Королева Неверленда - Никки Сент Кроу

— Я бы хотел трахнуть тебя среди звёзд в гроте, — говорит Баш, запуская руку в мои волосы и наклоняя меня в сторону, чтобы поцеловать.

Тёплые ладони Каса лежат на моих бёдрах, и их жар резко контрастирует с лёгкой прохладой в воздухе, заставляя меня задрожать.

Баш отстраняется и отпускает меня.

— На новолуние там лучше. Нам стоит подождать несколько недель.

— Подождите, какой ещё грот?

Близнецы обмениваются понимающими взглядами, прежде чем Кас отвечает:

— Он находится под Скалой Покинутых. Нужно нырнуть в лагуну и проплыть через тоннель в скале. В новолуние мальки в гроте светятся фосфоресцирующим светом, и кажется, будто плаваешь среди звёзд.

— Как давно вы знаете об этом месте и почему до сих пор мне не рассказали?

— Потому что они эгоистичные засранцы, — Пэн входит на кухню, а следом за ним появляется Вейн. Пэн наливает себе чашку кофе и добавляет немного бурбона. — Будешь? — спрашивает он Вейна.

Вейн забирает бутылку бурбона, отказавшись от кофе.

— Давайте устроим вечеринку, — повторяет Баш.

Делая долгий глоток, Вейн смотрит на Пэна поверх изогнутого горлышка бутылки.

— Зачем? — спрашивает Пэн.

— Чтобы отметить с нашими друзьями, — отвечает Кас.

Ответ простой и совершенно обычный, но то, как он это произносит и как при этом смотрит на Пэна, говорит мне, что ничего простого здесь нет.

Все четверо замолкают, сосредоточив всё внимание друг на друге, словно ведут безмолвный разговор, который либо напрямую касается меня, либо настолько меня не касается, что мне в нём нет места.

— Что происходит? — спрашиваю я.

— Ладно, — отвечает Пэн.

— Да! — восклицает Баш и победно вскидывает кулак.

— Эй?

— Я разведу костёр! — Баш грубо целует меня в губы, с нетерпением ребёнка, выбегающего играть, а затем снова исчезает снаружи.

— Я скажу остальным Потерянным Мальчишкам и принесу фейское вино, — Кас целует меня в щёку, а затем направляется в погреб.

Я поворачиваюсь на столешнице кухонного островка и пристально смотрю на Пэна и Вейна.

— Что происходит?

Вейн снова подносит бурбон ко рту и делает солидный глоток, а затем, не говоря ни слова, выходит следом за Башем. Обычно, в хорошие дни, благодаря связи с Тенью я могу чувствовать, что он думает и ощущает, но он, или Тень, или, возможно, они оба отгородились от меня.

Теперь мы с Пэном остаёмся вдвоём. Я слышу, как Кас в многочисленных извилистых коридорах дома на дереве кричит остальным Потерянным, чтобы они готовились к костру.

— Что я пропустила?

Пэн ставит кофе и обходит кухонный островок, раздвигая мои колени, а затем хватает меня за задницу и подтягивает к самому краю столешницы.

— Пообещай мне кое-что, Дарлинг.

Я прищуриваюсь, глядя на него.

С каждым днём, прошедшим с тех пор, как он узнал, что является первобытным звёздным богом, он становится всё красивее. Такими темпами через год или два он будет настолько горяч, что на него станет невозможно смотреть.

— Скажи, что пообещаешь, — он утыкается мне в шею, проводя по ней губами. Я вздрагиваю.

— Как я могу пообещать, если не знаю, о чём речь? А вдруг ты хочешь, чтобы я покрасила волосы в синий? Или перестала пить? Или перестала есть хлеб по вторникам?

Его смех мягким выдохом касается моей шеи.

— Вот моё обещание: я никогда не отниму у тебя хлеб.

— Вот и хорошо. Потому что я устрою бунт. Сбегу в леса Неверленда и завербую лесных зверей, чтобы развязать войну против тебя и твоего дома.

Он снова посмеивается и целует меня в ключицу, затем в плечо и в изгиб шеи.

— Просто пообещай, что сегодня повеселишься. М-м?

Я тут же начинаю что-то подозревать.

— И всё?

— Да.

— Слишком просто.

— Значит, и дать такое обещание будет просто.

— Помнишь, как впервые пришёл ко мне? Помнишь, как сказал: «Можно пойти простым путём, можно трудным»?

— М-м. Да.

— С тобой ничего не бывает просто.

Он выпрямляется, и висящий над нами фонарь, сияющий в сгущающейся ночи, очерчивает его золотом, превращая ярко-голубые глаза почти в белые.

Снаружи просыпаются сверчки, стрекочут квакши, а океанский ветер шумит в пальмах.

Я люблю это место. Люблю Неверленд и этих мужчин и отчаянно хочу остаться здесь навсегда.

Но не могу отделаться от ощущения, что вокруг смыкаются волки.

Пэн ничего не отвечает. Вместо этого он жадно целует меня, пробуя языком на вкус. А затем стаскивает со столешницы. Я вскрикиваю, обхватываю ногами его бёдра и смеюсь, пока он несёт меня наружу.

Он отвлекает меня. И я ему позволяю.

— Ладно, — говорю я и обвиваю его руками. — Обещаю.

— Хорошая девочка.

Я расцветаю от его похвалы.

Они его убьют.

У него была всего одна задача, и он её провалил. По-королевски.

Он не был в Неверленде уже несколько месяцев, и едва его сапоги касаются земли острова, как он вздыхает и поднимает лицо к усыпанному звёздами небу, вдыхая здешний воздух.

Но ликование длится лишь мгновение, прежде чем реальность снова обрушивается на него.

Он чувствует себя неважно. За глазами пульсирует тупая боль. В затылке глухо стучит. И хотя он полу бессмертный фейри, который регулярно тренируется в собственноручно оборудованном импровизированном спортзале, суставы ломит так, словно у него жар или он каким-то образом постарел за ночь на целый век.

Однако всё это станет наименьшей из его проблем, когда он доберётся до дома на дереве. Когда расскажет близнецам, Уинни, Пэну и Вейну, насколько сильно их подвёл.

В ночном воздухе пульсирует вечеринка. Из-за дома мерцает янтарно-золотой свет. До него доносятся голоса, треск и потрескивание костра.

Вдалеке волны разбиваются о песчаный берег, а ещё дальше раздаётся волчий вой.

Обогнув угол дома, он окидывает взглядом собравшихся, человек тридцать или сорок, и первым замечает Пэна на краю освещённого костром круга, с напитком в руке. Слева от него стоит Вейн, наклонившись ближе и что-то шепча, отчего Пэн кивает. Но внимание обоих мужчин направлено на противоположную сторону костра.

Там между близнецами стоит Уинни. Волосы Каса собраны в пучок, несколько длинных прядей свисают ему на лицо. Баш без рубашки, его крылья движутся в такт барабанному ритму музыки.

Пока тени всё ещё скрывают его, он останавливается и делает ещё один глубокий, успокаивающий вдох. От последствий, какими бы они ни оказались, не убежать. Так что лучше покончить с этим сразу.

Ещё один вдох. Ладно, может, ещё один. Просто чтобы успокоить нервы.

Проклятье.

Покачав головой, он выходит из тени в круг света.

Первым его замечает Пэн. Невозможно выдержать