку Мелис и указала куда-то за спину. – Их так много.

Торен обернулся и оцепенел: пока он вел неспешную беседу с Листерой, вокруг них собралось по меньшей мере пять огромных псов. И ближе всех к ним сидел тот самый привратник.

Торен дернулся к Мелис, но, запутавшись в собственных ногах, едва не упал. Благо успел вовремя схватиться за забор. Собаки настороженно пошевелили ушами и принюхались.

– Спокойно, – шепнула Листера, – ей не причинят вреда. Они пришли вслед за мной. И тобой. Так что очень прошу: не делай резких движений.

Торен шумно сглотнул и кивнул.

– Ой, Торени, смотри какой большой и красивый! – воскликнула Мелис и, отпустив руку брата, почему-то резко развернулась.

Случайно оступившись, она испуганно вскрикнула и неуклюже взмахнула руками, но ее тело, влекомое силой тяжести, устремилось прямо к каменной кладке колодца.

Все произошло в считаные секунды. Торен даже моргнуть не успел, как от него отделилась черная тень и устремилась за Мелис. Обретя знакомые очертания, силуэт приобнял ошеломленную Мелис, укрыв ее голову от