Шпион в Академии Звезд - Элиан Вайс

— Что ты делаешь?! А ну отпусти! — я дернулась, но его вес, его превосходство в силе были абсолютными.

Его лицо оказалось в дюйме от моего. Я чувствовала обжигающий жар его тела.

— Откуда первокурсница знает маневр обхода с перебросом энергии на щиты? — его шепот был похож на шипение ядовитой змеи. Хищник поймал дичь. — Этот протокол засекречен для нижних курсов. Кто ты такая?

— Пусти меня, Арес! Это незаконное удержание, я доложу…

— Докладывай, — оборвал он, нависая надо мной так, что я оказалась полностью зажата между спинкой кресла и его грудью. Расстояние между нашими губами сократилось до невыносимого минимума. — Докладывай кому хочешь. Вульф думает, что ты просто строптивая игрушка. Но я знаю, что за этой красивой мордашкой скрывается что-то опасное. И я выверну тебя наизнанку, Ариана, но узнаю твои секреты.

— Ты сумасшедший параноик, — прошипела я, глядя прямо в его черные глаза. Мое тело предательски реагировало на его близость. Внизу живота завязался тугой, горячий узел. Запах его кожи дурманил, заставлял забыть о миссии, о правилах, обо всем на свете.

Я должна была ударить его коленкой, использовать уязвимости, которым меня учили в «Эклипсе». Но я не могла пошевелиться. Мой взгляд непроизвольно соскользнул на его губы.

Он заметил это. Зрачки Ареса расширились, поглощая радужку. Воздух в кабине стал невыносимо горячим. Вейд тяжело сглотнул, его взгляд с моего рта скользнул выше, втягивая в свой омут. Вся его холодность, весь расчет растворились в чистом, животном голоде. Он резко отпустил мои запястья, но лишь для того, чтобы зарыться пальцами в мои волосы на затылке, жестко фиксируя мою голову.

— Иди к черту, Вейд… — попыталась выдохнуть я.

Но он не дал мне закончить. Арес врезался в мои губы своими. Что больше напоминало полномасштабное вторжение. Грубое, собственническое, властное. Он целовал меня так, словно хотел выпить всю мою энергию, словно наказывал за то, что я залезла ему в голову.

Мои губы разомкнулись от удивления, и он тут же углубил поцелуй, вторгаясь языком, пробуя меня на вкус. Свинец, мята и космос. Он стонал — глухо, глубоко в груди, и этот звук заставил мой разум полностью отключиться.

Я не могла сопротивляться. Мои руки, только что освободившиеся, вместо того чтобы оттолкнуть его, сами потянулись вверх, скользнули по его широким плечам и впились в стальные мышцы его спины под комбезом. Я ответила на поцелуй с такой же дикой, отчаянной страстью. Я кусала его губы, он кусал мои. Мы боролись за контроль прямо здесь, в тесном кресле симулятора. Он навалился на меня всем весом, прижимая меня к жесткой спинке, его бедро собственнически втиснулось между моих ног, отчего изо рта у меня вырвался полустон-полувсхлип.

Сердце Ареса колотилось под моей ладонью как сумасшедшее. Ледяной принц Академии расплавился, превратившись в вулкан дикой похоти. Казалось, прошла вечность, прежде чем в отсеке раздался механический голос системы:

— Симуляция завершена. Разблокировка люков через три секунды.

Этот резкий, искусственный звук стал словно ушат ледяной воды. Осознание того, что я творю, с кем я это делаю и как сильно рискую миссией, ударило меня под дых. Я резко, со всей силы, уперлась ладонями в его грудь и оттолкнула. Он был настолько ошеломлен нашим поцелуем, что поддался и отшатнулся на свое сиденье, тяжело дыша.

С шипением отъехал люк. В капсулу ворвался свет ангара и шум сотен голосов.

Я не смотрела на него. Мои губы горели огнем, припухшие и влажные. Руки тряслись. Я схватила свой дата-пад, сбросила остатки ремней и вылетела из капсулы пулей, едва не сбив с ног какого-то кадета на выходе.

Позади меня, в темных недрах симулятора, остался сидеть Арес Вейд. И я точно знала: теперь охота началась по-настоящему, и пути назад у меня больше нет.

Глава 4

Арес

Вкус ее губ. Свинец, адреналин и эта проклятая, ни с чем не сравнимая свежесть озона перед сокрушительной грозой.

Я сидел в полумраке остывающей симуляционной капсулы, откинув голову на жесткий подголовник пилотского кресла, и тяжело, с хрипом втягивал воздух. Мои пальцы все еще сжимали подлокотники так, что композитный пластик жалобно скрипел на грани разлома. Она сбежала. Вылетела наружу, словно за ней гналась стая гончих смерти, оставив меня наедине с пульсирующим животным голодом, который я не