9 месяцев после развода - Мария Устинова

Оглядываюсь, пытаясь найти, кого пошлют. Мужчина с сумкой и в легком пальто направляется к гостинице. Я замечаю через несколько машин от нас авто и толкаю Антона в бок, понаблюдав за ним несколько минут.

– Что?

– Там кто-то есть за рулем. Он тоже следит за гостиницей.

– Пробейте номер, – коротко говорит Антон, пока я во все глаза наблюдаю за странной тачкой. – Или это кто-то из наших?

– Не знаю такого, – отвечает охранник.

На парковке где-то десяток машин, включая нашу. Но часть из них припаркована в стороне. В другой блондинка с двумя детьми. Она привезла их на обследование и сразу увела в больницу, а в этом авто мужчина за рулем все это время сидит и наблюдает за гостиницей, как и мы. Он уже был здесь, когда мы приехали.

Машину я не знаю.

В салоне он один. Слишком далеко, чтобы рассмотреть лицо, и на нем капюшон надет. Но отчетливо по повороту головы заметно, что он неподвижно пялится на вход в гостиницу, словно пожирает ее глазами.

Вроде звонит кому-то.

«Машина зарегистрирована на компанию по аренде авто. Сейчас пошлю своего человека проверить», приходит ответ от Градова.

Я хмыкаю.

– А может это он? – делаю предположение, ощутив азарт. – Приехал на встречу с Виктором?

Вытягиваю шею, пытаясь рассмотреть детали. плечистая фигура в толстовке с капюшоном – все, что вижу. Мужская. Это не женщина…

Все напрягаются.

«Это может быть он», пишет Антон Градову.

– Он выходит! – сообщаю я.

Фигура выпрямляется в полный рост. В нем есть что-то знакомое, но кто это… Какое смутное воспоминание, как сон, который пытаешься вспомнить. Клянусь, я с ним где-то встречалась и не так давно.

Пару секунд он медлит, я вижу пар от дыхания. Поверх толстовки на нем ветровка, и черные тренировочные брюки. Больше ничего не разглядеть.

Он уверенно и быстро направляется к гостинице.

– Пора выдвигаться, – решает Антон. – Вперед, ребята. За ним, но пока не войдет в номер, ничего не предпринимать!

Дрожу с ног до головы от тревоги.

Первой идет охрана, мы с Антоном следом. Но уже перед входом в отель происходит непредвиденное: нас замечают слишком рано. Мужчина оглядывается, и охрана реагирует: короткая стычка, его профессионально прижимают к стене и срывают с головы капюшон.

Сначала стена охраны не дает увидеть кто это.

– Немедленно отпустите меня, – рычит властный мужской голос.

Телохранители расступаются, и я вижу того, кто следил за гостиницей на стоянке и кого мы только что задержали…

Даже дышать перестаю от шока.

Отец Альбины.

– Господин Шумский, – задумчиво произносит Антон. – Что вы здесь делаете?

Увидев, кто это, его отпускают.

Я отношусь настороженно: слишком много совпадений. А ведь я ему почти поверила. Судя по каменному лицу Антона, он тоже. Шумский очень убедительно доказывал, что он ни в чем не виноват.

И все же он здесь.

Шумский прищуривается и отступает, чтобы между нами была дистанция. С еще большим удивлением я осматриваю его одежду: не ожидаешь встретить олигарха непонятно в чем, в таком виде за пределы спортзала не выходят. Толстовка и штаны изменили его до неузнаваемости. Теперь понимаю, почему на парковке он показался отдаленно знакомым: фигура, осанка, все его, но с имиджем этот «прикид», иначе не скажешь, абсолютно не вязался.

– Это я должен спросить, что вы здесь делаете!

Он одергивает ветровку и по нервному движению понимаю, что господин Шумский чувствует себя не в своей тарелке. То ли одежда виновата, то ли еще что-то. Но известному олигарху, который везде чувствует себя, как дома – даже на красной дорожке, не по себе.

На воре и шапка горит?

– Вы здесь один, без охраны, – пораженно продолжает он, – в этой странной одежде, встречаетесь с моим начальником безопасности. Что происходит, Кирилл?

– Начальником безопасности? – прищуривается Шумский.

На лице написано непонимание. Гнев. Даже ярость.

– Убери своих псов, Антон, – практически командует Шумский. – Ты не имеешь права меня удерживать.

И без объяснений он выходит из круга охраны.

Антон качает головой.

– Ты его отпустишь? – шиплю я, чтобы Шумский не услышал.

– Я действительно не могу его задержать, – вздыхает Антон.

Нам остается только наблюдать, как Шумский стремительным шагом направляется через холл к стойке регистрации. Портье нервничает: по камерам было видно стычку. То, что мы все тут люди непростые он уже понял. Такие вещи на лице написаны. В походке, осанке, взгляде. И сейчас Шумский вернул себе все это. Несмотря на неподобающую одежду он выглядит, как мужчина, с которым нельзя спорить, если не хочешь проблем.

Теперь я не понимаю, как могла не узнать его.

Но после того, как он снял капюшон, переменился от и до. Вернулась его властная давящая аура сверх богатого человека.

Он останавливается у стойки.

– Идем за ним, – бормочу я, и первая иду к двери.

Не знаю, то ли интуиция. То ли способности аналитика, собрав пазл воедино, подсказывают, что я сейчас увижу.

Вернее, кого.

Или это просто женская природа... Но в движениях, реакциях Шумского я увидела правду.

Может быть, мы не можем его задержать, но и он нас тоже.

Наша делегация направляется следом, отставая на пару десятков шагов. Антон, не задавая вопросов, идет следом. Кажется, он тоже все понял.

Шумскому сообщили номер комнаты.

Потому что он идет дальше – вглубь отеля. От нашей делегации отделяется человек – тоже к портье, но мне это не интересно. Я направлюсь за Шумским. Антон, помедлив, тоже.

Он целеустремленно идет впереди, ни разу не обернувшись.

Напряженная спина, угрожающий разворот плеч, он знает, что мы идем следом, но не реагирует. Словно одержим своей целью. Открывает дверь – ему и ключ-карту дали.

Вламывается в номер и столбенеет.

Я подхожу второй. Антон сразу за мной. Не проверяю, как там охрана и в каком из номеров Виктор Семенович. Уверена, что иду верно.

Пока до двери остается всего несколько шагов, я гадаю, что там увижу. У меня миллион вариантов. Но на пороге я точно также столбенею с открытым ртом, как и Шумский, и ошеломленно произношу:

– О, боже!

Такое я точно не ожидала увидеть.

Глава 37

Это был просторный номер.

В гостиной на диване, вид на который открывает распахнутая дверь, я вижу Виктора Семеновича в весьма фривольном