Хозяйка бродячего цирка - Дия Семина

— Ты готова меня сделать гвоздём программы? Не себя? Меня? Ты же звезда, люди на тебя шли.

Закатываю глаза, на нас сейчас пялятся трое мужиков, я в алом халате и вид у меня очень уж потрёпанный. Но вид здоровяка Гриши не позволил им решиться и подойти, видать, приняли за местную шалаву, фу, как неприятно. Мы подождали, пока ямщики прошли дальше, а нам подали обед. И переговоры продолжились.

Однако я признаться не поняла, почему у Григория такая реакция, он себя в зеркало не видел? Или у него номер плохой?

— И теперь мне людям показывать сломанную ногу? Не могу понять, что тебя не устраивает? Или мы без цирка остаёмся, кроме нас никого нет?

— У нас нет денег, чтобы продолжать работу. Это первое. Второе, чтобы поставить новые трюки нужно время, а сезон в самом разгаре.

— До завтра это подождёт? Сегодня я отдохну, завтра мы с тобой пройдём по цирку, всё посмотрим, оценим, потом заставлю всех показать номера, посмотрим, что с рекламой, и как ещё можно заработать, за пару дней, сделаем инвентаризацию, программу и тебе наведём лоск, а потом вместе всё просчитаем, и окончательно решим, будет ли у нас достойная маржа или не стоит даже пытаться. Главное, чтобы мне не слечь, я сейчас на эмоциях, и, наверное, не понимаю до конца, ни боли, ни своих травм, ни того, что нас ждёт. Потому и говорю, что всё завтра.

— Завтра так завтра, но я одного не могу понять, ты меня хочешь сделать партнёром? Меня?

— А ты ещё кого-то видишь? Со мной никто кроме тебя не возится, а партнёры, знаешь ли, познаются в беде.

Он взял ложку, помешал похлёбку в горшочке, а потом так пронзительно взглянул на меня, снизу вверх, и дугой изогнув густую чёрную бровь, что настал мой черёд замереть и покраснеть.

— Вот оно! Это в тебе от природы…

— Нет, это во мне от тебя, ты вдруг сделала из меня Донжуана-сердцееда. Сам не понимаю, что со мной происходит. Смотрю на тебя, слушаю и вскипает внутри, ух что вскипает…

Улыбаюсь ему, со стороны мы парочка влюблённых, но у нас иное, ну мне так кажется, а у Гриши и правда всё вскипает, на смуглых щеках проступил румянец, а в глазах появился задорный блеск.

— Просто я тебя разглядела, как алмаз в породе, и давай прекратим эту тему, а то я уже не знаю, куда деться от твоих жгучих взглядов, убавь харизму-то. Пожалей больную женщину.

— А не хочу, ты меня мучила, теперь мой черёд.

И Гриша, очень довольный собой, рассмеялся, прекрасно понимая, что из-за ноги, я пока в его полной власти. Он от этого кайфует, а я не знаю, как его знойное воздействие умерить, чтобы не вспыхивать каждый раз, когда он не без сарказма вскидывает на меня быстрый пронзительный взгляд, прижигает милой улыбкой и продолжает есть, словно ничего не происходит.

— Ещё раз так посмотришь, и между нами будет только бизнес. Или я начну флиртовать с Алмазовым, а потом об этом тоже очень пожалею. Так что в такой ситуации нам лучше о романтике забыть. И прекрати смотреть на меня, как кот на буженину. Я не съедобная.

— Так это, я тренируюсь. На манеже-то придётся быстро с барышнями заигрывать. Потом какая-то богатенькая вдова решит меня выкупить, как тебя селёдочник, и вот тогда ты пожалеешь, что сделала из меня звезду.

— Я уже жалею. И с чего ты решил, что нравишься мне, может быть, я тебя хочу использовать в своих корыстных целях. Хотя напомни-ка, между нами поди какой-то конфликт был. Я же не помню. Ты подрался?

И тут он перестаёт жевать, выпрямился и так посмотрел на меня, что аппетит пропал.

А в сознании какие-то жуткие флешбэки, сути которых я не понимаю. Но догадываюсь.

— Ты в тюрьму из-за меня попал?

— Ты всё забыла, вот и не стоит нам об этом говорить. И только одно скажу, Алмазов собирается в столицу, а нам с тобой, там появляться не желательно. Доедай, партнёрша, отнесу тебя домой и надо над номером подумать, а то завтра заставишь показывать на что я годен и опозорюсь.

— Расскажи!

— Нет, и точка! Меньше помнишь, крепче спишь. И Лола подробностей не знает! Даже не думай поднимать эту тему.

Он вдруг заговорил так, словно я его собственность, отбитая в честном бою, и он имеет право распоряжаться мной. Но я пока не против. Однако жутко интересно стало, что между нами произошло в прошлом, да ещё и в столице. Да такое, что он в тюрьму сел, а я, то есть Адель на него люто обиделась.

Глава 5

Новые подробности

Мы неспешно доели свой обед, и Гриша заказал навынос блинов, чтобы не возвращаться за ужином. А я очень строго сказала, что чуть позже пересмотрю его диету, гречневая каша, мясо, много воды, и овощи. И это кроме тренировок, о которых нам тоже предстоит хорошенько поговорить.

— Ты, как я посмотрю, за меня основательно взялась, как за породистого жеребца.

— Про породу не знаю, но жеребец ты знатный.

Гриша засиял!

Кажется, ему вот так откровенно никто не говорил, о красоте, силе и о том, что его можно использовать, как ценного артиста.

Почему-то не боюсь, что он зазнается, Алмазов ему предложил место, но из-за нежелания ехать в столицу, Гриша уже отказался, а значит, он моя собственность. Ну или я его собственность. Сложно пока понять, но таскается со мной, как с писаной торбой — он. Всучил мне глиняный горшочек с блинами и молча поднял на руки. Что и говорить, галантности в нём, даже самой примитивной маловато, действует по наитию, и заботливые действия пропитаны внутренним порывом, над красотой движений тоже надо бы поработать.

Странно, откуда у меня такие мысли, я же далека от всего этого. Пару раз фотосессию себе покупала и помню, как девушка-фотограф добивалась от меня того, что я сейчас пытаюсь разглядеть в Григории. Гармоничной красоты не только в теле, но и в движениях.

Видать, Адель была профессионалом своего дела, и её «наработки» не пропали. Странно, что её душа канула в Лету и память следом.

Мысли внезапно прервались грубым окликом в спину:

— Эй, мужик, такую красавицу куда понёс? Нам