Неверный. Моя тайна - Соня Вишнякова

После обеда, как и советовал лечащий врач Веры, я приехал, чтобы забрать её из больницы. Доктора сказали угрозы никакой нет, просто стукнулась и испугалась. Уже легче. Я чего-то по-настоящему испугался. Как вспоминаю её сидящую в машине, прижатую и без сознания, всё внутри передёргивается от осознания того, что я мог вчера вечером её потерять. А я не хочу её терять. Я люблю её.

Прошел по коридору до отделения и сразу заметил доктора. Он меня. Подошел.

— А ваша жена уже ушла, — недоумённо смотрит на меня.

— Как ушла? Вы же сказали приехать позже, я и приехал.

— Не знаю, я её отпустил. Она сказала, что вы уже на стоянке её ждёте, ну и слава богу.

Стою перед ним как дурак, реально, глупая ситуация.

— А, хорошо. Наверное мать её приехала, а она подумала что это я. У нас машины одинаковые.

— Возможно, — он улыбнулся и протянул мне руку, — кстати, поздравляю.

— С чем?

— Ох, забыл, она же просила не говорить, вам сюрприз готовит. Ну, молчу, всё, — он закрыл пальцем губы.

— Сюрприз? Очень интересно, ну хотя бы намекните. А то я за рулём, буду волноваться, делать разные предположения, стану невнимательными на дороге, — включаю дар убеждения.

— Ну да ладно, только вы меня не выдавайте…

— Обещаю, буду нем, как рыба.

— В общем, по анализам, жена ваша, вполне себе беременна. Так что, скоро станете счастливым отцом.

Я как стоял, вот так и замер на месте.

Как это?

— Вижу, вы ошарашены. Эх, такой сюрприз я испортил, ну да ничего, это ведь хорошая новость?

— Д-да, хорошая, — вот сейчас действительно глупая ситуация., — спасибо, — я рассеянно пожал ему руку, повернулся и пошел по коридору.

Вышел на стоянку посмотрел вокруг.

Что, твою мать, происходит?

-

Еду в такси. Смотрю в окно.

Пытаюсь переварить факты. Когда доктор сказал, что я беременна, даже не пойму как тут же напросилась на УЗИ. Медсестра отвела меня на второй этаж, в кабинет УЗИ. И вот у меня в руке, всё как на ладони, фото моего ребёнка. Не точка, не эмбрион еле различимый, а вполне себе уже сформированный ребёнок. Двадцать пять недель срок.

Двадцать пять недель!

Как такое может быть?

Зачем мне это сейчас?

Я реально немного в шоке. Не понимаю, что с этим делать и как теперь быть. Не понимаю, как я могла пропустить двадцать пять недель. У меня и раньше были проблемы с циклом, и я даже не представляла себе, что может скрываться за этой большой задержкой. Потому что и раньше такое случалось. Я совершенно не волновалась и не обращала внимания, я даже уже не записывала. Мне казалось это бессмысленным.

Да я немного набрала за последние месяцы, но считала, это потому что увлеклась выпечкой. Постоянные брауни, чизкейки и пончики, я думала именно это отложилось у меня на бёдрах и на животе.

Неосознанно, в первый раз положила на живот руку. Значит это не пончики, это ребёнок — двадцать пять недель. Практически полноценный малыш, который уже слышит и наверное видит.

О господи. Я прикрыла рукой губы. Чувствую резь в глазах. Нужно держаться. Потом, когда приеду. Не сейчас. Я не хочу, чтобы водитель подумал, будто со мной что-то не так.

Стараюсь держаться.

Машина остановилась, я открыла сумку, достала деньги.

— Спасибо, — протянула водителю.

— Хорошего дня, — кивнул мужчина, — у вас что-то случилось? — неожиданно задал вопрос.

— Нет, всё хорошо, Ещё раз спасибо, — выдохнула я и вышла из машины.

Повернулась, глянула на ворота бордового цвета, подошла и надавила на кнопку звонка.

— Заходи! — крикнули из динамика и щёлкнул замок калитки.

Я вошла, захлопнула за собой дверь, пошла по дорожке к дому. На порог уже вышла мама в цветастом халате. Невысокая, полная, с короткой стрижкой. Я совсем на неё не похожа. Мама метр пятьдесят пять, а я на сантиметров десять выше. Дашка на маму похожа, я на папу.

— Что это ты не на работе? — прищурилась мама.

— Выходной у меня, — я вошла в дом.

Дом моего детства. Тут я чувствую себя маленькой девочкой, которая может укрыться здесь от всех невзгод.

— Давай колись, с мужем поссорилась? — мама вошла в кухню следом за мной.

Я шмыгнула носом. Всё не могу больше, и полились слёзы из моих глаз.

— Ох ты, господи, Вера, ну чего ты? — мама подошла, обхватила меня за талию, мне пришлось наклониться, чтобы обнять её за плечи, — Ну что такое, он, что тебя обидел, да? Доченька, говори, а то я сейчас тоже заплачу. Говори, что он сделал гад?

— У него есть любовница, — делюсь, не хочу, но делюсь.

Знаю что будет, знаю что нельзя говорить этого маме, знаю как она отреагирует и всё равно произношу.

— Но вот, я так и знала, добром этот ваш брак не кончится. Вот, пожалуйста, хотела красавца, получай, — гладит меня по плечу, ругая Егора.

Шмыгая носом, я отпустила маму, пошла взять салфетку.

— Ничего, я сейчас чайку заварю, — она пошла к плите, — ты обедала? Ты голодная?

— Нет, — мотаю головой, сажусь на стул, — я не хочу есть.

— Что-то ты бледная какая-то, а ну, — оно подошла, положила руку мне на лоб, — как бы не заболела. Уходи от него, даже не раздумывай. Смотри, какой отыскался. Такую красавицу променять на кукую-то лахудру, — мама у стойки готовит мне чай и причитает, — Ты её знаешь? — повернулась и подозрительно на меня посмотрела, прямо в глаза, как будто сейчас сама всё в них увидит и выпалит имя любовницы моего мужа.

— Нет, не знаю, — говорю поскорее, чтобы пройти эту стадию и к ней уже не возвращаться.

— Вот, что значит молодые девки в салоне, а я тебе говорила. За таким как твой Егор глаз да глаз надо. Вон у Наташки, муж как муж. Работает, только на неё и смотрит, такой не загуляет. А у тебя? Вот, получи красавца. Я говорила, помнишь, я говорила, когда ты с ним на свидание бегала — такой себе цены не сложит. За ним бабы косяками будут бегать, пока ты дома будешь ему пирожки печь…

— Мам, я беременна, двадцать пять недель, — сморкаюсь в салфетку.

— Ох! — схватилась она за бок и села на табурет, глаза выпучила, я аж вскочила со стула.

— Мамочка, что с тобой?

— Вера, немедленно возвращайся к мужу.

Глава 7

— Ты серьёзно? — уставилась я на маму.

— Абсолютно серьёзно. Ты знаешь, что такое поднимать ребёнка одной? Что такое жить