Искренне. Безумно. Навсегда - Л. Дж. Шэн

Менчин цокнул.

– Звучит романтично, Касабланкас, и мы обязательно поищем мстительную дамочку с безумным блеском в глазах. Ту, кто покупает яйца дюжинами. Итак, кто бы это мог быть? – спросил он, постучав по подбородку, и повернулся к своему прихвостню.

Прихвостень заулыбался, радуясь, что его заметили.

– Миссис Саммерфорд каждый день покупает по три упаковки.

Миссис Саммерфорд семьдесят два года. И она – пекарь.

Менчин щелкнул пальцами в сторону Прихвостня.

– Прикрепишь ее фотографию к доске подозреваемых?

– У нас же нет доски подозреваемых. – Прихвостень наклонил голову, как растерянный пес.

– Сделай одолжение, Далтон. – Менчин по-отечески похлопал его по плечу. – О, и обведи тут все этими модными красными линиями. Все самое лучшее для нашего знаменитого друга.

Я уже хотел высказать Менчину все, что о нем думаю, но меня опередил Тейлор.

– Вы не можете просто отмахнуться. – Парень вышел вперед, явно встревоженный за меня. – Этот человек платит налоги, не говоря уже о том, что он лучший CDC [26] по мнению самых строгих критиков в мире.

– Не знаю, что такое CDC, но знаю, что он Г-А-Д, – цокнул Менчин. – И кстати, я вспомнил, что один щегол в узком костюмчике и с зубами размером с кирпичи недавно ходил по округе и распространял петицию о строительстве дорог. В том числе шоссе.

Господи. Тейт такой гаденыш, что смердит даже тут. Я еще не подписал контракт, а он уже пытается строить дороги.

– Я с этим разберусь, – процедил я сквозь зубы.

– Хорошо. Займись этим, а я поищу информацию о твоей пылкой поклоннице. – Менчин подмигнул и смахнул с моего плеча невидимую пушинку. – Услуга за услугу. Никому тут дороги не нужны.

И с этими словами он оставил меня кипеть от злости в моем неработающем ресторане.

Глава 41

Кэл

oBITCHuary: Ты обещал умолять меня о прощении.

oBITCHuary: Эй, ты умер?

oBITCHuary: Не умирай, пожалуйста.

oBITCHuary: Неприятно признавать, но… я немного к тебе привязалась.

Глава 42

Кэл

«I Will Always Love You» – Whitney Houston

– Подъем, подъем! Пора использовать твои кошмарные легинсы по назначению!

Я узнала этот голос.

Тот, что подчас бранил, унижал и очаровывал меня.

Он принадлежал мужчине, который бегал со мной каждое утро. Ну, до недавнего времени.

Тому, кто поцеловал меня так, что до сих пор подкашивались коленки, а сердце сбивалось с ритма каждый раз, когда я прокручивала это воспоминание в голове. А прокручивала я его как минимум дважды в минуту.

Сейчас у меня все затрепетало внутри, едва я вспомнила о том, как три дня назад Роу прижимал меня к снегу, о том поцелуе, который оглушил меня. А потом Роу, даже не попрощавшись, улетел в Лондон. О том, что он на другом континенте, мне пришлось узнать от Дилан.

– Уходи, – простонала я.

Лежащий рядом Симус вторил мне громким пренебрежительным мяуканьем.

– Не благодари за бесплатный кейтеринг! – прорычал Роу, стоя под моим окном.

Похоже, он в прекрасном настроении. Кого-то убил? Я не оправдываю подобные поступки, но надеюсь, что жертвой пала Эллисон.

Я уткнулась лицом в подушку. Еще слишком рано, слишком холодно. К тому же я простыла после того, как развеяла папин прах в Мокси-Фоллс пару дней назад.

Одно обещание исполнено, осталось еще одно.

– Пятнышко, считаю до десяти.

– Рада за тебя. Вот так достижение на двадцать седьмом году жизни.

– Ты сейчас дошутишься, и я поднимусь к тебе, – пригрозил Роу.

– И что ты со мной сделаешь? – Я с интересом оторвала голову от подушки.

Молю, пусть это будет развратно. И в обнаженке. И с кучей телесных жидкостей.

Наступила тишина. Что, я не дождусь никаких остроумных реплик от мистера Сарказм? Я уставилась на окно, чувствуя, как сердце бьется где-то в горле.

– Просто спускайся, хорошо? – Его голос звучал устало и… повержено? Такое возможно? – Черт. Я просто пытаюсь тебя подбодрить, но не выходит. Ресторан закрыт на ближайшее будущее, а по округе свободно разгуливает мой сумасшедший сталкер. Не усложняй мне жизнь и спускайся уже.

– Вот черт! Ты в порядке? – Я вскочила на кровати, пригладила волосы и бросилась к окну.

От одного его вида мне стало спокойнее. Боже, да я в полной заднице.

– Да. Нет. – Роу устало потер лицо. – Не знаю.

– Дай мне пять минут. – Я вылезла из постели. Симус продолжал лежать, покровительственно щурясь на меня, пока я собирала волосы в пучок и обувала кроссовки. – Да, знаю. Ты сейчас будешь спать и вылизывать свои яйца. Ты явный победитель, Сим.

Ополоснув лицо и почистив зубы, я распахнула дверь и столкнулась нос к носу с Роу.

На нем были черная толстовка и серые треники – привычный наряд для нашей утренней пробежки. Едва он меня увидел, его хмурое выражение переменилось. Мне нравилось, что он смотрел на меня так, как ни на кого другого. Словно я была не просто человеком, а событием.

– Что случилось? – спросила я.

Роу покачал головой:

– Я задницу отморозил, пока тебя дожидался. Побежали, и я тебе расскажу.

– Ладно, но я все равно на тебя наору, – предостерегла я.

– За что? – недовольно зыркнул он.

– За то, что поцеловал меня. Мы больше не можем этого делать, кстати. А потом за то, что молча уехал из города. Но сначала расскажи, что случилось с «Декартом».

Обычно во время пробежки мы подтрунивали друг над другом. Так Роу старался отвлечь меня от мыслей и воспоминаний об Эллисон. Может, из-за того, что Роу выглядел сердитым, а может, потому, что папа сейчас парил на ветру в каком-то чудесном местечке, став свободным как никогда, но я вдруг перестала зацикливаться на беге или своей травме. Мы бежали легкой трусцой, стараясь не забывать, что тротуар скользкий от подтаявшего снега.

По пути Роу рассказал мне о том, что случилось с его рестораном. Не знаю, что меня взбесило сильнее – то, как люди в этом городе к нему относились, или то, каким бездушным человеком оказался шериф Менчин.

– Даже не знаю, как долго будет закрыт «Декарт». У нас запланированы выступления в СМИ, прием кулинарных критиков, целый прощальный вечер… Должен был состояться настоящий праздник. А не спешное закрытие, – проворчал Роу.

– Он откроется к последней неделе перед Рождеством, – внезапно выпалила я. Одному богу известно, кто дал мне право и осведомленность делать такие предположения. – Ты с помпой его закроешь, и об этом будут слагать легенды.

Мы добежали до центра города, когда я вдруг осознала, какой путь проделала. Что-то