Оборотни Сибири, или Пленница медведя - Лира Кац

Да уж.

Некоторое время мы лежали так. Я ютилась на краешке, на боку, сон совсем не шёл. С его стороны было тихо. Я слышала его равномерное дыхание, уснул что ли? Как он от меня плохой сон собрался отгонять, если сам уже дрыхнет.

Неожиданно он подтянул меня к себе, спиной на свою грудь, зарылся в мои волосы и мирно засопел. Вот так встряла!

ГЛАВА 6

Спала я замечательно! Несмотря на то, что этот мужчина… Гордей, загрёб меня своими лапищами. Думала не усну, но выключилась практически сразу, даже не помню сколько я пролежала, боясь сделать вдох.

Просыпалась одна, но вторая сторона кровати ещё хранила его тепло, я с удовольствием потянулась. Улыбалась, как глупая. Да что со мной?

Соскреблась с кровати и надела футболку, которую он мне давал. Она висела на спинке кресла. Моих вещей нигде не было видно, поэтому я натянула на себя эту футболку. Она прекрасно закрывала мои стратегические места до середины бедра. Всё ж с мужчиной такого роста и комплекции хорошо жить, всегда можно носить его футболки как платьишко.

Вышла из комнаты, снова улавливая запахи. Он мясо жарит? С утра пораньше? Пришла на кухню, так и есть. Гордей, обжаривал стейки с обеих сторон на двух сковородах. Управлялся, будто не директор нефтяной компании, а кулинар с телешоу.

И всё у него так слажено получалось!

— Ты какой прожарки любишь стейк? — снова каким-то образом понял, что я уже здесь.

— Наверное, хорошо прожаренный. Никогда не ела стейки. А мясо люблю любое жареное, особенно шашлык.

— Значит, вечером устроим барбекю.

Какое барбекю, разве могу я веселиться, когда мои родные ищут мне на дне реки? Разгон от хорошего настроения до вселенской тоски за три секунды.

— Ты чего нос повесила? Сегодня можно будет снять повязку, на ночь снова обработаю, а пока у тебя всё хорошо заживает.

— Да? Ты говорил, что придет врач.

— Говорил, значит, придет. Он в курсе.

Пауза затянулась. Он тем временем снял сковороду с плиты и прямо так поставил на стол. Никакой сервировки! Со сковороды есть? Нет, смотрю полез за тарелками. Не такой уж дикарь.

— Расскажешь, что тебе приснилось? — так проницательно посмотрел на меня, а я стушевалась.

— Да ничего такого. Просто, видимо, нервы…

— Аль. — голос-то какой вкрадчивый. — Выкладывай.

— Женщина с белыми волосами и… — он нахмурился, а я осеклась. Что не так?

— И?

— Она смотрела на меня такими же белыми глазами.

— Больше она тебе не приснится.

— Ты так уверенно говоришь.

— Да, потому что буду спать с тобой.

Наш странный разговор прервал гудок с улицы. Машина? Я ошалело глянула на него. — Что мне делать? Прятаться? Или?

— Спокойнее, это док. Приготовишь кофе? Я его встречу.

Он вышел, а я выглянула в окно. На кухне оно выходило как раз на крыльцо.

У чёрного джипа стоял молодой мужчина, беловолосый и слишком худой. Рядом с Гордеем смотрелся, как тростиночка с дубом. Опять меня потянуло на сравнения.

Они о чем-то говорили минут пять. Мужчина даже жестикулировал, что-то недовольно высказывал Гордею. Кто это такой вообще?

— Аля, это док. — представил нас друг другу Гордей. — Ты можешь ему доверять. Иди ко мне.

Гордей подозвал меня, усадил к себе на колени, а я послушалась. Мысленно я пыталась сопротивляться своему желанию, но в итоге все равно сделала, как он просил. Почему я готова ему подчиняться? Нет, мне удобно и даже очень, но это совсем не свойственное мне поведение.

Гордей провел руками по моим плечам, вверх-вниз, я ощутила как от его рук становилось горячее, глаза медленно закрывались.

Очнулась я уже в спальне. Лежала поверх покрывала, бережно укрытая тонким пледом.

В доме стояла тишина, накинув на плечи, я вышла к гостиной. Никого не было. Вспомнив, для чего прибывал док, я ринулась в ванную к зеркалу. Так и есть: швы сняты, и сам шрам выглядел тоньше. Это как? Повязку заменили на тонкую и пропитанную какой мазью.

— Аль?

Гордея нашла в кладовой, он чинил какую-то полку. По нему и не скажешь, что владелец нефтяного бизнеса, не кичится обычной мужской работой, запросто может разделать зайца, приготовить его и накормить женщину. Конечно, просилось слово "свою", но я даже в мыслях боялась допускать это местоимение. Так же нельзя, так не бывает. Ну какой он «мой»? Просто обстоятельства так сложились.

— Это… Так разве бывает? Почему так быстро заживают швы?

Позже мы сидели возле небольшого костра, рядом жарились шашлыки с умопомрачительным ароматом, Док, как называл его Гордей, пил зеленый чай. У меня бы какой-то травяной чай. Гордей называл травы, из которых он состоит, я кроме шафрана ничего знакомого не услышала.

С того времени, как я проснулась, прошло часа два. Гордей объяснил мой внезапный сон слабостью и действием мази. Всё-таки они намазали на мою рану это средство. И, надо сказать, оно отлично заживляет.

— Хм, еще не то увидишь. — усмехнулся Док.

— Алекс. — предупредительно отозвался Гордей.

— Отойдем? Не для нежных ушек — шутливо поклонился Док и оба они пошли в сторону леса.

Что между ними происходит и что за провалы у меня в памяти?

Я что, действительно, отрубилась спать прямо во время осмотра? Это очень странно!

Я хочу вывести на разговор Гордея, но делать этого при постороннем не хочу.

Мясо на мангале пришлось спасать мне, пока мужчины секретничали, я уже успела слопать один шампур шашлыка.

— Вкусно? — со спины меня обняли горячие руки. Гордей сначала провел рукой по бёдрам, как бы пробуя грани дозволенного. Ишь какой! Переместила его руки на талию, но отодвигаться не стала.

— Очень. А где Док?

— Алекс, уехал, важные дела в городе.

— Покормишь? — посмотрел в мои глаза, во взгляде его желтые искорки. Завораживающе.

Я взяла шампур с ароматными кусочками и, облизнув губы, поднесла к нему.

— Соблазняешь.

— Я? Да ни за что! — кокетливо улыбаюсь и сама откусываю прямо с шампура. Мы так и едим по очереди, не спуская друг с друга взгляда.

— Гордей..?

— Мм? — мы уже доели шашлык, но никуда не отходим, так и стоим, очень близко друг к другу. Он так действует на меня. Словно я тысячу лет его знаю.

— Ты не считаешь это странным, что я буквально отключилась во время перевязки?

— Скоро все пройдёт. — шепчет мне на ухо. — Ты так сладко пахнешь, девочка моя.

У меня от его нежности ноги подкашиваются. Никогда не замечала в себе такого. Чтобы я так плыла от слов парня? Да никогда! А тут…