Королева непослушания - Ада Николаева

отец… Кто он вообще? Его нет! — Владимир Леонидович перевёл дыхание и продолжил спокойнее, уговаривая: — Алиса идеальная кандидатура. Её род почти такой же древний, как и наш. Вся родословная состоит из чистокровных оборотней и…

— Ага, — прервал его Влад. — У нас с Князевыми и так уже полно договорных браков в каждом поколении. Вы столько раз женили своих детей между собой, что приходится попотеть, чтобы найти не родственников на родовом древе и заключить очередной союз. Может хватит?

— Чистота крови — наше всё! — отец гордо задрал подбородок.

— Мы живём в современно мире, где всем плевать на родословную и люди наконец равны! Твои консервативные взгляды устарели, отец.

— Равны?.. — сощурился мужчина. — Обычные люди никогда не будут нам равны во влиянии на мир и историю! А твоя кошка… оставь её себе в качестве десерта, если хочешь, но выполни долг. Женись на Алисе и заведи с ней достойное потомство.

— Достойное?.. — и тут голос Влада дрогнул, став неравнодушным. — То есть ты планируешь оценивать своих будущих внуков по тому, насколько «породистыми» были предки у их матери? Тебя всегда больше заботила эта чушь, чем счастье собственного ребёнка!

Теперь уже его кулаки начали сжиматься в попытке утихомирить нараставший внутри праведный гнев, хоть отец и не сказал ничего из того, чего бы Влад не ожидал от него услышать. И всё равно разозлился.

— Одному из них предстоит стать следующим вожаком! — возразил Владимир Леонидович. — Волки пойдут только за сильным!

— Неужели?.. — сощурился Влад. — По-твоему, сила передаётся через родословную, а не благородя огромному труду над собой? Ты не знаешь Алису, и какая из неё получится мать, но главное, ты совсем не знаешь меня.

— Похоже на то. Не ожидал от тебя подобного ребячества и сильно разочарован. Никогда не думал, что мой сын из тех олухов, кто бросит всё ради крашеной потаскухи!

Кулаки Влада сжались с такой силой, что побелели костяшки. Отец оскорблял не только своего единственного сына, но и его возлюбленную. Парню требовались все силы, чтобы не сцепиться с родным человеком в кровавой схватке. Владимир Леонидович это заметил и поспешил закончить разговор:

— Надеюсь, ты готов к вечернему турниру? Ты и так растоптал свою репутацию, докажи, что хотя бы способен ещё уложить противника на лопатки.

— Меня подстрелили, — напомнил парень. — Тренер не выпустит меня на маты.

— С этим я разберусь. Главное, выиграй. Или ты мне больше не сын.

Сказав это, отец ушёл, спокойно закрыв за собой дверь. Лучше бы он ею хлопнул.

Увлёкшись подслушиванием, я не сразу заметила, как зеркало со стороны комнаты Влада распахнулось, впуская в тайный проход утренний свет. Парень молча протянул мне здоровую руку. Я не сразу нашлась, чтобы её принять, и лишь когда он помог мне выбраться, заговорила:

— Жёстко он…

Меня не задели оскорбления. Я знала, что Владимир Леонидович, равно как и Алиса, обвинит во всём меня, и была к этому готова.

— Прости за сцену. Ему не стоило тебя так называть.

— Брось, — отмахнулась я. — Ты как? Сильно расстроен?

Я обняла своего парня настолько крепко, насколько могла, стараясь передать через прикосновение свою поддержку.

— Он мой отец, хоть и закостенелый старикан, — грустно усмехнулся Влад, обняв меня в ответ.

— Ты правда собираешься сегодня выступить? — опомнилась, отстранившись и посмотрев парню в глаза. — Рука ещё не зажила!

— На оборотнях всё быстро заживает, забыла? — улыбнулся он, увиливая от ответа. — Тебе, кстати, тоже не помешает подготовиться, если хочешь победить Алису. Она наверняка очень зла и жаждет крови!

— Откажись! — проигнорировала его слова.

— Боишься, что проиграю?

— Да плевать мне на проигрыш и твой, и мой!

— Значит, волнуешься?

— Конечно, волнуюсь!

— Спасибо, котёнок, — Влад резко прижал меня обратно к себе. — Но отказаться не получиться, раз в дело вмешался отец. Он хочет, чтобы я восстановил своё имя.

— Как будто обжимашки с парнями в обтягивающем трико этому способствуют… — пробухтела, уткнувшись носом ему в грудь.

Отец Влада приехал не только для того, чтобы отчитать сына. Вечером состоится выступление борцов, перед которым наши с Алисой команды чирлидеров также поборются за симпатии зрителей.

Сегодня здесь все, о чём свидетельствует ряд дорогих машин, тянущийся за ворота. Такое ощущение, что на сей раз помимо родителей, в пансион притащились все родственники учащихся. И, как я узнала, немало прошлых выпускников.

Абстрагировавшись от количества глаз, что вскоре будут наблюдать за моим фиаско, двинулась к раздевалкам, чтобы переодеться в униформу чирлидера. В другой раз я могла бы назвать её слишком откровенной, но глядя на трико борцов — наша форма ещё даже очень ничего: синя-белая с короткой юбка-шортиками.

Девочки ожидали меня у входа. Активнее всех махала Каролина. Чувствовалось, что они взволнованны, ведь вчера нам так и не удалось потренироваться, так что выступать придётся без генеральной репетиции. Ничего, прорвёмся.

Мне оставалось всего два шага до дверей раздевалки, когда передо мной возник Богдан.

— Вот ты где! — воскликнул парень. — Просто хотел пожелать удачи!

— Спасибо! А я буду болеть за тебя! — «И за Влада», — добавила мысленно.

В метрах пяти за спиной Богдана возник его странный молчаливый дядя. На сей раз он не показался мне таким уж жутким, но я всё равно была рада, что мужчина держал дистанцию и не заговаривал со мной. Однако снова сверлил взглядом, отчего становилось не по себе.

— Не выйдет, — отмахнулся парень. Я нахмурилась в непонимании, и он пояснил: — Я сегодня не выступаю. Тренер снял меня в последний момент, чтобы уступить место Волкову.

— Как жаль…

— Вовсе нет. Ты же знаешь, я больше люблю бег. Ладно, не буду задерживать. Порви их всех!

— Ты ничего не перепутал? Мы просто болельщицы! — бросила уже в дверях.

— И всё же вас тоже будут оценивать, раз команд две.

Поздоровавшись с девочками, вся команда прошла в раздевалку. И началось приготовление: причёски, макияж, униформа — всё должно быть идеально. Чирлидерши волновались, и я ничего не могла с этим поделать, хоть и знала: если хочешь победить, будь готов проиграть. Наверное, мне легко говорить, ведь я уже победила Алису. Правда, на другом поле боя.

— Соберитесь! — вдруг воскликнула я. — Это всего лишь выступление перед