Пари на императора драконов - Мария Павловна Лунёва

Подняв голову, я взглянула на него. Льюис улыбался, словно мальчишка.

— Я хороший стратег, мягкий, но несгибаемый дипломат и торговец, но ужасный хозяйственник. Даже замок до сих пор не могу в порядок привести, всегда есть что-то важнее.

— Да, я заметила, — тихо засмеялась, — и срамота, и охота эта, жуткие галереи. Была бы у меня возможность — вынесла бы всё это и переломала на дрова.

— Она у тебя будет, Юниль, — взгляд Льюиса скользнул по моему лицу и остановился на губах.

Моё сердце бешено зашлось.

Льюис облизал нижнюю губу и резко отвернулся. Его дыхание стало тяжёлым и прерывистым.

Стиснув челюсть, он натянул поводья.

— Раз ты действительно не испытываешь боль, значит, у нас есть возможность прокатиться наедине, — глухо произнес он и повернул коня на узкую тропинку, ведущую в густой орешник.

— Льюис! — возмутилась я, но кто бы слушал.

Замок внезапно остался за спиной.

— Я хотел на пикник, Юниль, но только с тобой. И если ты мне отказываешь, то придётся действовать хитростью. Ты видела реку сегодня? — спросил и поморщился. — Ну конечно, видела! Я покажу тебе её с обрыва. Не представляешь, какая это дикая и неукротимая мощь! Ты точно оценишь!

С этими словами он обнял меня крепче и стегнул своего коня.

Глава 69

Мы скакали по узкой тропинке прямо над глубокой пропастью. Под нами громко шумела вода. Казалось, она кипит, огибая высокие острые камни, которыми было выстлано дно.

И так страшно, и в то же время волнительно.

Хватаясь за Льюиса, я вытягивала шею, пытаясь разглядеть, что же там внизу.

Грохот порогов заглушал мысли.

— Нравится? — Льюис поиграл бровями.

— Ещё спрашиваешь, — я уже сама обнимала его, чтобы устойчивее держаться в его седле. — Это такое...

Он лишь рассмеялся.

Мы поднимались выше, а река, напротив, уходила ниже. Пороги становились всё круче, превращаясь местами в водопады.

— Если упасть... — шепнула я.

— Смерть, — ответил он, вмиг став серьёзным. — Это опасная тропа. Иногда охотники выгоняют сюда добычу, не специально, конечно, но случается. И порой животное, пытаясь скрыться от погони, падает...

— И всё? — шепнула я.

— Да...

Я как-то присмирела, поглядывая на неукротимую стихию.

Жутко как-то стало.

Плотнее прижавшись к Льюису, уже спокойнее рассматривала всё вокруг.

— Испугалась? — прошептал он, касаясь губами моих волос.

— Нет, но... да... Страшно. Комир предупреждал, чтобы я была осторожна в седле, а сегодня и вовсе велел заменить мне лошадь. Он рисует картину, на ней девушка, она лежит в седле без сознания.

— Он думает, что это ты? — Льюис резко придержал коня. — Юниль? Комир думает, что на его рисунке ты?

В его глазах появилось нечто такое, что заставило вздрогнуть.

— Я не знаю, — ответила тихо. — Он постоянно следует за мной, словно охраняя. Сестре приказал находиться подле, но мы рассорились из-за... неважно... — я прикусила губу, понимая, что всего рассказать ему не могу.

— Дара сильный целитель, — голос Льюиса упал до хрипа. — Да что там, я не видел никого одарённее её. Она и мёртвого поднимет... И он велел сестре не отходить от тебя?

Моргнув, я склонила голову набок и нахмурилась. Под таким углом на ситуацию ещё не смотрела.

— Юниль, — он с силой стиснул моё плечо. — Отвечай, что именно Комир приказал Даре?

— Не отходить от меня, — выдохнув через нос, опустила голову. — Выходит, не в подруги он мне её навязывал.

— Проклятье... — Льюис и вовсе остановил коня. — Он же собрал вокруг тебя настоящий щит. Два сильных орина — огонь и лёд, целительница. И мне ни слова не сказал!

— Олсен и Киан просто мои друзья, — возмутилась я.

— У Комира, Юниль, ничего не бывает просто, парень будущее не считывает, он его ткёт, словно полотно на станке, переплетая события и вырисовывая узор... И всё, что происходит, не просто... Что ещё он говорил?

— С тобой безопасно, — я пожала плечами. — А мы с ним семья... Я видела его слёзы, и касались они его будущего. Что бы ни случилось, я помогу ему, я дала слово...

— Поможешь? Он оберегает тебя, укрывая магией, и при этом берёт с тебя слово? — Льюис оскалился. — Мальчишка меняет судьбы...

Подняв руку, Льюис растёр подбородок. В его глазах медленно клубилась тьма. Взгляд то и дело останавливался на мне.

— Я запрещаю тебе гулять одной. Никаких конных прогулок в одиночестве. И слушай внимательно Комира, я не способен повлиять на провидца, в своё время он мать врагам сдал, потому что так было, по его мнению, правильно. Он бывает жесток и к себе, и к окружающим. И если он видит на лошади женщину, значит, изменить этого не может. Кто-то пострадает... И я молю богов, если это не ты...

Меня снова стиснули в объятиях. Льюис походил на безумца. Что-то пробормотав, он склонился и упёрся лбом в мою макушку.

— Ты моя Юниль. Я повёл себя неправильно, потому что слышал о том, как к твоим ногам сражённые наповал опускаются многочисленные поклонники. Не желал становиться очередным покорённым... Думал, раз я с тобой холоден, то ты попытаешься заинтересовать меня. Ты всегда любила трудности. Но я просчитался.

Цокнув, я скривилась. Меня волновал этот мужчина, чего уж. Но не до такой степени, чтобы не слышать его слова и не понимать их значение.

— То есть я должна была бегать за тобой, Льюис Тёмный? — моя бровь приподнялась.

— В идеале да, — шепнул он мне на ушко.

— Нет, — покачала головой. — Ты не дракон. Ты гусь! Напыщенный и высокомерный. Да курицу тебе в истинные после такого!

— Юниль, пожалуйста, ты уж слишком всё буквально восприняла.

Фыркнув, я дёрнула поводья в его руке.

— Вези, куда собирался, разговаривать я с тобой пока не желаю.

— Да ладно тебе, — он поймал пальцами мой подбородок и развернул к себе. — И всё же, в чём я просчитался? Почему не заинтересовалась мной?

Он вроде и говорил, но взгляда не сводил с моих губ.

— Да потому что я никогда в своей жизни не бегала за мужчиной, будь то простой воин или император! — выпалила, не сдержав эмоций. — Больно чести много!