Оковы Гарпии - Катерина Траум

сидят наготове, и неспроста. У самого дома стояло три мощных черных «Хамбера» с мигающими синими маячками, а четвертым был округлый фургон с раздвижными дверцами. Ни опознавательной полицейской расцветки, ни особых номеров — то слетелись мрачные черные вороны.

— Госбезопасность, — тихо озвучил Анджей мысли Габи, сбавив скорость до минимума, чтобы протиснуться через этот строй и приткнуть машину хоть где-то. — Ну конечно, они не могли не отреагировать. Точно идем туда или разворачиваемся?

Он в сомнении выглянул в окно: журналисты все-таки держались от дома Гарпии чуть в стороне, чтобы не мешать работе спецслужб, однако явно наготове. Несколько парнишек с камерами на шеях курили на противоположной стороне дороги прямо напротив входной двери — несомненно, в ожидании, когда героиню войны выведут в наручниках, и можно будет сделать шикарный кадр.

— Нет, мы идем, — не раздумывая вздернула подбородок Габи, хотя меж лопаток пробежал холодок, едва она представила подобную картину. — У них ничего нет, Элен ведь уничтожила компромат. Но мы должны прояснить все как можно быстрее и предложить ей действовать сообща.

— Согласен.

Как только они вышли из машины, Габи спиной ощутила направленные на нее взгляды журналистов и поежилась, услышав щелчки затворов камер. Радовало, что приближаться стервятники побоялись, да и Анджей быстро закрыл ее собой от чужих глаз. Она непроизвольно прижалась к нему на короткое мгновение, но ободряющее касание было бы роскошью — демонстрировать кому-либо включая Элен слишком тесные отношения с телохранителем не стоило.

Вход им преградил мощный мужлан в черном пиджаке.

— Туда нельзя, мисс.

— Я здесь живу, вообще-то, — набравшись храбрости, Габи от души толкнула его плечом, заставив посторониться.

— Пропустите ее! — раздался повелительный мужской голос из гостиной. — Мисс Паттерс, мы вас заждались!

Мужлан подчинился, пропустив Габи в дом, однако Анджею последовать за ней не позволил, вновь встав посреди дверного проема.

— Я ее телохранитель.

— Только члены семьи.

Габи обернулась, встречаясь с Анджеем взглядом, но тут действительно вряд ли можно было возразить. Он слабо улыбнулся ей, как бы говоря, что все будет хорошо.

— Буду поблизости, — только и осталось ему пообещать.

Габи глубоко вдохнула и вошла в гостиную. В обычно очень просторной, почти пустующей комнате оказалось неожиданно шумно и тесно: сновали туда-сюда безликие люди в черных костюмах, валялись под ногами всевозможные вещи от папок и документов, по которым топтались ботинками, до сброшенных с полок статуэток. Сотрудники Ми-пять молчали и не выражали ни единой эмоции своими до дрожи похожими лицами, и лишь один из них, сидящий в кресле, выбивался из общей массы. Зализанные назад редкие светлые волосы блестели от геля в бьющих за его спиной в окно солнечных лучах, а очки-половинки в тонкой оправе подчеркивали остроту черт лица.

— А вот и ваша дочь, наконец-то, — неестественно дружелюбно улыбнулся мужчина Габи, и по голосу она признала того, кто отдал приказ ее пропустить. — Возможно, у нее будет больше желания сотрудничать?

— Повторюсь в десятый раз, мистер Сандерс: вы не найдете ни в моем доме, ни в офисе ничего из той дряни, про которую орут газетчики. Потому что все это — ложь, и я уже подала вчера иск на «Дэйли Миррор» за клевету. А вам… можете представить, какой счет придется оплачивать вам лично за каждый отпечаток грязных лап на этом паркете.

Тон Элен, сидящей на диване, сложив ногу на ногу, звучал абсолютно спокойно. Она пила кофе, держа в руках чашку и блюдце столь безупречно, без малейшей дрожи в пальцах, как будто мимо не носятся стервятники из госбезопасности и ей не грозит никаких обвинений в измене. Габи невольно восхитилась этой непрошибаемости, и зарядившись от Элен уверенностью, подошла к дивану и пристроилась на другом его конце. Они не переглянулись, и это безразличие навело на мысль: мать не ожидает от дочери ни капли поддержки, только очередной удар в спину.

Ошибается. В кои-то веки.

— Не представляю, какое сотрудничество от меня ждут, — насмешливо изогнув бровь, Габи смерила мистера Сандерса снисходительным взглядом и скопировала позу Элен. — Может, я должна сказать вам, где во дворе закопана черная бухгалтерия «Эйлайн механикал» или мифические договоры с Советами?

Она посмеялась, используя все свои актерские задатки, и улыбка сотрудника Ми-пять померкла.

— А что, нам правда стоит перерыть ваш прекрасный сад? — взял он угрожающие ноты, но Элен даже не моргнула.

— О, будьте так добры. Счет за работу садовника выйдет солидный, — она пригубила чашку с таким видом, будто кофе в разы интереснее любого обыска. — Впрочем, вы и сами понимаете, насколько дорого вам обойдется это унижение героини войны, которой вручал медали лично король Георг.

— Мы выполняем свою работу, только и всего, — мистер Сандерс нервно облизнул губы. — Поступил тревожный сигнал, и мы обязаны проверить…

— Сигнал от Нейта Коллуэла, хотите сказать? — Габи усмехнулась, заметив, как он вздрогнул при упоминании имени. — Много же он вам пообещал? Думаю, как минимум, повышение ранга за столь громкий арест. Но никак не то, что вы будете выглядеть клоуном в глазах всей прессы, которая ждет на улице сенсации и фотографий наручников на Крылатой Элен.

В этот момент наверху что-то звонко брякнуло об пол, и Элен с напускной горечью вздохнула:

— Если это была китайская ваза, подаренная мне Клементиной Черчилль, боюсь, ваши дела совсем плохи, мистер Сандерс.

Он заметно побледнел и глянул поверх ее головы на одного из своих подчиненных. Поднявшись с кресла, мистер Сандерс поспешил обсудить с ним что-то вполголоса, и пока его внимание переключилось, Элен отставила чашку на журнальный столик и повернулась к Габи.

— Ты меня защищаешь, — удивленно прошептала она. — Неужели поняла, что из себя представляет Коллуэл? Я думала, ты уже поешь под его диктовку новые интервью…

— Пусть ему заглядывает в рот другая дура. А я намерена стереть этого мерзавца в порошок, — Габи решительно сверкнула глазами, и ответная тихая улыбка Элен подбодрила ее как никогда.

Боже, она и впрямь ей улыбнулась?

— Кхм-кхм, — привлек к себе внимание мистер Сандерс, вновь повернувшись к дивану, и до крайности удрученным голосом произнес: — Эм, боюсь, произошло недоразумение…

— Вы так называете устроенный бардак? — на грани с весельем спросила Элен, откинувшись назад, и обвела многозначительным взглядом разгромленную гостиную. — Недоразумение?

— Эм… Да… Думаю, нам лучше будет удалиться и решить все вопросы через Вестминстер…

— О, да, вопросов у меня будет масса. В частности, какого черта такие недоумки имеют подобные полномочия.

Элен продолжала посмеиваться, пока оставшиеся ни с чем сотрудники спецслужбы спешно покидали ее дом. Мелькнул в дверях и Анджей, но ему она быстро отдала распоряжение проследить, чтобы все незваные