Оборотни Сибири, или Пленница медведя - Лира Кац

Это что ещё за?! Галлюцинации… Как давно я выпила ту таблетку? Она так действует? Следующим моим поражением стало то, что бурый вдруг задрал передние лапы вверх перед женщиной, как будто готов растерзать ее тут же и упав на четыре лапы перед ней, обратился мужчиной.

Нагим.

Большим.

Знакомым.

Ноги мои отлипли от пола, в ужасе я сбежала из гостиной. В ванной заперла дверь изнутри и села на бортик, глядя на своё ошеломленное лицо в зеркале.

Нет. Это не может быть правдой?

А если да?

Они что настоящие оборотни?

Все эти разговоры про запахи.

Обычные медведи не будут прибегать к дому с кофтой девушки, которую все считают погибшей.

Те странные люди, которые приходили к Гордею.

Эти мази, которых не может существовать в природе.

Я потрогала свою щеку. Побаливало, но так быстро никогда ничего не заживает!

Это всё реально!?

И я попала по самое не балуй!

Я гнала прочь картинку стоящую перед глазами: Медведь встаёт на дыбы, а потом падает на землю тяжелыми лапами и становится Гордеем!

А еще меня ужасно злит, что перед ним та женщина — голая!

Какого черта? И он! Он же тоже!

В дверь постучали. Я от неожиданности, вскрикнула и залезла в ванну. Ну уж нет. Ни за что и никогда!

— Алевтина, открой. Открой, это я. Ты в безопасности. Не бойся. Аля.

Я молчала. Пусть думает, что меня тут нет. Глупая, а где тогда я? Наверняка ОНИ прошарили весь дом.

Почему-то я представила, что ищут меня в доме все, кто был на поляне. Они же тоже люди? Люди-медведи. Мамочки!

— Я чувствую твой страх. Аля, тебе ничего не угрожает.

Нет. Я гипнотизировала дверь. Если бы она открывалась внутрь, я подставила бы ещё тумбу. Но она отворяется наружу.

— Аля, пожалуйста, верь мне.

Гордей взывает к доверию.

— Я не причиню тебе вреда. Стал бы я спасать тебя от волков? Лечить твои раны?

Волков? Это были волки? Он меня от них спас? Сознание смутное, воспоминания о той ночи начинают накатывать. Я начинаю сопоставлять факты и понимаю, что мне не привиделось. Я видела его голым там. В крови. Это была кровь тех волков? Он ведь даже не был ранен.

— Кто ты? Что ты такое?

Отвечаю хриплым голосом. Тихо. Но он меня услышал.

Точно знаю, что услышал.

Но за дверью было тихо. Я распахнула её настежь и увидела Гордея, сидящего на полу рядом с дверью. Слава богу, он уже был в спортивных штанах, а не блистал тут своими конечностями.

— Ты бы всё узнала. Только я хотел… к черту всё, Аля. Верь мне. Просто верь мне.

Поднялся на ноги, протянул мне руку. Он, что собирается вести меня к ним?

— Нам нужно выйти. — смотрел на меня, протягивая руку и я медленно вложила в неё свою. Разве у меня есть выбор? По крайней мере, ему я хоть чуточку верю.

Я шла за ним, ругая себя на чем свет стоит. Там ведь опасно! Но выдернуть свою ладонь из его не могу, почему-то я верю ему. Верю как себе. И я не понимаю, почему. Благоразумие меня, видимо, оставило.

Мы вышли на террасу, Гордей подвёл меня к перилам, отчего я была благодарна ему, но всё ещё держал за своей спиной. Тащить меня сейчас на поляну к этой недовольной женщине, которая стояла, светила своими прелестями, даже не смущаясь, было бы плохой идеей. Во мне поднималась волна возмущений от её вида.

— Ты скрыл её от нас. — прозвучал мужской голос, я выглянула из-за плеча Гордея, на поляне стояло несколько мужчин.

Боже… и эти туда же.

Краска стыда залила моё лицо и я уткнулась лбом в спину своего мужчины. Почему “своего”? Просто он тут единственный “свой”.

— Прикройтесь. Хватит ходить в чём мать родила перед моей женщиной.

Я думала, я ослышалась. Он сказал “перед моей женщиной?”

— Ты нарушил правила. — начала женщина с поляны. Та самая, которая терлась об него. — Зачем ты покрываешь её? Все думают, что её нет в живых. Но ею провоняло всё здесь и там у дороги, где заканчиваются следы черных волков. Их ищейки уже почуяли её.

— Ты же не можешь не понимать, что вражда между кланами неизбежна, у нас договор. Ты его нарушил. — мужчина включился в разговор, а я навострила уши. Что за договор?

— От неё нужно избавиться. — опять эта женщина, которая меня очень сильно раздражает. Я прям чувствую, как она хочет Гордея, моего Гордея, и при этом буквально готова растерзать меня. Почему мои ощущения настолько обострились, я не понимаю. Может, это игры разума и я на самом деле не чувствую их. Этих людей. Вернее, правильнее будет сказать “нелюдей”. Гордей спокоен, сдержан и поглаживает мою ладонь большим пальцем. Он не отпустил моей руки, крепко держит, словно просит этим жестом довериться ему.

— Убей её. На её теле должен быть только твой запах, тогда волки поверят, что ты не причем. Безопасность клана…

Что? Гордей крепче сжал мою ладонь, перебив говорящую.

— Я прекрасно знаю, что безопасность клана превыше всего. Если вы проделали весь этот путь, чтобы напомнить мне о законах, то зря. Марго уже работает над запахом. Всё под контролем.

— Если что-то пойдет не так… — не унималась эта женщина, она злилась. Преимущественно на меня.

— Если что-то пойдет не так, я первый устраню причину опасности.

— Обещай нам. Что убьешь её, если хоть одна ищейка почует её запах.

— Я уже сказал своё слово.

Дальше я уже не слышала. “Я первый устраню причину” Меня? Меня убьет? Гордей развернулся, прижимая меня к себе. Я чувствовала его размеренное сердцебиение. Он так спокоен. Так спокоен, когда говорит о том, что устранит меня. Попытки вырваться из его рук ни к чему не привели.

— Спокойно, Аля. Успокойся.

— Когда тебе твоя игрушка надоест, обращайся, если надо будет замести следы. — на этих словах наступила тишина и послышался звериный рёв. Когда я смогла посмотреть на поляну, увидела, как в чаще леса скрываются медведи.

— Игрушка? Надоест? — смотрю в глаза Гордея, а его взгляд мрачнеет. Он молчит, но при этом пронзительно смотрит на меня.

— Ты еще не поняла? Я не отпущу тебя. Не знаю, что именно удерживает меня в тебе, я думаю Док разберётся, когда вернёмся. Но я не отпущу тебя, Аля.

— Я не понимаю, а как же… как же мои родные? Моя семья?

Ничего не ответил, только