Герцогиня-попаданка. Хозяйка заброшенных земель - Адриана Вайс

Горгон отдает команду, и его солдаты разбегаются по деревне. Начинается тотальный обыск. Я понимаю, что это вызовет недовольство у многих жителей, а потому первым делом связываюсь с Гарретом, объясняю ему всю серьезность ситуации, чтобы он успокоил местных и передал что это вынужденная мера, что без этого сейчас никак. Надо действовать жестко и решительно, ведь на кону — не только безопасность наших караванов но и, возможно, жизнь наших людей.

Начинаются обыски, Атмосфера в Нортвуде становится гнетущей, тяжелой. Проходит несколько часов напряженного ожидания. Я мечусь по кабинету, не находя себе места. Тиарен пытается меня успокоить, но я его почти не слышу.

Мысли постоянно возвращаются к словам этих… предателей. «Дыра этот ваш Нортвуд…» Неужели они правы? Неужели все мои усилия напрасны?

Проходит несколько часов. Уже начинает смеркаться, когда наконец, дверь открывается, и входит Горгон. Лицо у него усталое, но какое-то… странное. Задумчивое.

— Ну что? — бросаюсь я к нему. — Нашли?

— Бочонки со смолой мы нашли, леди Айлин, — докладывает он. — Были раскиданы по всему Нортвуду. Некоторые даже прятали у соседей под видом меда или сиропа. То есть, даже те люди, которые хранили их у себя, на самом деле не знали что это. Всю эту дрянь мы уже собрали. Человека Вилфорда пока не видать, но мы выставили наблюдателей возле домов предателей. Не проскочит.

— Слава богу! — выдыхаю я с облегчением. — Значит, караваны могут отправляться?

— Думаю, да. Хотя… есть кое что еще, о чем я сначала хотел бы вас предупредить, — хмурится Горгон. — Во время обыска мы нашли кое-что странное. Совсем не то, что искали.

— И что же это? — спрашиваю я, чувствуя новый прилив тревоги. — Оружие? Еще горючее?

— Нет, леди, — Горгон непривычно мнется. — Вам лучше самим увидеть.

Я нервно сглатываю.

— Хотя бы скажи с чем это связано. С бароном Вилфордом или Нортоном?

— Боюсь, что ни с тем ни с другим. Помните, леди, вы просили обращать внимание на людей, про которых кажется, что все знают этого человека, но при этом никто не может вспомнить о нем ничего конкретного? Думаю, мы, наконец, поняли что вы имели в виду.

Глава 51

У меня внутри все обрывается. Неужели⁈

Неужели Горгон и его люди, наконец-то нашли того самого, таинственного исследователя, чье лицо никто не мог запомнить? Того, кто искал под Нортвудом что-то древнее? Ну или хотя бы напали на его след?

Внутри все смешивается — волнение, любопытство, и какой-то почти детский азарт первооткрывателя, пополам с неприятным предчувствием.

— В таком случае, веди! — коротко бросаю я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Показывай, что вы там нашли.

Горгон кивает, и мы втроем — я, он и Тиарен, тут же направляемся на окраину деревни.

Дом, к которому он нас приводит, стоит на самом отшибе, почти у кромки темного, нахмурившегося леса. Он выглядит так, будто про него все давно забыли. Небольшой, одноэтажный, с прохудившейся крышей, заколоченными серыми досками окнами, с болтающейся на одной петле дверью. Вокруг — буйные заросли крапивы и чертополоха. Запах тут соответствующий — смесь прелой листвы, сырости и какой-то застарелой пыли.

Мда, жутковатое местечко. А я еще возмущалась внешним видом особняка Рейнара…

— Вот он, — указывает Горгон на этот дом. — Сначала мы не обратили на него внимания. Обычный заброшенный дом, каких в округе хватает. Но именно за ним, в кустах, мои ребята нашли один из бочонков со смолой. Мы решили проверить, кто тут жил, опросить соседей…

Он делает паузу, и его лицо становится еще более серьезным.

— И вот тут-то и началась чертовщина, леди. Каждый, кого мы спрашивали, говорил, что прекрасно знает хозяина этого дома. Но описать его толком никто не мог. Старуха из соседней избы божилась, что тут жил тихий травник, который целыми днями пропадал в лесу, собирая коренья. Кузнец, чей дом через дорогу, клялся, что здесь обитает угрюмый, нелюдимый зверолов. При этом, сами охотники в один голос говорили, что здесь живет хромой писец, который заказывает у них перья и жалуется на боли в спине. Имена тоже все называли разные, а некоторые и вовсе не могли вспомнить, как его зовут. Мне сразу ваш приказ вспомнился, леди Айлин, — Горгон смотрит на меня тяжелым взглядом. — Похоже, это именно тот, о ком вы говорили.

Я слушаю, и у меня мороз пробегает по коже.

Это определенно он. Тысяча процентов! Тот самый исследователь, о котором говорил Гаррет. Тот, чье лицо скрыто заклинанием отвода глаз.

— Пойдемте внутрь, посмотрим что там, — говорю я, решительно шагая к покосившейся двери.

Дверь поддается с протяжным скрипом, и мы оказываемся в единственной комнате дома. Тиарен запускает внутрь заклинание, похожее на большого светлячка — шарик, размером с монету, дающий тусклый, но ровный свет.

В доме царит запустение, по углам свисает паутина. Пахнет старой, отсыревшей бумагой, сухими травами и чем-то еще, неуловимо-странным, металлическим, может быть, слабым озоновым привкусом от магии.

Посередине комнаты стоит грубо сколоченный стол, заваленный стопками пожелтевших пергаментов, свитками карт, какими-то странными инструментами, похожими на астрологические, и раскрытыми книгами с непонятными символами.

Кажется, будто хозяин покинул это место в страшной спешке, бросив все как есть.

Мы с Тиареном подходим к столу, Горгон остается в дверях. Я пробегаю глазами по нескольким свиткам.

Хм, странно…

Большинство текстов написано на совершенно незнакомом мне языке — какие-то угловатые руны, витиеватые символы, закорючки. Я с удивлением понимаю, что не могу разобрать ни слова.

Хотя, с того самого момента, как я очнулась в теле Айлин, я без малейших проблем читала и понимала местную письменность. Книги в библиотеке особняка, письма, даже какие-то хозяйственные записи Льюиса — все было мне абсолютно понятно.

А здесь… здесь я смотрю на эти закорючки, как баран на новые ворота.

Что за чертовщина? Это какой-то другой язык? Или… это со мной что-то не так? Может, моя способность понимать местную речь дала сбой?

Чувство тревоги неприятно шевелится внутри.

Я осторожно перебираю бумаги и вдруг… мой взгляд натыкается на отдельный лист пергамента, на котором нарисован какой-то схематический чертеж. Что-то вроде карты какого-то подземелья с гигантским центральным залом. А в нем