Представь нас - Молли Гоинс

Твою мать. Стоит только двери раздевалки с грохотом захлопнуться, как Калли мгновенно сникает.

— Калли, — выдыхаю я. — Все будет хорошо.

— Я... эм, — она судорожно втягивает воздух. — Пойду, заберу вещи и поедем, — по тому, как дрожит и срывается ее голос, я понимаю: Калли из последних сил сдерживает слезы.

Я бросаю взгляд на Адама. Довольным он отнюдь не выглядит, но раз уж с кулаками пока не кидается, я рискую шагнуть к своей девочке, пытаясь притянуть ее к груди и хоть как-то успокоить.

— Малышка, все...

Но Калли отступает.

— Прости, я просто хочу уйти... Но сначала нужно забрать вещи.

— Иди, — отзывается Адам. — Мы подождем. Забирай все, что сможешь унести: нам с Уиллом на поле возвращаться запрещено. Если что-нибудь забудешь – Бек заберет.

Калли кивает, но на мгновение заминается, оглядываясь на меня. Я по глазам читаю ее мысли.

— Иди, мы справимся.

Один удар в челюсть я уже схлопотал, значит, переживу и второй.

Калли прикусывает губу – верный признак того, что хочет что-то сказать. Я неотрывно смотрю ей в глаза, пока та, наконец не отворачивается и не выходит из раздевалки.

Проходит добрых десять секунд, а Адам не произносит ни слова. В драку тоже не лезет, продолжая сверлить меня взглядом.

— Слушай, Калли тут ни...

— Знаю, — обрывает он.

Слегка опешив, я хмыкаю.

— Ты даже не дослушал.

Адам тихо усмехается.

— Верно, но ты, по сути, собирался заявить, что Калли для тебя намного больше, чем тайная интрижка, а я это и так давно понял. Ты организовал ей вечеринку на день рождения. Заваривал чай... Уилл, даже я, не ходя в ту кофейню, знал, что на Рождество они закрыты.

Да уж, с чаем отмазка оказалась притянута за уши.

— Погоди, так ты все это время был в курсе?

— О да, с самого начала, — хохочет Адам. — Ты всерьез решил, будто мне до усрачки хотелось бежать пять гребаных миль с бодуна? Я заходил в поисках обезболивающего, а тебя не оказалось дома. Сначала не придал этому значения, но, когда вернулся с кроссовками и уже собирался топать в аптеку – вдруг пересекся с тобой в коридоре. Сложил два и два, и просто грех было упускать шанс поиздеваться.

— Ах, ты ж... да ты специально! — по идее, Адам должен начистить мне морду, но в данный момент дико хочется ему врезать.

— Ага, вышло просто бесценно. Видел бы ты свою рожу: я уж испугался, что тебя инфаркт хватит.

— И тебе вообще плевать?

Адам пожимает плечами.

— В восторге ли я? Нет. Но спасло тебя лишь то, что отношение к Калли на лбу написано. Подумай я, что ты просто пудришь сестренке мозги, точно вмазал бы. Но ты, блин, купил мотоцикл во Флориде только ради того, чтобы вытащить ее на свидание.

Твою мать, Адам что, мысли читает?

— А об этом ты как прознал?

Он бросает на меня красноречивый взгляд.

— В Сиэтле ты купил всего один байк. Притом что прожил там пять лет. Сразу показалось странным, когда ты ляпнул, будто взял его спонтанно, от нечего делать, но пазл не складывался до тех пор, пока я не вспомнил сообщение от Калли в ответ на предложение сходить пообедать. Она тогда накатала целую простыню с подробнейшим отчетом о том, какой девчачьей херней планирует заниматься.

Тут я не выдерживаю и смеюсь.

— Да уж, тактика «заболтать до смерти» очевидна, если хорошо ее знаешь.

— Это точно. Я все ждал, когда же кто-нибудь расколется, но, рассудив, что наверняка есть причины молчать, решил пустить все на самотек.

Со вздохом я опускаюсь на скамейку.

— Да уж, раскрывать отношения настолько глупо в наши планы не входило.

— Еще мягко сказано, — Адам занимает место рядом. — Если от этого станет легче, я рад, что вы счастливы. Но не могу не спросить: что собираетесь делать дальше?

В этом-то, черт возьми, и кроется вопрос на миллион. Олссон рвал и метал – к гадалке не ходи, но ведь и увольнять Калли с ходу он не стал.

— Все упирается в решение Олссона. Мы планировали доказать, что отношения никак не отразятся на работе... но сегодняшняя выходка пустила план под откос.

Адам смеется.

— Как думаешь, ты сломал Нику нос или челюсть?

— О, уверен, что и то, и другое, — стоило титанических усилий позволить Нику ударить первым. Я дал ему возможность начать драку, но после того, как кулак достиг цели, в каждый свой удар вкладывал всю ту ярость, которую испытывал за его мерзкий поступок с Калли.

Я качаю головой.

— Я люблю твою сестру. Так что да, пусть вышло совсем не так, как мы задумывали, кроме нее меня ничего не волнует.

— Знаю, — Адам хлопает меня по плечу. — Вот только говорить это нужно не мне.

Уж поверь, я как раз планирую высказать Калли все, что к ней чувствую. Еще утром выпроводил сестер из квартиры именно потому, что позарез нужна была помощь в организации того, что Люси окрестила «грандиозным жестом».

— Слушай, — я подрываюсь со скамейки. — Отвезешь Калли домой?

— Отвезу, без проблем, — Адам смотрит на меня с легким недоумением. — Но, по-моему, логичнее, чтобы это сделал ты.

— Знаю. Просто доверься мне. Появился тут кое-какой план.

Глава 41Калли

Всю дорогу до дома мы с Адамом молчим. Не сказать, что меня это сильно тяготит. Болтать совершенно не хочется, но то, что я оставила Уилла наедине с братом, а по возвращении застала только Адама, немного смущает...

Совсем не на такую картину я рассчитывала, однако стараюсь не делать поспешных выводов. На вопрос, куда подевался Уилл, Адам лишь пожал плечами и бросил, мол, ему надо было уйти. И как, черт возьми, это понимать?

Наконец, пока лифт ползет на нужный этаж, я все-таки собираюсь с духом.

— Так это ты велел Уиллу уйти?

— Нет, не я, — Адам со вздохом поворачивается.

Легче не становится. Сглотнув, я осторожно интересуюсь:

— Ты на меня злишься?

— Да ни хрена подобного, — усмехается Адам. — Калли, я молчал, потому что решил дать тебе время все переварить. Раскусил вас с Уиллом еще до того, как