Проект Алиса Громова - Алёна Май

Константин направил пистолет прямо на Матвея, и тот поднял руки. Катя начала всхлипывать. Её присутствие только отвлекало. А еще Алиса в машине… Он надеялся, что ей хватит ума не выходить.

— Опусти пистолет!

Матвей закрыл глаза и едва не застонал. Не хватило ей благоразумия, не хватило.

— Вернись в машину. Живо, — прошипел он, сердце, тем временем, больно стучало в ребра.

Константин сделал еще шаг и теперь его пистолет едва не касался носа Матвея.

— Твои женщины такие шумные, — раздраженно сказал Константин. — И что они все в тебе находят?

— Я все снимаю на камеру! — пригрозила Алиса.

Константин улыбнулся.

— И что с того? Я быстро прикончу вас по одному еще до того, как ты что-либо сделаешь.

— Это прямой эфир, тупица! — громко оповестила Алиса, и Матвея пробрало дрожью.

Ну кто же выдает себя с потрохами⁈ Это только в кино и работает, а в жизни ты рискуешь получить пулю в лоб.

Заявление Алисы явно не понравилось Константину, но он замешкался. Матвей среагировал на эту заминку молниеносно: дернулся к руке Константина в попытках выбить или отобрать пистолет, схватил того за локоть, но тут же получил другой рукой под дых, а следом по лицу ногой.

Катя вскрикнула, Костя направил на неё пистолет:

— Всё из-за тебя сучка.

Матвей, не раздумывая, кинулся на защиту Кати, хоть по телу разливалась ноющая боль.

Прогремел выстрел.

* * *

Алиса видела всё как в замедленной съемке.

Первый выстрел — мимо. Катя кинулась наутек, прячась за одним из близлежащих сооружений. Алиса остолбенела, телефон казалось врос в руку. Матвей снова получил по животу.

Костя резко развернулся к Алисе, и направил пистолет уже на неё, собирался выстрелить, но Матвей провернулся по земле как какой-нибудь Том Круз в «Миссия невыполнима» и сделал Константину подсечку. Второй выстрел — и тоже мимо, но в это раз Алиса вся сжалась в комок и припала к земле, закрывая голову руками, как будто это могло помочь.

— Сука, — прошипел Константин.

Она подняла голову — Кати не видно, а Матвей сцепился с обезумевшим Константином. Они крутились и вертелись.

Константин был явно более опытным бойцом. И этот опыт он приобрёл уж явно не на спаррингах в качалке. Его глаза — глаза хищника, которому только дай каплю крови — разорвёт.

Матвею удалось выбить пистолет из рук Константина. Он отлетел куда-то в темноту, и на секунду Алиса почувствовала облегчение, до того момента, как Матвею, кажется, выбили зуб.

Эти выстрелы немного оглушили Алису, и она едва не задыхалась от страха. За себя, за Матвея, да даже за чёртову Катю!

Её так сковало и одновременно затрясло, что она не могла совладать с телом. Первое, что ей захотелось сделать, — это бежать со всех ног. Лихая бравада о том, что деревенской девчонке море по колено, оказалась не более чем самообманом.

Пальцы Алису не слушались, но она смогла дотянуться до ручки двери машины и влезть на водительское сидение.

Алиса вжалась в сидение, пытаясь спрятаться. Но отголоски разума твердили, что паника — последнее, что ей сейчас может помочь выбраться из этой ситуации живой. Слёзы хлынули неудержимым потоком из глаз.

— Господи-господи-господи…

Она даже вспомнила как ходила с матерью в детстве в церковь, хотя их семью сложно было назвать верующими. Алиса пыталась нашептать хоть какую-то молитву, но получалось только мычать.

Прямо сейчас она мать совсем не ненавидела. Она проклинала себя за то, что вообще уехала в Москву, что посмела мечтать о другой жизни. Ведь именно это и привело её к Матвею, именно их союз и довел всех этих людей до крайностей. Если бы она не появилась в их жизни, если бы не она…

Вытесняя эти сложные и разрушающие мысли, ворвались другие. Та часть Алисы, которая никогда не сдавалась, билась в закрытую от страха дверь.

— Надо что-то сделать, надо что-то сделать… — шептала она, а затем услышала третий выстрел и женский крик.

Он-то её и отрезвил, заставив не сжаться, а выпрямиться по струнке. Третий звонок в театре всегда означает начало представления, и если сейчас она не выйдет на сцену, то спектакль отменят.

Она всё ещё жива, и она в закрытой машине. А Матвей там, дерется не на жизнь, а на смерть. И если он проиграет… зарыться головой в песок как страус в надежде, что Алису не заметят, не получится. Как не заметить огромную страусиную задницу? Вот в этой заднице они сейчас все и находились.

Алиса быстро утерла щеки и аккуратно выглянула из-за руля. Руки продолжали трястись, поэтому она с силой сжала руки, чтобы унять дрожь. Телефон улетел уже куда-то под сидение и мало её волновал. Не было никакого прямого эфира — она блефовала. Думала, Константин лишь запугивает, и пыталась переиграть. Дура.

Из-за слёз, стоящих в глазах, и не разобрать, что происходит снаружи. Но Алиса увидела, и все её внутренности сжались от боли.

Матвей лежал на земле и не шевелился. Кати — не видать. А премьер этого театра абсурда смотрел на Алису безумными, налившимися кровью глазами, не говоря о том, что он сам был в крови.

Он снова направил на неё пистолет, но теперь он её не пугал. В её крови закипела ярость и отчаяние. Если Матвей умер…

Один удар сердца, и Алиса уже была полна решимости. Плевать, пробьет ли пуля стекло и попадет в неё — без Матвея она себе уже не представляла свою жизнь. Она была бы просто бессмысленной. Без его недовольного вида и ворчания, когда она разбрасывает вещи или ест в постели; без его смущения, когда он находит её секс-игрушки; без его напряжения, когда он не может предугадать мысли Алисы; без его улыбки, без смеха, без его губ на её губах и без его рук на её теле. Они слишком мало пробыли вместе как настоящая пара. Слишком-слишком-слишком мало!

Алиса включила фары. Яркий пучок света выхватил из темноты фигуру Константина. Секунда понадобилась, чтобы дрожащей ладонью перевести рычаг в «драйв». Ещё одна — чтобы нога, налитая свинцом ужаса, решительно вдавила педаль газа до щелчка в полу.

Двигатель взревел, машина вздрогнула всем кузовом и рванула вперёд, подчиняясь не логике, а чистой воле. Константин нажал на курок. Одна из пуль разбила лобовое, другая просвистела рядом. Разум Алисы уже отключился, а её скорость реакции повысилась так, будто она героиня фильма «Люси» и только что достигла уровня бога. Алиса выкрутила руль, пытаясь поймать мельтешащий силуэт