Жестокий Лорд - Айви Торн

хочется уезжать, ты можешь просто поступить в государственный университет, как и собиралась изначально. Но... — она колеблется, и я вижу на её лице борьбу между житейскими заботами и желанием быть хорошей матерью, дать мне всё, что я хочу или в чем нуждаюсь для счастья. — Я думаю, мистер Сент-Винсент, вероятно, был бы недоволен, если бы ты ушла, после всего, что он сделал, чтобы обеспечить это для тебя, — мягко говорит она. — Я не хочу, чтобы ты оставалась там, где тебе не нравится, но, если он меня уволит, у меня не будет хороших рекомендаций на другую работу. Я не работала, пока была замужем за твоим отцом, это моя первая работа с тех пор, как мы поженились. И без защиты мистера Сент-Винсента... — она замолкает, но я знаю, чего она не договаривает. Без этой защиты мы уязвимы для любого из «Сынов Дьявола», который захочет напасть на нас. Любого, кто захочет сделать из нас пример.

Нам пришлось бы бежать очень далеко, чтобы спастись от них.

— Всё в порядке, — быстро говорю я ей. — Это просто тоска по дому. Но теперь я здесь и уверена, что к концу выходных почувствую себя намного лучше. Я буду готова вернуться и начать новую неделю.

— Именно так. — Она улыбается мне, и я знаю, что именно это она и хотела услышать, заверения в том, что на самом деле всё не так уж и плохо, что я просто скучаю по дому и что всё, что мне нужно, это провести пару ночей в своей старой постели и немного домашней стряпни, и я быстро поправлюсь.

Мне нужно нечто большее, чем это. Мне нужны ответы. Мне нужна помощь. И мне нужно, чтобы Кейд, Дин и, честно говоря, Джексон тоже отправились прямиком в ад, откуда они пришли. Но я не собираюсь получать ничего из этого, так что мне придётся довольствоваться несколькими порциями хорошей еды и парой ночей сна, не задаваясь вопросом, с каким новым адом я столкнусь утром.

Это действительно немного помогает. Моя мама буквально сияет, когда я здесь, она с удовольствием готовит для меня еду, сидит и разговаривает, рассказывает мне о том, что происходит в поместье, и о нескольких друзьях, которых она завела среди персонала за последнее время, с тех пор как Филип Сент-Винсент нанял ещё нескольких, и даёт мне советы, чем заняться пока она на работе. Я рассказываю ей о некоторых своих днях в университете, гуляя с ней в парке вечером, после того как она закончит, и мы вместе идём в кино. Это похоже на мою прежнюю, нормальную жизнь, и я почти могу выбросить Кейда, Дина и Джексон из головы на какое-то время.

Почти, но не совсем. Потому что я знаю, что неизбежно должна вернуться.

У меня нет выбора. Даже если бы я была готова подвергнуть себя такой опасности, я не могу рисковать своей матерью. В первую очередь, я сделала это для неё, гораздо больше, чем для себя, и теперь я не собираюсь отступать.

Я собираюсь выяснить, как победить их в их собственной игре. Я могла бы покончить с этим прямо сейчас. Слова Джексона уже несколько дней крутятся у меня в голове, пока я пытаюсь осмыслить их. И я могу думать только об одном.

Как только я трахну кого-нибудь из них, что-то изменится. А это значит, что лучший способ победить их — сделать выбор самой.

Я знаю, кого хочу, если у меня есть выбор. Но однажды он уже оттолкнул меня, когда мы оба были на грани того, чтобы сдаться. И всё же я должна попробовать ещё раз. Предположим, у меня есть хоть малейший шанс провести свой первый раз с кем-то, к кому я не испытываю полной ненависти, с кем-то, кого моё тело, по крайней мере, отчаянно желает. В этом случае победа будет намного слаще.

Если он снова отвергнет меня…

Итак, я не совсем понимаю, что делать. Я знаю, что не хочу Кейда или, по крайней мере, ничего, кроме того, что хочет моё предательское тело, но отец Кейда могущественен, и Кейд тоже, в силу этого. Его семья много сделала для моей, и, возможно, было бы разумно укрепить это, позволив Кейду победить. Но секс с Кейдом будет порочным, жестоким и болезненным. С Дином, я не уверена, каким бы он был. Унизительный, возможно, холодный и, вероятно, бесчувственный. Но, возможно, более приятный, чем с Кейдом.

Правда в том, что все трое по-своему заводят меня, проникают в самые тёмные, извращённые уголки моей души и заставляют подвергать сомнению всё, во что я когда-либо верила о себе. Всё, что, как мне казалось, я знала о том, кто я такая и с чем я готова мириться. Что бы я позволила. Чего бы я хотела.

Завтра я возвращаюсь в дом Блэкмур и собираюсь сделать свой ход.

И Джексон — моя цель.

24

ДЖЕКСОН

Когда я вхожу в свою комнату воскресным вечером, я обнаруживаю, что там меня ждёт нечто, чего я определенно не ожидал.

Афина в моей постели.

И не просто Афина, какой она обычно бывает.

Она одета для меня. И более того, она одета так идеально, как я хочу, что кажется, будто она каким-то образом проникла в мою голову и узнала то, о чем я ей никогда не говорил.

Если бы она пришла сюда в нижнем белье, я бы рассмеялся. Это то дерьмо, в котором замешан Дин, а не я. Но вместо этого на ней черный топ в рубчик от henley, достаточно маленький, чтобы я мог видеть изгиб её нижней части груди, и с расстёгнутыми пуговицами, чтобы я мог видеть и боковые стороны её грудей, выпирающих из мягкого материала. У неё обнажённый живот, гладкий и бледный, и под черными хлопковыми стрингами в рубчик, которые на ней надеты, видна гладкая округлость её ягодиц.

Я до сих пор вижу следы от ударов тростью, которые я ей нанёс, и от этого у меня внутри всё сжимается.

На ней также черные чулки до бёдер, обтягивающие едва заметно мягкую плоть её бёдер, и эффект от всего этого мягкого, обтягивающего черного материала на фоне её гладкой, молочно-бледной кожи и её густых черных волос, рассыпающихся по плечам, достаточен для того, чтобы вызвать у меня острую, мучительную боль, становиться тяжело в ту же секунду, как я её вижу.

Настолько, что я