Воительница: Под охотничьей Луной - Мелани Карсак

нам: это озеро, Больмсё, наш дом. Это дары Одина. Мы — волки Асгарда, дети Гери и Фреки. Пусть собирают свои рати, но они забыли об одном: в нашей крови живет огонь. Мы — волки войны. И завтра мы покажем свои зубы! — воззвал Арнгрим.

Мы ответили дружным кличем.

— Один, Всеотец, мы подносим тебе всё, что имеем! — Арнгрим указал на алтарный камень. — Тор, бей своим молотом! Фрейя, потрясай копьем! Пусть собираются валькирии, ибо стая снова едина!

Снова протрубил рог.

— Один, Всеотец, прими эти дары, — произнес Арне. — И не только их.

— Мои сыновья плавали далеко от Больмсё, видели мир. В заморских землях они пили вино с великими лордами и привозили лучшие бутылки своему отцу. Это последние из них. Один, Всеотец, прими этот дар, что я подношу тебе, — сказал Арнгрим. Взяв бутылку вина, он откупорил её и вылил рубиновую жидкость на алтарь.

Рядом со мной возник Утр.

— Боги любят виноградную лозу, — прошептал он. — Один пьет только вино. Ты когда-нибудь пробовала такое?

— Виноградное вино? Нет. — Хотя я пробовала черничное, о чем горько сожалела. — Я его даже в глаза не видела.

— Оно сделано из солнечного света и ягод. Сунна благословляет лозы. Здесь они не растут. Вот почему боги так его любят. Все любят то, что трудно достать. Не так ли, Эйдис?

Эйдис усмехнулась.

Утр положил руку ей на живот:

— Конечно, некоторым из нас удается заполучить желаемое легче, чем другим.

— Да замолчите вы оба! Ничего не слышно, — шикнула Ирса.

— Вот видишь. Как и я. Я люблю Ирсу, но она никогда не полюбит меня, потому что её сердце принадлежит другому.

— Неужели? — вскинула бровь Эйдис, глядя на Ирсу.

Я заставила их замолчать, указывая на Арне, который воздел руки к небу. Утр хихикнул, но затих.

— Один, Всеотец, прими нашу жертву и нашу любовь. Присматривай за мужчинами и женщинами Больмсё, когда мы будем сражаться за нашу землю и наш народ. Слава Одину! — выкрикнул Арне.

— Слава! — отозвались мы хором.

Рог протрубил в последний раз.

— Идемте, Больмсё! Будем веселиться этой ночью, а утром — готовиться к бою! — провозгласил Арнгрим.

Жители острова собрались в великом зале. Когда воины насытились, они стали расходиться без лишнего шума. Все понимали, что силы неравны, но у нас был план. Теперь оставалось лишь его исполнить.

Незадолго до полуночи появился Утр с отрядом воинов. Я узнала их: все они были искусными бойцами и, как и Утр, быстрыми и сметливыми.

— Ты забираешь наших лучших людей, — сказала я Утру.

— Хорошо, что я оставляю здесь лучших женщин, — подмигнул он.

— Вы готовы?

— У нас есть план. Мы уйдем из деревни раньше, чем они поймут, что мы там были.

— Встретимся в поле.

— Идет. Я возьму свое копье. Тогда увидишь, как далеко я его метаю.

— Жду не дождусь, — я положила руки на плечи Утру. — Пусть Один хранит тебя.

— Один? Ну да, он присматривает. Но мне больше нравится, когда за мной приглядывает Фрейя. На неё смотреть куда приятнее, чем на старого одноглазого деда.

— Я никогда не любила кошек, — сморщила я нос.

Утр расхохотался, погрозил мне пальцем и вышел из зала.

— Тебе нужно отдохнуть, — сказал мне Арнгрим. — Кровь берсерка, когда она вскипает, заставляет тебя чувствовать себя неуязвимой, но это уловка. Потом ты почувствуешь такую усталость, что даже зубы заноют.

— Вот как? — усмехнулась я.

Он рассмеялся:

— Не сомневайся, девочка. Я бы и сам вскочил и пошел с вами.

— А кто бы тогда защищал меня? — притворно возмутилась Эйдис.

Арнгрим улыбнулся ей и снова повернулся ко мне.

— Хотел бы я иметь еще дюжину таких, как ты, Хервор. Какие славные и сильные дети у тебя будут.

— Это будут двое мальчиков, — прошептала ему Эйдис.

— В самом деле? — дед удивленно поднял бровь.

Эйдис кивнула.

Арнгрим посмотрел на меч у меня на поясе и указал на него:

— Ты должна помнить, какую ношу он несет в себе.

Я кивнула:

— Я не забуду.

Арнгрим склонил голову.

— А теперь я сделаю, как ты просил, и посплю немного. Скоро нам выступать, чтобы вовремя встретить Утра.

Я направилась вглубь дома, чтобы поспать хотя бы несколько часов. Неизвестность тяжелым грузом лежала на сердце. По правде говоря, я знала, что врагов больше. В конце концов, всё может пойти прахом. И что тогда? Чего я добилась, бросив мать и свою жизнь? Неужели я разбудила мертвых только для того, чтобы вскоре присоединиться к ним?

Но я их разбудила. Это было по-настоящему. Боги среди нас. Я должна им доверять.

Один. Всеотец. Ты со мной?

Мокрый нос ткнулся в мою руку, и мгновение спустя Рёк запрыгнул на кровать рядом со мной.

— По крайней мере, Рёк со мной, — прошептала я, почесывая его за ухом.

Хервор.

Дочь.

Мой единственный глаз видит всё. Но прежде всего — он видит тебя.

Глава 58

Дым плыл по долине, смешиваясь с густым туманом. Рёк стоял рядом, навострив уши и ловя каждый звук. Я вглядывалась в сторону Бломфьялля, ожидая малейшего движения. За его стенами протрубил рог. Деревня была в огне. Поля между нами и крепостью пылали. Куда ни глянь — Бломфьялль горел.

Враг был у ворот.

Они думали, что принесут войну на Больмсё.

Они ошибались.

Поле передо мной полыхало — Утр и его люди не пожалели китового жира, чтобы раздуть пламя.

— Приготовиться! — крикнула я.

И тут я услышала это.

Лязг оружия. Рев сотен глоток.

Но Утр справился на славу. Стена огня отделяла нас от деревни, оставляя лишь узкий проход. Над Бломфьяллем клубился черный дым — догорали амбары и всё, что успел поджечь этот безумец.

— Сколько зданий ты спалил? — спросила я ветта, который хихикал рядом со мной, опираясь на копье.

Он начал загибать пальцы:

— Зернохранилища, чертог, конюшни, кузницу и… всё остальное, что попалось между ними.

Я рассмеялась.

Утр ткнул пальцем в моё лицо:

— Вороны, — сказал он, указывая на узоры из сажи, которые Эйдис нарисовала вокруг моих глаз. — Снаружи ты — Мысль и Память. Но все мы знаем, кто ты внутри.

Я ухмыльнулась:

— Вот как?

— Конечно. Почему, по-твоему, я сразу тебя принял?

— Насколько я помню, ты назвал меня лгуньей.

— И ты была лгуньей, верно, Херварт? Я не ошибся.

— Но я не лгала ни в чем важном. Я лгала, чтобы заслужить свое место.

— Всё равно лгала. А еще я пытался досадить Ирсе. Хотел, чтобы она побегала за мной. Она не любит, когда любовь дается легко, — он подмигнул Ирсе, которая лишь покачала головой.

Мгновение спустя