Второй шанс для матери-злодейки - Диана Маш

— Так он сохраняет всю свою пользу, — с улыбкой во всё лицо ответил ей стоявший за прилавком пожилой торговец.

Он протянул девушке небольшой кусочек на палочке. Стоило Лю Фан его попробовать, как ее глаза засияли, подобно праздничным фонарикам. Юань Хао долго не мог отвести от жены взгляда. Ему очень нравилось видеть ее именно такой — увлеченной, живой, сбросившей со своих плеч тяжелый груз постоянной тревоги и неуверенности.

Обойдя большую часть парка, они пообедали в небольшом уютном кафе, а затем заглянули в Музей традиционного китайского костюма. Он располагался неподалеку, в старом павильоне. Прохлада залов, запах дерева и ладана, стеклянные витрины с куклами в пышных одеяниях — всё здесь было создано для того, чтобы погрузить посетителя в атмосферу ушедших эпох.

Лю Фан замерла перед одним из экспонатов. На кукле было изысканное женское платье из синего шелка, по подолу которого золотыми нитями были вышиты цветущие орхидеи. В прошлой жизни, в тот день, когда ее убили, на ней было почти такое же. Только оттенок синего казался чуть ярче.

Лицо девушки побледнело. Она словно в одно мгновение перенеслась через пропасть времени в свои холодные покои. Вся ее новая жизнь ей просто приснилась. А реальность — это дворец и его жестокие обитатели.

Молча наблюдавший за женой Юань Хао, заметив ее странную отрешенность, подошел ближе и взял за руку. Будто через прикосновение хотел дать понять, что принимает все ее тайны, какими бы невероятными они ни были. Вздрогнув, Лю Фан подняла на мужа полный благодарности взгляд.

Когда солнце начало клониться к закату, окрашивая небо в алые тона, пара вышла к берегу искусственного озера. По выходным сюда стекались люди, чтобы полюбоваться фейерверками. Юань Хао нашел уединенную скамейку под раскидистой ивой и занял ее вместе с женой.

В небе один за другим начали распускаться огненные цветы. Алые, как пионы, изумрудные, словно листья лотоса, сапфировые, подобно глицинии. Пока Лю Фан, затаив дыхание, следила за этим волшебством, сильная рука Юань Хао лежала на ее талии.

Прижавшись к мужу, она закрыла глаза, вдыхая исходящий от его одежды знакомый, успокаивающий запах. В этот миг девушка осознала, что ни в прошлой жизни, ни в этой не была еще так счастлива.

Когда последний фейерверк угас, оставив после себя лишь запах дыма и легкий звон в ушах, Юань Хао наклонился и поцеловал ее в макушку.

— Заберем нашего мелкого разбойника и поедем домой?

Девушка смущенно кивнула. Свидание подошло к концу. Вернувшись к машине, они поехали за сыном.

Припарковавшись, Юань Хао не стал утруждать жену и предложил ей дождаться их с Баоцзы во дворе. Сам зашел в здание. Едва он скрылся из виду, как из соседнего блока вышла высокая, изящная женщина в черном классическом платье, подчеркивающем ее идеальные формы.

Лю Фан сразу узнала в ней свою старшую сестру — Лю Мэйлин.

[1] Гинкго — это голосеменное реликтовое растение, известное как «живое ископаемое». В Китае почитается как священное дерево, символ долголетия и стойкости.

Глава 101. Открыть глаза

Освещённое мягким светом уличного фонаря красивое лицо Лю Мейлин при виде младшей сестры сделалось холодным. Сменив направление, она уверенным шагом приблизилась к одиноко стоящей посреди двора девушке и смерила её подозрительным взглядом.

— Что ты здесь делаешь? — её мелодичный голос звучал сухо, без прежней притворной теплоты. — Если пришла к родителям, их нет дома. Они всё ещё в отъезде…

После их последнего разговора в караоке Лю Мейлин больше не видела смысла в притворстве. Родная кровь или нет — между ней и Лю Фан никогда не существовало настоящей сестринской связи. Судьба с самого начала определила их быть по разные стороны. Враги с рождения и до конца жизни.

— Вы… вы живёте здесь? — удивлённо захлопала глазами Лю Фан.

— Хочешь сказать, что ты не знала? — не поверила ей Лю Мейлин.

— В этом доме живёт друг моего мужа, господин Ли, — терпеливо объяснила ей Лю Фан. — Сегодня Баоцзы гостил у него. Мы пришли его забрать.

— Ли Цай? — нахмурилась Лю Мейлин.

Она вспомнила, что их с Юань Хао бывший одноклассник действительно живёт в соседнем блоке. Значит, младшая сестра ей не врёт. Однако мысль о том, что та приехала сюда с мужчиной, которого сама Лю Мейлин до сих пор не могла выбросить из мыслей, лишь усилила её раздражение.

Лю Мейлин надеялась, что после её откровений в караоке в отношениях младшей сестры и Юань Хао появятся трещины, которые быстро приведут к разводу. Но, судя по тому, что эта парочка всё ещё неразлучна, её план провалился.

Бессильная злость затопила душу. Но тут в голову пришла внезапная идея.

— Фан-Фан, твоя память всё ещё не вернулась? — будто невзначай уточнила Лю Мейлин.

Лю Фан насторожилась, явственно ощущая внутри странное беспокойство. Но чем оно вызвано, как ни старалась, понять не могла.

— Ах, о чём это я? Вряд ли бы ты продолжала цепляться за брата Хао, если бы помнила, как именно заняла место его жены…

— Что ты хочешь сказать? — резко подняла голову Лю Фан, её голос звучал тихо, но очень твёрдо. — Учти, если снова начнёшь рассказывать о том, что мой муж так сильно тебя любил, что до сих пор не может забыть, я не стану тебя слушать.

Юань Хао признался ей, что никогда раньше не испытывал того, что сейчас чувствует к Лю Фан. И она ему верила. Возможно, история с его и Лю Мейлин помолвкой — не ложь. Но, успев узнать характер мужа, Лю Фан была уверена: люби он её старшую сестру по-настоящему, никогда не позволил бы ей уйти. И уж тем более не женился бы на другой — беременна та или нет.

Лю Мейлин окинула девушку насмешливым взглядом.

— Ты права. Брат Хао, соглашаясь на нашу помолвку, не испытывал ко мне никаких чувств. Я придумала это специально, чтобы проверить твою реакцию и понять, настоящая у тебя амнезия или нет. Признаю, мой поступок не из лучших. Но то, что совершила ты, Фан-Фан, в тысячу раз хуже. И пусть сама ты этого не помнишь, перед глазами твоего мужа каждый день бегает живое напоминание… Кто поручится, что в его сердце не сидит заноза?

— Я… я не понимаю, — сдавленно выдохнула Лю Фан.

— Младшая сестра, хочешь узнать настоящую правду? — голос Лю Мейлин был сладок, как патока, но глаза метали молнии. — Давай поговорим в стороне. Вон там.

Не дав Лю Фан опомниться, она вцепилась в