Блинная «Клубничная грядка» - Лори Гилмор

Айрис не хотела повторения истории с похитителем трусиков.

– Прости, – сказала она. – Занятие в бассейне затянулось.

Она едва успела переодеться и прийти сюда. Мокрые волосы были заплетены в косу, спадающую на спину. Подул холодный мартовский ветер, и ее руки покрылись мурашками. Она снова забыла свой свитшот в зале.

Айрис перекинула косу через плечо и выжала ее на крыльце. Когда она подняла голову, Арчер все еще неотрывно смотрел на нее. Может, он до сих пор держит обиду за тот случай со смузи?

– Олив нужно забирать из школы в два тридцать, – произнес он.

Айрис с вызовом ответила на его сверлящий взгляд.

– В том случае, если я возьмусь за эту работу, я подстрою расписание занятий в зале под Олив, – сказала она, гордо вскинув подбородок. Интересно, он вообще думает ее впускать или собеседование будет проходить прямо на крыльце?

Его глаза задержались на ее лице еще на мгновение, а потом взгляд опустился к мокрому пятну на груди. Она могла бы подумать, что он извращенец, если бы не строгая линия рта, сжатого явно неодобрительно. Очевидно, ее внешний вид – топ и легинсы в придачу с мокрой косой – не соответствовал его стандартам. Такое же впечатление у нее сложилось и в кафе: Айрис было подумала, что привлекла его, но, когда она предложила купить напиток, тот умчался на всех парах.

Хорошо, что с тех пор ничего не произошло, ведь он ее работодатель. Вернее, может им стать – нельзя же исключать такую вероятность.

Он снова устремил на нее оценивающий и суровый взгляд. Господи боже, можно себе представить, как он, командуя на кухне, кричит на своих бедных сушефов. В фильмах такими обычно и показывали шеф-поваров, профессионалов, требующих от подчиненных точности и абсолютного совершенства. При мысли, что должен чувствовать человек, которому удалось получить одобрение такого специалиста, мурашки бежали по коже.

Она отбросила эти внезапные глупые мысли: если Арчер ждет от нее совершенства, то будет сильно разочарован. В отличие от других, у Айрис никогда не получалось жить как по линеечке – сплошные завихрения и повороты. Она постоянно опаздывала, кроме случаев, когда проводила занятия в зале (недопустимо заставлять учеников ждать). Сколько себя помнила, она бросала хобби и только начатые книги. Ее можно было назвать неплохой, но слово «совершенство» точно никак с ней не вязалось. Если в этот раз сценарий повторится, то на этой работе Айрис продержится не больше полугода. Может, стоит уйти прямо сейчас и сэкономить время обоим?

Арчер наконец перестал изучать ее с ног до головы и отступил в сторону. Девушка нехотя последовала за ним по узкому коридору, который вел в уютную гостиную. Там на диване сидела маленькая девочка и смотрела какое-то кулинарное шоу про кондитеров. Айрис сняла шлепанцы и оставила их у двери рядом с другой обувью. При виде пары крошечных кроссовок сердце забилось чаще. Как взять ответственность за кого-то настолько маленького?

Все это явно плохая затея.

Девочка слишком маленькая, да еще и отец ведет себя как козел. Нет, Айрис чувствовала себя совершенно не готовой к заботе о ребенке.

Что поделать, надо перебираться к Бекс.

Она уже собиралась отказаться, когда заметила, как Арчер смотрит на дочь. Он выглядел абсолютно… растерянным. Как человек, заблудившийся в лабиринте и не имеющий ни малейшего понятия, как из него выбраться. Такой печальный и в то же время охвачен паникой. Он явно нуждался в ком-то, кто поможет с ребенком.

Арчер встретился с ней взглядом и быстро вернул себе суровый вид начальника.

– Давай сначала обсудим все на кухне, а потом ты познакомишься с Олив.

– Да, конечно, – ответила Айрис.

Олив не отвлеклась от телевизора, даже когда они прошли мимо. Кухня и гостиная были фактически одной комнатой, границей между ними служила небольшая стойка для готовки.

Айрис подсела к ней, Арчер встал напротив, опершись руками о столешницу. Закатанные рукава обнажали предплечья.

– Ты никогда не думал сделать на руке татуировку с кухонной лопаткой? – спросила она.

Он удивленно приподнял брови.

– Сделать что? Зачем мне это?

Айрис пожала плечами.

– Не знаю… Разве так не делают почти все шеф-повара? Набить кучу татуировок на теле с приборами, мясом и другими кухонными штучками?

– Кухонными штучками? – Еще чуть-чуть – и Арчер бы улыбнулся, но уголки губ упрямо держали прямую линию.

– Не притворяйся, что не понимаешь, о чем я. У каждого «злого шефа» татуировки – неотъемлемый атрибут. Или они у тебя где-то еще…

Айрис указала на его тело, но рука зависла в воздухе: Арчер смотрела нее с ужасом.

Боже, и как это пришло ей в голову?

– Эм… Извини. Зря я это сморозила.

– Как насчет того, чтобы обсудить работу? – На его лице все-таки появилась улыбка. Еле заметная.

Айрис кивнула, с облегчением отвлекаясь от назойливых мыслей. Интересно, можно ли на самом деле назвать Арчера шефом-плохишом и где у него татуировки. На широкой груди или, допустим, на спине…

– Айрис?

– А?

Она снова далеко унеслась в своих мыслях, но голос Арчера вернул ее к реальности. Реальности, где он задает ей вопросы об опыте работы няней и в которой нет места мыслям о его теле. Не то чтобы ей так уж хотелось о нем думать. И тем более вспоминать прикосновения к его твердой груди, когда Айрис оттирала с рубашки пятна смузи. Подобные мысли были совершенно неуместны, как и рассуждения о лице Арчера. И этих больших руках напротив нее. Боже, какие длинные у него пальцы. Такие пальцы наверняка на многое способны…

Айрис откашлялась.

– Прости, я прослушала…

Арчер снова посмотрел на нее с разочарованным выражением лица, которое говорило, как он жалеет, что вообще пригласил ее сюда. Он, должно быть, находится в таком же отчаянном положении, как и она. Если Айрис для него лучший вариант, то ситуация абсолютно безвыходная, как и говорила Глэдис.

– Я спросил, есть ли у тебя опыт работы с детьми.

– Ну-у… э-э… не совсем.

– Не совсем?

– Я много работаю со стариками, которые, как и дети, относятся к группам населения, требующим особого ухода. – Она с натянутой улыбкой выдала заученную фразу, которую накануне отрепетировала с Бекс.

Арчер слегка кивнул, будто раздумывая, стоит ли воспринимать такую чушь всерьез. Не то чтобы это была полная чушь – для собеседования вполне допустимая формулировка. Конечно, пожилые подопечные Айрис вряд ли обрадуются сравнению с детьми, но, как бы неприятно ни было это осознавать, ей действительно очень нужна эта работа.

– Я провожу занятия в студии йоги.

Слово «занятия» вроде бы привлекло его внимание, поэтому она продолжила:

– У меня есть сертификат по оказанию первой помощи, и я… э-э-э… творческая.

Что еще там упоминала Глэдис?

– А еще я не занята. – Айрис почувствовала, как почему-то краснеет. – То есть я могу приступить к работе прямо сейчас.

Она снова улыбнулась и встретилась с