Беглянка в Звездной Академии Астрея - Полина Ордо

Лютер с мрачным выражением лица, который день он прятался за каменной непроницаемой маской. Бедному Нату доставалось на орехи регулярно, с ним никто не носился и никто о его чувствах не беспокоился. За грубые ошибки Лютер и вовсе оплеухи отвешивал. Только так светлые волосы вверх взлетали на макушке Натана, застывая смешным ежиком.

Зато… Натан стрелял не задумываясь, четко в цель. Едва раздавался звуковой сигнал, он просто с ледяным спокойствием выполнял задачу.

У меня так не выходило. Страх. Он делал меня глупой, беспомощной.

Звуковой сигнал для меня уже пропиликал, а я выстрелила с задержкой в несколько секунд, да еще и промазала. Попала только в плечо.

— Ты мертва, Ив, — Адриан скупо констатировал неумолимую правду. — Не думай, просто действуй.

— Да.

Очередной сигнал я встретила готовой. Попала всего лишь раз и трижды промазала. Выругалась и зажмурилась. Крыла себя на чем свет стоит. Опустила винтовку, глядя на мерцающий силуэт человека.

Я спиной чувствовала взгляды. Сложно было сказать, были ли они разочарованными или укоризненными. Мне уже самой себе хотелось отвесить себе хорошую затрещину, чтобы мозги на место встали.

Но стреляя, я видела перед собой только кровь. Воспоминания всплывали сами собой. И это меня тормозило.

— Ладно, перерыв.

Лютер махнул Адриану и они отошли в сторону. Остались только мы с Натаном. Тот еще смотрел на мишень через прицел винтовки. Ни малейшего сомнения на лице парня я не заметила. Более того никакой веселости или легкомысленности тоже. Натан вдруг стал выглядеть таким… взрослым?

А я — обуза.

Натан опустил винтовку и изумленно посмотрел сначала на мою мишень, затем на меня. Он явно не понимал, что происходит. Подошел ближе и тихо спросил:

— Ты чего, Ив? Просто так саботируешь?

— Саботирую? — недоуменно переспросила, глядя Натану в глаза. — То есть?

— Ну, зачем в дурочку играешь? Ты же хорошо в Астрее стреляла.

— Да, но там речь не шла о том, что я стреляя убиваю, — резонно возразила, чувствуя едкий прилив тошноты. — Там это была просто тренировка, зачет, навык, который необязательно применять в жизни. А тут мне Адриан дает советы как лучше убить… человека?

— Ты неправильно думаешь, — Натан вдруг улыбнулся. — Не ищи за прицелом человека.

— А кого искать? Врага? — нахмурилась и отвела взгляд. Моя беспомощность становилась противной. — Или кого?

— Да кого угодно. А лучше вообще не думать. Оставь все так, как было. Это зачет, только на выживание. На оценку.

— Правда что ли?

— Ой, Ив, оставь свой сарказм при себе, — Натан хохотнул. — Да, на оценку. Только представь, что от этой оценки зависит абсолютно все. Будто ты на грани вылета, всего разом лишишься. Учебы… Или нас.

— Вас?

— Именно, Ив. Я вот как думаю, — Нат ткнул рукой в мишень, — если там тот, кто хочет навредить или… забрать тебя, я просто уберу его со своего пути. Или там, например, стоит тот, из-за кого я могу не справиться, тогда подведу себя, подведу Адриана с Лютером, тебя. Тогда просто стреляешь. Но я не сказал бы, что боюсь, делаю все из страха. Понимаешь? Вспомни, как ты бежала в библиотеку ради Адриана. Если бы у тебя была винтовка, а не дубинка, что, не пустила бы ее в ход?

Я молча пожала плечами.

На самом деле — пустила бы. И, наверное, даже не задумалась бы.

Выдохнула и нехотя подняла винтовку, возвращаясь к своему месту. Вновь посмотрела на мишень и попыталась просто представить, что сейчас передо мной стоит Аарон, он занес нож над Ноа. Выстрелила бы я?

Ни одного промаха. И в голове никаких мыслей про то, что я кого-то убила. Нет, остановила. Не дала сделать больно несчастному Ноа.

Обернулась и улыбнулась Натану, получив широкую улыбку в ответ, пусть и немного несчастную.

— Так намного лучше, Ив!

Адриан и Лютер ободрили меня, быстро переглянувшись перед собой. Вряд ли они понимали мои страхи, чего нельзя было сказать о Натане. У нас обоих опыта никакого, а у Лютеру не приходилось выбирать, поэтому Нату досталась фразочка в духе Дюваля:

— Ну, ты можешь лучше.

Я тяжело выдохнула и перевела взгляд на винтовку: да, совсем никакого давления, никаких страхов. Летим в неизвестность за какой-то там неизвестной принцессой, а вокруг будет только толпа людей, желающих мою голову увидеть на блюде.

— Ты не на Ив смотри, а на мишень, — Лютер тычком осадил Натана. — Еще раз.

Теперь тренировка шла своим чередом, четко, по плану. Азарта не было, только осознание, что не учеба теперь во главе угла, а наши жизни. Лютер начал мою подготовку загодя, только вот не успел закончить все. Вновь с благодарностью посмотрела в его сторону: кажется, предусмотрительность его все.

— Что скажешь? — Лютер посмотрел на Адриана.

— Для зеленых сопляков — не так плохо. Можно не переживать, что они могут случайно самоубиться. По крайней мере знают, с какой стороны к винтовке подходить…

О, знакомый, полный льда и сарказма тон командора Дюваля. Да, миры могли рушиться, корабли и планеты взрываться и уничтожаться, но вот некоторые вещи оставались неизменными. Ну, хоть на что-то можно было смело рассчитывать.

Натан вдруг фыркнул и весело посмотрел на Адриана.

— Когда-нибудь эти сопляки вам жизнь спасут.

Адриан от такого нахальства даже глаза округлил, Лютер же улыбнулся одними уголками губ, незаметно. Мужчины переглянулись.

— Надеюсь, этот момент никогда не настанет, потому что мои седины будут навечно покрыты позором, — Адриан качнул головой. — Я не переживу этого.

— У тебя пока нет седины, — Натан продолжал балагурить, явно нарываясь на что-то крупное. — Ни единого волоска.

— Погоди. К концу этой вылазки и ты весь белый будешь, как лунь. Ив нас всех обелит.

Вот теперь все трое смеялись в голос и смотрели на меня так, что я невольно покраснела. Очень хотелось кого-то стукнуть. Вот же… самодовольный самцы! Сговорились, как есть сговорились! И пусть сейчас почти любя подшучивали, мне все равно было неловко, даже стыдно.

Я проверила уровень зарядов винтовки и тяжко вздохнула. Затем просто развернулась, подошла к скамейке и положила оружие прямо на нее. Вскинула подбородок и, поджав губы, прошла мимо всех троих, твердо направляясь прочь отсюда.

Когда прошла мимо Адриана и Лютера, последний присвистнул. Я лишь глаза закатила: мужчины.

Смена дня и ночи проходила незаметно. Всегда темно, только неестественный голубоватый свет ламп и четкий режим, которого мы все придерживались. Раз в восемь часов кто-то из нас заступал на своеобразное дежурство: нужно было лишь изредка заходить на мостик и проверять показания приборов.

Мне старались выделить дневные часы, чтобы ночью я спала.