Бескрайнее темное море. Том 1 - Моргана Маро

Кунь Ло кивнул и, назначив ответственного на время своего отсутствия, начал раздавать приказы.

Спустившись со стены во двор, где их уже ожидали закованные в броню лошади, они покинули крепость через открывшиеся ворота и миновали частоколы, способные хоть ненадолго сдержать нападавших.

Новый дождь стрел посыпался со стороны мертвецов, и Гу Юань с Кунь Ло вскинули щиты, слыша, как по ним барабанят наконечники, отскакивая от металла.

Остановив лошадей, они взглянули на мертвую армию в двадцати чжанах от себя. Часть трупов пылала подобно факелам, и огонь перекидывался на соседей, но те падали, лишь когда плоть на шеях прогорала и черепа отрывались от позвонков.

– Головы – их самая слабая часть, – произнес Гу Юань, обнажив меч.

– Спорим, я убью больше трупов, чем генерал? – осклабился Кунь Ло.

– Если убью больше, угостишь лучшей выпивкой, которая у тебя здесь осталась.

– По рукам! Цзя!

Лошади устремились к армии мертвецов. Приученные к огню и звону металла, они бесстрашно летели вперед, не обращая внимания на стрелы, что стучали по их броне.

Кровь в венах Гу Юаня вскипела, а пальцы сильнее стиснули рукоять меча. На мгновение ему показалось – когда-то очень давно он уже несся на боевом коне, вокруг пылали разрушенные дома, кровь заливала землю, а впереди, объятые огнем, шли мертвецы. Не воспоминание, лишь зыбкий, тревожный сон…

Только вот тогда впереди мертвой армии шел не Костяной генерал, а человек. И глаза его пылали голубым.

Всадники врезались в строй мертвецов. Острые мечи, не зная промаха, сносили головы, а копыта пробивали грудины и хрупкие кости. Над головами проносились стрелы и впивались в иссохшую плоть, поджигая ее. В один момент Гу Юань оказался окружен пылающими трупами, но, стегнув лошадь, заставил ее перепрыгнуть через заслон.

Видя, с какой легкостью командир Кунь и генерал Гу прорываются через ряды врага, оставляя после себя уже не шевелящиеся тела, стражники на стене принялись стрелять чаще. Краем глаза генерал Гу заметил тяжелую конницу, затесавшуюся среди мертвецов. Доспехи этих всадников были непробиваемы и усеяны острыми шипами, а на шлемах лошадей красовались длинные рога, как у цилиня, которыми они когда-то пронзали головы противников.

Костяной генерал наблюдал со стороны – и Гу Юань с криком погнал к нему коня. Если не обезглавить его, то армия мертвых рано или поздно достигнет крепости, а после прорвется в Юйгу! Так, убив Костяного генерала, они на время лишат мертвецов предводителя, и тогда будет легче добить оставшихся воинов.

Громогласный рев, от которого задрожала земля и камни посыпались со скал, пронесся по ущелью. Лошадь под Гу Юанем испуганно заржала и, встав на дыбы, скинула с себя генерала. Удачно приземлившись, тот попытался схватить ее за повод, но испуганное животное мотнуло головой и рвануло прочь, давя мертвецов.

От нового рева поднялся ветер, вмиг потушив огонь и заставив зайтись сердца. От Гу Юаня не укрылось, как медленно воздел руку Костяной генерал, держа в ней порванное и потускневшее от времени знамя Великой Цзянь. От внезапной догадки генерал Гу забыл, как дышать: неужели они воюют не с темным заклинателем, а с призраком Великой Цзянь?

Над ущельем Шэ поднялась исполинская тень, затмив серп луны и звезды. Гу Юань успел разглядеть лишь впившиеся в скалы когтистые лапы, когда Кунь Ло, подбежав к нему, толкнул в одну из неприметных пещер:

– Прячься!

Командир Кунь успел запрыгнуть следом, как с неба полилось ослепляюще яркое голубое пламя, сжигающее как мертвецов, так и живых людей. Стражники в крепости испуганно закричали при виде громадного дракона с черной чешуей. И вот огонь накрыл Шаньянь! Не прошло и нескольких вздохов, как от легендарной крепости, что пережила семь Сражающихся Царств и падение Великой Цзянь, остались лишь пылающие развалины. Расплавленный камень, подобно огненной реке, стекал в ущелье, постепенно остывая.

Гу Юань и Кунь Ло в немом ужасе смотрели друг на друга, не в силах поверить в увиденное.

Последний дракон, умеющий извергать пламя, умер еще до Желтого императора! Боги бы не допустили появления подобного существа!

Издав раскатистый рев, от которого три души хунь и семь душ по чуть не покинули тела генерала и командира, дракон оттолкнулся и взлетел, сливаясь с ночным небом. Он устремился на север, оставив после себя лишь пламя и пепел.

Костяной генерал вышел на середину ущелья. Вскинув ладонь, он что-то негромко произнес, земля задрожала, и из нее начали показываться руки.

– Он хочет оживить оставшихся! – с неверием воскликнул Гу Юань.

– Тц, тогда ему придется вначале убить меня! – взревел Кунь Ло, вылетев из укрытия с тяжелым мечом в руках.

Генерал Гу метнулся следом за кочевником, срезая по пути конечности и головы, появляющиеся из-под опаленных завалов.

Гу Юань и Кунь Ло одновременно набросились на Костяного генерала, вот только при жизни тот был одним из лучших бойцов Великой Цзянь. Ему не нужен был меч, чтобы противостоять генералу Гу и командиру Кунь, хватало лука, чтобы отбивать удары.

В отличие от других мертвецов, неуклюжих и медлительных, Костяной генерал не уступал живым в ловкости, даже несмотря на тяжелые доспехи, полностью скрывавшие тело. Все, что Гу Юань и Кунь Ло могли, – пытаться пробить его броню, но их мечи с каждым разом нарывались на лук, столь быстро вращающийся в руке мертвеца, что уследить за ним не получалось!

Не щадя сил, Гу Юань теснил Костяного генерала и стремился сбить хотя бы шлем, но тот словно слился с головой трупа! Генерал Гу бился будто бы с железным столбом.

В какой-то момент Кунь Ло одним мощным движением все же смог выбить лук Костяного генерала, но тот, замахнувшись головой, ударил кочевника шлемом по лбу. Острый ястребиный клюв прорезал бровь и выколол глаз, и командир Кунь взвыл от боли и ярости. Его руки на мгновение ослабли, но мертвецу этого хватило, чтобы отобрать тяжелый меч и вонзить его в тело кочевника, словно нож в разваренное нежное мясо.

Закричав от гнева, Гу Юань бросился на Костяного генерала, но тот остановил его клинок свободной ладонью и сжал, раскрошив металл. Не дав генералу опомниться, мертвец схватил его за горло и поднял над собой.

Перед глазами Гу Юаня заплясали темные круги. Захрипев, он стиснул дрожащими ладонями запястье мертвеца.

Гу Юань выстоял в войне с Лаху, прославился в Юйгу как один из сильнейших воинов! Однако сейчас он