Ненавистники любви - Кэтрин Сентер

Бини считала, что мой новый проект — это, цитирую:

— Великолепная возможность проработать травму от мачехи.

— «Великолепная» — это ты загнула, — сказала я.

— Ты сможешь побороть свои демоны и заодно научиться плавать, — бодро продолжала Бини. — Ты ведь не сказала начальнику, что не умеешь плавать?

— Он мне не начальник. Просто руководитель проекта.

— Но ты ему сказала?

— Нет. Я соврала, чтобы получить работу.

— Ты не соврала, ты просто умолчала. Это не одно и то же.

— Как бы там ни было, я собираюсь провести кучу недель «вблизи воды».

— И что именно тебя тревожит?

— Всё. Там же будет тренировка по технике безопасности. В воде!

— Звучит вполне логично, — сказала Бини.

— Но ведь они заставят меня надеть купальник!

— Конечно нет, — отрезала Бини.

А потом, как будто и сама решила себя переубедить, добавила:

— Наверняка дадут какой-нибудь спасательный комбинезон.

— А ещё есть проблема утопления.

Бини покачала головой.

— Ты же будешь с профессиональными спасателями. Даже если захочешь утонуть — не получится.

— Посмотрим.

Бини наклонилась к телефону и смерила меня взглядом.

— Я буду летать с ними на вертолёте, — сказала я, всё больше осознавая свою полную некомпетентность. — Над океаном. Неделями.

Потом вздохнула.

— Надо позвонить Коулу и во всём признаться.

Бини замерла от ужаса.

— Ни в коем случае. Ты сама сказала: эти спасатели занимаются по полтора часа в день. Если кому-то на этой планете необходим целый месяц среди военных парней, которые — чисто математически, думаю, мы обе согласны — безумно сексуальны, так это тебе.

Я покачала головой.

— Не «развлекаться». Работать.

— Как скажешь, — усмехнулась Бини.

Я добавила.

— К тому же… тот пловец, о котором я снимаю материал, ненавидит любовь.

Бини замерла.

— Ненавидит любовь?

— Он ненавидит любовь, — кивнула я.

— Что это вообще значит?

— Он весь из правил, без сердца! Один сплошной поступок — и ни капли эмоций! Только тело — и ни грамма души.

Бини уставилась на меня в экран.

— Ну и что?

— Он даже не человек! Он целый год ни с кем не встречался!

— Ты тоже целый год ни с кем не встречалась.

— Я восстанавливаюсь!

— Ну вот, значит, ему не помешала бы компания, — протянула Бини, вкладывая в слово «компания» как минимум десяток разных смыслов.

— Только не моя!

Но она уже согласно кивала, будто придумала что-то.

— Тебе стоит переспать с этим ненавистником любви.

— Боже мой!

Но Бини была непреклонна.

— Да. Это будет лекарство от всего.

— Он же ненавидит любовь!

— Тебе и самой не мешало бы немного её ненавидеть.

— Ты о чём вообще?

— Я о том, что мимолётный роман с героем-роботом — сплошное тело, никакой души — мог бы тебя закалить.

— Мне не нужна закалка.

— Нужна.

— Я не собираюсь спать с объектом съёмок, Бини. Это моя работа.

— Да дело не в этом. Тебе нужен авантюрный опыт. Не губи сама себе всё!

— Дело как раз в этом, — возразила я. — Это не авантюра. Это моя попытка не попасть под сокращение.

— А почему это не может быть и тем, и другим?

Я замотала головой.

— Что я вообще себе думала? Зачем я соврала про плавание?

— Хочешь отдать эту работу Милле, этой подлизе?

— Зато она умеет плавать.

— Плавать не так уж сложно, — сказала Бини. — Просто запишись на уроки.

— На уроки? — переспросила я так, будто впервые услышала это слово.

— У тебя ведь будут выходные в Ки-Уэсте до начала работы. Пройди экспресс-курс. — Потом она наклонила голову, словно не специально хотела пошутить с «погружением», но всё-таки позволила себе это.

— Очень смешно.

— Тебе же не олимпийскую медаль выигрывать. Освоишь «собачий стиль» — и хватит.

В общем-то, в этом был смысл.

У Бини вообще часто были разумные мысли.

Это, пожалуй, было самым раздражающим, и одновременно полезным, её качеством. Она была королевой книг по самопомощи. Могу поклясться: зайдите в любой книжный — она читала там всё из раздела «Психология». Подчёркивала, выписывала цитаты на карточки. Знала наизусть всего Брене Браун. Цитировала Майю Энджелоу, как Шекспира. А после того, как Лукас стал знаменитым, заставила меня прочитать любимую книгу Джона и Джули Готтманов, полную мудрых советов о взаимоотношениях.

Из которых сейчас я помнила только одно:

Чтобы отношения были крепкими, нужно формировать культуру благодарности.

Всё большое исследование — а у меня в голове осталась только мысль о том, что партнёры должны благодарить друг друга, делать комплименты, замечать, что у другого хорошо получается, — создавать атмосферу тепла и доброты, которая смягчает всё остальное.

Блестяще! Правда? Очень полезно!

Ну… было бы, если бы Лукас хотя бы прочитал эту книгу. Или хотя бы не листал бы TikTok, пока я ему об этом рассказывала.

Наверное, к тому моменту мы уже перешли ту грань, за которой книги по самопомощи уже не работают.

Но как бы я ни подтрунивала над Бини — она во многом была права.

— Я тебе ещё худшее не рассказала, — сказала я тогда, не уверенная, что вообще хочу это произносить вслух.

Бини взяла телефон в руки и посмотрела мне в глаза.

— Что худшее?

— Когда Коул перечислял снаряжение, — сказала я, — он упомянул, что отправляет в Ки-Уэст самую лёгкую камеру.

Бини нахмурилась.

— Самую лёгкую камеру?

Я кивнула.

— Потому что на вертолёт загружается каждый грамм, всё взвешивают.

Бини склонила голову.

— Зачем?

— Потому что если вертолёт возьмёт лишний вес — он просто рухнет.

— То есть они учитывают вес вообще всего на борту?

— Именно, — сказала я. — Аппаратуру. Топливо. Спасённых людей.

Но до Бини всё не доходило.

— И почему это худшее?

— Потому что, — медленно произнесла я, зная, что, сказав это вслух, сделаю реальным: — Я — тоже часть этого груза.

Глаза Бини расширились, когда до неё дошло.

— Ты должна взвеситься?

Я кивнула и зажмурилась.

— И озвучить цифру пилоту. При всей команде. Чтобы он добавил его в общий расчёт.

— Да быть не может! — возмутилась Бини. — Мы же не в кошмаре живём!

— А я, видимо, да, — сказала я.

— Должен быть какой-то выход!

— Говорю тебе: я гуглила. Всё именно так. Перед каждым вылетом проводят взвешивание — каждый неучтённый грамм должен быть… учтён.

Бини сморщилась. Потом сказала:

— Ну…

И, видимо, не найдя больше слов, добавила свою стандартную фразу на крайний случай.

— Что не убивает — делает сильнее.

Я закрыла глаза.

— Мне кажется, в этот раз может и убить.

Бини тяжело вздохнула.

— Ну, может, так даже и лучше.

ИМЕННО БИНИ уговорила меня в своё время перестать вставать на весы.

После расставания она взяла несколько отгулов, чтобы приехать