Хозяйка приюта для беглых невест - Наталья Нежданова

Наконец, меня осеняет. После ужина подхожу к гувернантке:

— Маменька хочет отправить меня в пансион! Там надо будет учиться и я боюсь оказаться слабее всех! Не могли бы вы посоветовать мне полезные книги, чтобы я хоть немного подготовилась?

Гувернантка выглядит искренне удивлённой. Но ведёт меня к мачехе и просит позволить взять что-нибудь из книг, которые хранятся в шкафах в кабинете отца.

С большой неохотой мачеха всё-таки разрешает. Не преминув, однако, швырнуть в меня очередным оскорблением:

— А то ещё сочтут дурочкой!

Моё терпение вознаграждается обзором истории королевства и книгой каких-то стихов. Уже неплохо. В следующий раз попробую откопать что-нибудь юридическое.

По пути в свои комнаты сталкиваюсь с Клариссой. Увидев меня с книгами в руках, она отпускает едкое замечание:

— Да неужто алфавит ещё не забыла?

— Так в пансион же поеду, надо соответствовать, — спокойно отвечаю я.

Маленькая вредина не находит, что ответить. Я улыбаюсь ей и иду дальше.

По пути соображаю, что она-то как раз любит читать. Даже прежняя Дора этому удивлялась.

Правда, её мать почему-то не сильно этим довольна. Странно. Углубляюсь в чужие воспоминания, и перед глазами встаёт сцена, где мачеха распекает Клариссу:

— Слишком умную девушку ни один приличный мужчина не возьмёт замуж!

Ну и мирок! Мракобесие сплошное! И как тут жить?

Однако смотрю в будущее с оптимизмом. Главное — не попасть в лапы к этому Дамиору.

Прошу нянюшку принести мне в комнату чай и сладости. Усаживаюсь в кресло и открываю книгу по истории. Надо, наконец, разобраться с миром, в котором я живу. Потому что в сознании прежней Доры по многим вопросам лишь какая-то несуразная мешанина. Она не слишком любила учиться.

Похоже, эта Кларисса явно что-то заподозрила. Весь следующий день ходит за мной по пятам. Втихаря, причём. Как будто следит.

Изо всех сил стараюсь играть роль прежней недалёкой и запуганной Доры. Трепещу перед мачехой и тщательно соблюдаю этикет за столом. Большую часть дня отсиживаюсь в своих комнатах. Перечитываю историю королевства по второму разу. Стихи же мне не понравились. Слишком нудные и без привычных по родному миру рифм.

Нянюшка сидит на пуфике рядом и вяжет чулок. Внезапно кто-то скребётся в мою дверь.

— Войдите! — произношу я.

Дверь приоткрывается, и в щель просовывается длинноносое лицо сестрицы. Это что-то новенькое!

— Заходи, присаживайся! — радушно приглашаю я.

— Дай мне книжку почитать! — смущённо лепечет она. — Ромиор хотел воткнуть иголку в твой стул перед обедом, а я ему по башке треснула, вот!

— Спасибо! — отвечаю я и протягиваю ей книжки.

— А про другие страны и путешествия нет? — спрашивает она.

— Только это. Но я собираюсь взять что-нибудь ещё!

— Скажи мне, когда возьмёшь, ладно? — шепчет она. — Только не болтай никому! А то маменька рассердится!

— Ну, что ты, конечно!

Кларисса берёт книжку по истории и листает. Наконец, находит что-то заинтересовавшее её, усаживается прямо на ковёр посреди комнаты и полностью погружается в чтение.

Ей бы учиться где-нибудь серьёзно, — думаю я. — Глядишь, и нашла бы своё настоящее счастье.

— Пойду я! — поднимается, наконец, Кларисса. — А то ещё подумают что-нибудь. Книжку можно возьму? В саду буду читать!

Я провожаю её до двери и пожимаю руку:

— Ты заходи!

— Ох, напрасно вы её привечаете! — качает головой нянюшка. — Такая уж порода…

— Да ну, глупости! — отвечаю я. — Она всего лишь ребёнок, и явно очень несчастна. Сама посуди, какое будущее ей маменька готовит?

— О себе бы лучше подумали! — ворчит старушка.

Я ведь и так всё время о своих бедах думаю. Но если я могу помочь тому, кто рядом, почему бы и нет? Да и мачехе досадить — одно это уже настроение поднимает!

Следующим утром опять гуляю в саду. Чувствую себя уже бодрее. Даже дыхание не сбивается, когда поднимаюсь по лестнице, как это было в первые дни.

Мне навстречу выходит Кларисса. Оглядывается по сторонам и суёт мне в руку книжку, прикрытую шалью. Я протягиваю руку и вытаскиваю из её волос отломанную засохшую веточку.

— А, я просто залезаю туда, где заросли погуще! — отмахивается она. — Чтоб никто не увидел!

После обеда опять иду к гувернантке и прошу дать мне новые книги.

— Уже прочли? — удивляется она.

— Впереди взрослая жизнь и я должна быть к ней готова! — решительно отвечаю я.

Буду списывать всё на внезапно пробудившуюся сознательность. А что, вполне логично!

На этот раз прошу книгу про другие страны. И что-нибудь про политику и законы. Гувернантка опять удивляется, но даёт то, что я прошу.

Довольная Кларисса опять уходит из моей комнаты в обнимку с книжкой. Мне хочется надеяться, что былая вражда между нами больше никогда не вернётся.

Глава 8

Увы, нужной мне информации из области семейного права я так и не нахожу. Разве что узнаю, что здесь, как и в моём родном мире, совершеннолетие наступает в возрасте восемнадцати лет. Да с интересом читаю про политическое устройство королевства.

Правда, меня откровенно шокирует несколько раз упомянутая в книге магия. Ну, как можно верить в такую чушь?

Через две недели мачеха сообщает, что хозяйка пансиона благородных невест согласилась меня принять и в конце лета я отправлюсь туда по крайней мере до следующей весны. Я искренне этому радуюсь. Смена обстановки, новые знакомства!

Даже мечтаю, чтобы лето поскорее закончилось. Несмотря на то, что это моё любимое время года.

А ещё боюсь, что опять заявится этот самый Дамиор. Я вообще замуж не хочу! Тем более, за такого, как он.

И от отца до сих пор ни слуху, ни духу. Получил ли он хоть моё письмо?

Скучно здесь. Один день похож на другой. Понимаю теперь, почему младшие так усердно занимаются разными пакостями. Делать им просто нечего.

Хорошо хоть Кларисса теперь занята чтением. Ромиор же продолжает изводить гувернантку. После того, как он поджигает подол её платья, мать награждает его парой звонких пощёчин и оставляет без обеда. Нет, с этим однозначно надо что-то делать!

Достаю оставшийся лист бумаги и аккуратно разлиновываю на клеточки. Иду в сад и набираю на посыпанных разноцветным гравием дорожках нужное количество белых и серых камешков примерно одинакового размера, плоских с одной стороны и выпуклых с другой.