Госпожа Лидия - Малиновая Карамель

Я сразу узнала её, ведь нас так часто сравнивали. Рыже-красные волосы спускались ниже бёдер волнами, зелёные глаза, сверкают как у кошки в темноте. Она стояла в паре метров от меня, и я чувствовала запах как после грозы.

На ней было привычное для эрсхонок одеяние: пара лифов и юбка до пола с разрезом на бедре. Всё белое, как и вся комната. Лишь её золотистая кожа и волосы, выделялись на этот фоне. И украшения. Их было очень много: вся шея в золотых цепях с вкраплениями изумрудов, на запястьях по десятку браслетов, на пальцах кольца с крупными камнями. Даже в голом пупке блестит изумрудик.

«Как нас могли сравнивать? Ведь я и на сотую долю не такая величественная и красивая, как богиня Стефилия.»

– Ты узнала меня. – не спросила, а утвердила богиня, так и не разомкнув губ. – Не зря ты стала официально зваться «госпожой».

– Богиня. – я встала на колени и низко склонила голову, приветствуя её.

– Не нужно, у нас не так много времени. Тут нельзя задерживаться живым. – странные фразы Стефилии пугали больше, чем сам факт моего общения с небожительницей.

Я не была атеисткой. На Земле я почти не ходила в церковь и даже, когда было тяжело, не просила Бога о помощи, а сама действовала, рассчитывая на себя и свои силы. Будучи на Эрсхо, я изучила местный пантеон, и структуру веры.

У эрсхонцев было больше сорока богов, каждый из них отвечал за свою отрасль. Так, например Стефилия была богиней правосудия. Когда шёл судебный процесс, судья сначала обращалась к богине, а после начинала вести процесс, получив благословение от неё. И, если обвиняемый верил в свою невиновность, он мог просить божественного суда.

Суть состояла в том, что надо встать перед статуей богини под меч, и громко произнести, что ты невиновен. Если это правда, статуя оставалась неподвижна, а если ложь, то она словно оживала и отрубала лжецу голову.

Потому не верить в богов, что следят за жителями планеты, было невозможно, когда они буквально приходили на зов. И это касалось не только Стефилии, но и других богов.

– Я призвала тебя с единственной целью. – эта фраза побудила посмотреть на богиню прямо, хоть я и боялась её величественной фигуры, что словно озарялась солнечным светом, которого не было в пустой комнате без окон. – Чтобы ты не корила себя за смерть Ааруса и Лейха. Они сейчас в лучшем месте и не знают боли и страданий.

– Мне тяжело принять это. Аарус пришёл ко мне за помощью, а я не смогла его спасти. – казалось я не могла лгать, глядя в зелёные кошачьи глаза богини. – Если бы я поспешила, не ждала одобрения от Верховных и господина Тисона. – корила себя, изливая ей свои сомнения.

– Ты всё равно не спасла бы их. – сбоку раздался более низкий и шипящий голос.

Оглянувшись, я увидела фигуру в чёрном длинном кожаном плаще. Капюшон скрывал голову, лишь длинные каштановые пряди у лица спускались на голую грудь. Я не видела его лица, только длинную линию шеи и острый подбородок. На нём почти не было одежды, лишь плащ, кожаные штаны с большим количеством горизонтальных прорезей и тонкие чёрные ремни, что крест-накрест пересекали худую грудь.

От него исходил почти ощутимый холод, как от морозильной камеры, и мне бы стоило его бояться, но почему-то я не чувствовала страха.

– Босса́р. – поприветствовала мужчину богиня и я поняла кто заглянул к ней в гости.

Бог смерти. Старший муж богини Аль, самой почитаемой из всех богов Эрсхо.

– Я услышал, что ты притянула к себе инопланетную душу, вот и решил взглянуть. – он шагнул ближе и остановился буквально в паре шагов от меня.

– Она давно уже эрсхонка. – голос женщины зазвенел от гнева. – Пусть и не по крови, но по духу.

– Хорошо, хорошо. – поднял он руки, словно сдаваясь перед угрозой в лице рыжей богини, хотя ему и не стоило бояться.

Согласно местной вере, именно Боссар забирал умерших и решал их дальнейший путь: райские кущи, адское пекло или перерождение. В последнем случае, Аль забирала у мужа душу и подыскивала ей новую семью, помогала родиться вновь. Кроме того, она приглядывала за нами всю жизнь, особенно за женщинами, ведь они обладали даром дарить жизнь.

А кроме жизни, она носила титул богини брачных уз. Именно в её храме принято связывать себя узами брака.

– Но я говорю правду. – он присел на диван и погладил соседнее место, намекая и мне встать с колен и сесть рядом. Я не могла не послушаться его. – Аарус и Лейх погибли за час до твоего прихода. Как только Антесса вышла с работы, ей сообщили о том, что её муж был во дворце и виделся с тобой. Даже тут, в обители богов, знают твою репутацию, что уж говорить о столице. Она убила Лейха на глазах Ааруса, чтобы он мучился совестью. – голос мужчины был всё также ровен и холоден, но мне показалось, что он в ярости. – Возможно убила бы и сына, но вы ей помешали.

– Она надеется, что никто не тронет её, раз она родилась на Эрсхо, и с детства воспитывалась как госпожа, как драгоценность. – заговорила Стефилия, присаживаясь по другую мою руку. – Думает, что убийство двух мужчин сойдёт ей с рук. Ф! – яростно фыркнула она, закинув нога на ногу и, посмотрев на меня, хитро, по лисье, прищурилась. – Но всё будет абсолютно не так, правда, Лидия?

– Я не позволю ей избежать суда. – хоть и было страшно заговорить в такой компании, но они явно ждали моих слов. – Несмотря на её расу и пол, она будет судима по всей строгости закона.

– Так и должно быть. – закивала богиня, отчего зазвенели многочисленные цепочки и браслеты на ней. – И не только она, но и все причастные к этому беспределу. – она подняла руку на уровень моего лба и коснулась лишь кончиком пальца.

Всего миг, а мою голову заполонили картинки. Тысяча фрагментов, голосов и лиц. От этой каши меня замутило, желудок буквально сделал сальто в животе, но я сдержала все порывы, лишь громко и хрипло задышала,