Доктор, отданная в жены калеке-дракону - Полина Краншевская

золотыми искрами. Сьер Карлос в ужасе взвыл и залепетал слова отречения от высоких полномочий. Когда он закончил, на правой ладони мужа проступил узор в виде перстня, вспыхнул и погас.

— В наказание за содеянное я изгоняю тебя из рода Моралис и лишаю силы, — вынес муж вердикт и дохнул в сторону дяди.

Золотые искры окутали сгорбленную фигуру дракона, впитались и оставили на земле лишь жалкую человеческую оболочку некогда могущественного дракона. Сьер Карлос покачнулся и завалился набок. Эмилиан поморщился и сказал:

— Тебя и Рафаэля доставят в ваши фамильные имения. Вы не сможете ни словом, ни делом навредить мне и моей семье. Постарайтесь больше никогда не попадаться мне на глаза.

Сьер Карлос тихонько завыл, закрыв голову руками. Эмилиан переступил через него, подошел ко мне и обнял за талию.

— Пойдем, Лилия. Мы для этих отбросов сделали все, что могли. Большего они не заслуживают.

Мы взялись за руки и, согревая ладони друг друга, поспешили в дом. За деревьями мелькнула серая тень. Показалось, что это силуэт Фабии. Но думать об экономке совсем не хотелось. Что она теперь может сделать?

Глава 68

Эмилиан с рассвета и до поздней ночи занимался делами рода. Пост главы накладывал множество обязательств. Вынужденная смена власти требовала скорейшего приведения всех дел в порядок. Джил повсюду сопровождал своего господина, а я снова пропадала в казарме. Эксперименты с новыми возможностями дара помогали отвлечься от беспокойства за мужа.

Но как я ни старалась забыть о плохом, тревожные мысли то и дело не давали покоя. Не все члены рода Моралис благосклонно восприняли внезапное возвышение Эмилиана. Многие поддерживали решения сьера Карлоса и надеялись на выгодную торговлю редкой рудой. С приходом Эмилиана им пришлось забыть о таких заманчивых преступных планах. Влиятельным драконам это не понравилось, и они начали искать, как бы досадить новому главе.

На острове установилась пасмурная ветреная погода. В один из дней я задержалась в лаборатории, пропустила обед и вышла на крыльцо уже ближе к вечеру. Появление на тренировочной площадке Фабии стало неприятным сюрпризом. Эмилиан уволил экономку, как только отослал из поместья сьера Карлоса и кузенов. Так зачем она снова сюда пожаловала?

— Что ты здесь делаешь? — нахмурилась я, замерев на траве у ступенек.

По бледному лицу бывшей экономки скользнула кривая ухмылка. Она одернула серый плащ и расправила плечи.

— Сопровождаю свою госпожу. Что же еще?

— Даниэла в поместье? — вырвался у меня невольный вопрос.

Голос дрогнул, что не укрылось от Фабии. В ее невыразительных глазах вспыхнуло торжество.

— Для тебя, выскочка, сьерра Сантес, и никак иначе. Разумеется, моя госпожа здесь. Новому главе рода Моралис позарез необходим наследник, чтобы укрепить свои позиции. Сьерра Сантес — идеальная кандидатура на место главной жены. А твой удел — быть жалкой постельной грелкой. Как только пройдет венчание, госпожа тут же вышвырнет тебя за порог.

Сердце болезненно сжалось. Перед глазами поплыло, но я приказала себе успокоиться. Нельзя показывать слабость. Только не перед этой змеей. Вдохнув глубже, я растянула губы в нарочитой улыбке.

— Какие занятные вещи ты говоришь. Сьер Моралис в курсе ваших далеко идущих планов?

Фабия зло усмехнулась и мотнула головой в сторону особняка.

— А ты пойди и сама убедись. Господин пригласил сьерру Сантес в свои покои. Как раз сейчас они решают вопрос с датой свадьбы.

Как бы я ни храбрилась, а ядовитые слова шпионки Даниэлы достигли цели. Внутри все заледенело. Душевная боль не шла ни в какое сравнение с физическими страданиями. Да и целебная магия оказалась здесь бессильна.

Много раз я гнала от себя мысли о том, что не смогу подарить Эмилиану ребенка. Однако я снова и снова думала о невозможности зачатия. Ведь мы решили быть вместе, а значит, сделали осознанный выбор и несем за него ответственность. Так неужели Эмилиан передумал?

— Ну чего стоишь, время теряешь? — фыркнула Фабия, издевательски скалясь. — Пропустишь самое интересное.

Как бы я ни хотела послать бывшую экономку в далекую даль, но все же не сумела справиться с искушением. Подобрав подол длинного платья, я поспешила в особняк. Корила себя за слабость, за малодушие, за недоверие, но ничего не могла с собой поделать. Лучше знать горькую правду, чем жить во лжи наивных фантазий о великой любви.

В холле Густав подтвердил, что сьерра Сантес находится в покоях Эмилиана. Пожилой дворецкий собирался еще что-то добавить, но я уже не слушала. Побежала наверх, ворвалась в свои комнаты, пронеслась в спальню и замерла возле смежной двери. Кровь стучала в висках. Уши заложило. Я чудом держалась на подгибающихся ногах. Если сейчас увижу мужа с этой роскошной брюнеткой на постели, клянусь, прикончу обоих.

Тряхнув головой, прогнала сомнения. Вперед и только вперед. Я нажала на ручку, отворила дверь и скользнула по проходу. Войдя в спальню мужа, в недоумении огляделась. Ни Эмилиана, ни Даниэлы здесь не было. Царившие в знакомой комнате тишина и порядок пролились бальзамом на кровоточащую израненную душу.

— Пусто, — выдавила я и покачнулась.

Схватилась за комод, прислонилась спиной к стене. От облегчения голова пошла кругом. Но тут до меня донеслись отзвуки женского голоса. Собрав волю в кулак, я направилась дальше. Пройдя чередой комнат, остановилась возле приоткрытой двери в кабинет мужа.

— Ты обязан меня выслушать! — настаивала Даниэла, вышагивая перед письменным столом взад-вперед. — Ты не можешь меня игнорировать.

Эмилиан сидел в кресле и тер переносицу. Я отметила темные тени под карими глазами. Муж, должно быть, ужасно устал. Спал ли он сегодня после того, как убаюкал меня в своих объятиях? Я не знала. Когда пробудилась утром, дракона уже не было рядом.

— Чего ты хочешь? Зачем снова меня беспокоишь? Я неоднократно отвечал на твои письма, что нам нечего обсуждать. Помолвка давно расторгнута. Причем, заметь, по твоей инициативе. Мы чужие друг другу. Нас больше ничего не связывает. Так зачем ты снова и снова лезешь в мою жизнь?

Даниэла застыла посреди комнаты, стиснула ладони в кулаки и прошипела:

— Ошибаешься, дорогой. Мы крепко связаны, и ты сам об этом прекрасно знаешь. Я идеальная мать для твоих детей. Даже боги это подтвердили. Неужели ты думаешь, что твоя никчемная человечка способна от тебя понести? Она жалкая отступница с крохами презренного дара. Все на что ее хватит, это раздвинуть перед тобой ноги, чтобы потешился. А когда увлечение пройдет, ты сам ее