Судьба исправлению подлежит. Шаг первый - Сусанна Ткаченко

Глава 3

К счастью, у отца мы с Ирмой задержались надолго. Я отыгрывала роль, пытаясь доказать ему, какие техномагистры прогрессивные и славные! Подруга мне подпевала, но мой драгоценный родитель не подвел — остался непреклонен! Так что пришлось мне дать ему клятву, что я с иностранцами общаться не буду — тут уже моих актёрских способностей еле хватило на изображение недовольства. А когда мы с Ирмой вышли из кабинета, выяснилось, что она на злополучную встречу катастрофически опаздывает. Ирма умчалась, забыв про свое требование рассказать ей все про наше знакомство с Мари, а я отправилась в свою комнату, надеясь, что Майкл с Херманом мою подругу у парка не дождутся.

А тут и чистенькая накормленная Мари пришла!

— Дорогая моя! — кинулась я к тоненькой фигурке, проскользнувшей в спальню, и прижала её к груди.

— Госпожа Алтея, как я рада, что вы тоже здесь! Я как поняла, что произошло, так сразу из дома сбежала и к вам! Так боялась, что оказалась в прошлом одна! Не знала, что делать. Но вы назвали меня по имени, и у меня отлегло. Я чуть не разрыдалась прямо там — на крыльце.

— Я тоже, Мари! Я тоже! Великие предки, какое счастье! Но что там произошло? Это ты что-то сделала, да? — сыпала я вопросами, чередуя их с всхлипами.

Я не могла удержать слезы и потянула свою спасительницу к креслу. Усадила и сама устроилась в соседнем, вытерла глаза и уставилась на Мари.

В свои тринадцать лет она была такой трогательной и хрупкой, как птенчик! Однако взгляд у нее остался взрослым, и хмурилась она сейчас не как маленькая девочка.

— Я не знаю, что там точно произошло, госпожа Алтея. Два дня назад… Ну, то есть в том нашем времени два дня назад ко мне на улице, когда я развешивала на заднем дворе белье, подошёл мужчина в плаще и капюшоне, — тоже утерев слезы, принялась рассказывать Мари. — Он сказал: «Скоро твою хозяйку отдадут паучихе в жертву. Не допусти этого. Уговори ее бежать. А если не получится, то ударь ее вот этим кинжалом». Я сказала ему, что ни за что не буду бить вас кинжалом, но он сказал, что вас это не убьет, а перенесет в безопасное место, что это такой портал, и что на выходе из него вас встретят и спрячут наши воины. Но я такая трусиха, госпожа! Я боялась в вас тыкать кинжалом. И вот дотянула до последнего…

Она замолчала, уставившись на свои руки, а я попыталась взглянуть на случившееся в свете новых данных.

— А что это был за мужчина? — спросила тихо.

Кто из сильнейших и явно не простых магов хотел меня спасти? Клинок вполне мог быть кровным порталом. Если бы Мари меня им поранила, меня бы перенесло к кровным родственникам. Неужели отец что-то узнал и сделал все, чтобы спасти свою блудную непутевую дочь? Он бы мог, но только я о папе ничего не слышала уже долгое время. Майкл сказал, что мои родители сбежали из империи, когда техномаги арестовали Константина за попытку помешать священному ритуалу — тогда Ирма стала добровольной жертвой для паучихи.

— В маске он был и говорил глухо, — ответила Мари. — Я даже не поняла, старый он или молодой. Только знаете что, госпожа Алтея, я этим кинжалом ударила не вас, а вашего проклятого супруга. Прямо в глаз! Я подумала, пусть его одноглазого порталом к нашим воинам закинет, а уж они с ним разберутся! Но что-то пошло не так…

Я прикусила губу.

— На нём была техномагическая защита. Это вызвало резонанс и создало временную аномалию, — прошептала я. — Самое страшное, что мы все четверо могли оказаться в прошлом.

Мари встрепенулась:

— Да и что? Давайте все расскажем императору, и их выгонят?! Что они нам сделают? Я в тринадцать лет и не слыхала об этих проклятых техномагистрах. Они были никем.

Я скептически скривилась и покачала головой:

— Не поверят. Во-первых, сработала какая-то смесь магий — нашей и вражеской. И в этом времени, да и в будущем тоже, о путешествиях в прошлое никто и не слышал. Нет таких возможностей и технологий. Во-вторых, я в этом времени — поверхностная, избалованная и взбалмошная девица. Меня и слушать никто не станет. Скажут, что внимание к себе привлекаю таким дурацким способом.

— И что же нам делать? — растерянно спросила Мари.

Она относилась ко мне с глубоким уважением и считала святой. Скорее всего, искренне полагала, что я всегда была непререкаемым авторитетом и мне ничего не стоит все изменить.

Я вздохнула:

— У нас с тобой есть в запасе немного времени. Восстание, убийство императора и снос дворца случатся только через два года. А наследника сошлют через год. Мы с тобой не можем ни на что повлиять, а вот он может. Нам надо с ним подружиться и сделать так, чтобы он нам доверял.

— Нам, госпожа? — удивилась Мари.

— Нам. Мы с тобой вместе отправимся в академию. Я объявила тебя своим облаком и возьму с собой.

Глаза горничной вспыхнули восторгом, а щеки окрасил румянец. Мари еще не утратила присущий молодости оптимизм и жажду приключений. Похоже, и мне надо брать с нее пример, а не поддаваться паническим и депрессивным настроениям.

3/2

Я тряхнула головой и улыбнулась — это словно подало Мари знак.

— А что мне надо будет делать? Кто такие эти облака? Я, конечно, на все готова ради вас, госпожа, но хочется быть полезной, а не просто называться! — протараторила она.

В этом вся Мари — ответственная и честная. Про облака она и правда знать не могла, потому что с приходом техномагистров нужда в них пропала, ведь никаких излишков магии у нас и быть не могло — для паучихи забирали не то что излишки, а почти весь резерв. Оставляли лишь крупицы — не больше, чем без проклятых артефактов имели сами техномагистры, чтобы никто из нас не был сильнее их, а они чувствовали своё величие.

— Раньше, при старом режиме, когда маги не отдавали свою силу, некоторым студентам рекомендовалось брать себе облако, чтобы хранить в нем излишки магии на случай спонтанных выбросов или истощения. Если такое происходило, то облако возвращало магу излишки. Людей хранилищем делали очень редко, чаще животных — им все равно, сколько в нем хранится мощи, оно не может вдруг возомнить себя значимой личностью и отказаться возвращать магию, — отведя взгляд, рассказала я.

Именно в этом самом моменте