Безумие - Шанталь Тессье

делает, но не могу. Глаза расширяются, я пытаюсь посмотреть вниз, чтобы понять, почему не могу говорить. Паника нарастает, когда опускаю взгляд и вижу, что сижу на стуле обнажённая посреди собственной кухни. Дыхание учащается, я пытаюсь пошевелить руками и ногами, но это только заставляет стул покачиваться на плитке.

Пытаюсь закричать, но звук приглушён.

«Что за хрень?»

Я перевожу взгляд на Хайдина, но он выглядит совершенно спокойным. Делаю глубокий вдох через нос, пытаясь успокоить колотящееся сердце. Это не первый раз, когда я оказываюсь перед Лордом, неспособная себя защитить.

Хайдин отталкивается от стойки, и я смотрю на него с ненавистью, надеясь, что он чувствует, как сильно хочу его смерти в этот момент.

Подойдя ближе, он обхватывает моё горло, и я запрокидываю голову. Хайдин сжимает пальцы, удерживая меня на месте, я быстро моргаю.

— Доброе утро, красотка, — наконец говорит он совершенно невозмутимо.

Я сглатываю под его рукой, и Хайдин улыбается.

— Знаешь… — Он перемещает руку с горла на подбородок, усиливая хватку, когда пытаюсь отстраниться. — Ты выглядишь очень красиво в одном лишь скотче.

У меня расширяются глаза. Скотч? Вот почему я не могу двигаться? Хайдин приклеил меня к стулу? Пытаюсь заговорить, но безуспешно. Его улыбка становится шире, обнажая великолепные зубы. Словно он разогревает меня перед тем, как перерезать мне горло.

— Тебя это заводит так же, как верёвки, куколка? — Хайдин опускает взгляд к моей вздымающейся груди, задерживаясь на затвердевших сосках.

Надеюсь, Хайдин не опустит руку между моих ног, потому что я не могу скрыть, что мокрая. И не могу сомкнуть ноги, потому что он связал их в раздвинутом положении.

Хайдин смеётся над моим молчанием, затем отпускает меня. Опускаю голову и наблюдаю, как он подходит к островку за рюкзаком. Расстёгивает его, достаёт шприц и флакон с прозрачной жидкостью.

«Что за фигня произошла прошлой ночью?»

Что я сделала? Или сказала ему что-то, что его разозлило? Почти ничего не помню, кроме того, что позвонила ему в туалете «Блэкаута». И потом он появился. Я просила его забрать меня?

Он втыкает иглу во флакон, набирает жидкость. Поставив на стойку, Хайдин поворачивается ко мне.

Хайдин не отрывает свои голубые глаза от моих, пока медленно приближается, а я кричу в скотч, что ненавижу его. Будто ему есть дело.

— Не переживай, Аннабель. Это будет больно только секунду.

Хайдин берёт меня за подбородок, отворачивает лицо в сторону, и я чувствую жжение в шее.

ХАЙДИН

Вытащив иглу из её шеи, я отступаю и надеваю колпачок. Затем бросаю шприц на островок, откидываюсь назад и скрещиваю руки на груди в ожидании.

Её грудь быстро поднимается и опускается от тяжёлого дыхания, соски всё ещё твёрдые. Шарлотта выглядит абсолютно потрясающе привязанной к стулу. В голове возникает столько мыслей, пока она в таком положении, и ни одна из них не имеет отношения к тому, что я собираюсь с ней сделать.

Шарлотта стонет, её голова откидывается назад, а затем вперёд. Средство действует.

Её ноги раздвинуты, каждая лодыжка привязана к передней ножке стула, руки опущены вдоль тела, а запястья привязаны к задним ножкам стула. Я позаботился о том, чтобы раздеть её, чтобы ничего не мешало. Хотел увидеть, как её тело отреагирует на ситуацию.

Подойдя к девушке, я снова беру её за подбородок и откидываю голову назад, чтобы Шарлотта смотрела на меня. Её зрачки расширенные и веки отяжелевшие. Она несколько раз моргает, бесцельно глядя в потолок. Я опускаю руку на её шею и чувствую пульс.

Сильный и ровный.

Подняв руку, я хватаюсь за кончик нескольких полосок скотча, которыми заклеил ей рот, и срываю их.

Она задыхается, голова падает вперёд, волосы закрывают лицо. Я собираю их в кулак и поднимаю её голову, удерживая.

— Как ты себя чувствуешь? — спрашиваю я.

— Что… что ты мне ввёл? — спрашивает Шарлотта, глаза всё ещё расфокусированные.

Я игнорирую вопрос и отпускаю её волосы. Обхватываю лицо и провожу большим пальцем по приоткрытым губам. Я любуюсь её красивым лицом. На ней всё ещё остался макияж из клуба прошлой ночью. Чёрная подводка размазалась, румяна стёрлись, помада поблекла. Накладные ресницы слиплись в разных местах. И всё равно она выглядит охренительно великолепно. Как будто провела всю ночь на коленях, будучи моей хорошей девочкой.

— Поговори со мной, Шарлотта. Как ты себя чувствуешь? — спрашиваю я, глядя ей в глаза.

— Пьяной, — бормочет она, и её ресницы трепещут.

— Хорошо. — Пора начинать. — Почему Лорды послали тебя в «Бойню»?

Мне нужны ответы, и это лучший способ их получить.

— Задание. — Она облизывает губы.

— Ты выполняешь задание? — Это не то, что я предполагал. Скорее полагал, что это, в лучшем случае, посвящение.

— Д-да.

«Интересно».

— Почему они послали тебя ко мне?

Шарлотта откидывает голову назад, и её голубые глаза встречаются с моими.

— Я не знаю.

— Брехня, — шиплю я, хотя знаю, что она говорит правду. Проводя рукой по лицу, спрашиваю: — Что ты знаешь обо мне?

— Я знаю, что ты брат Пик… — Шарлотта сглатывает. — Твои родители мертвы… ты убил своего отца. — Она ищет мои глаза, но сомневаюсь, что видит меня.

То, что я брат Пик, для неё не секрет. Шарлотта знает это, потому что видела меня в «Бойне». То, что моя мама мертва — не секрет. Мой отец мёртв? Она может знать это, потому что Сент, Кэш и я управляем «Бойней». Но как он умер?

— Почему я убил его?

— Потому что ты любишь её.

Её ответ заставляет меня нахмуриться, сбивая с толку.

— Кого я люблю?

— Эштин.

Я говорил это вслух только одному человеку. Это было недавно, но знаю, что она никому не рассказывала.

— Кто тебе это сказал? — спрашиваю я.

— Моя мама и её подруга.

Вот, что я хотел знать. Теперь мы приближаемся к сути.

— Разговаривала с матерью обо мне? — Я знаю, кто её родители.

Шарлотта начинает закатывать свои отяжелевшие глаза.

— Она только знает, что у меня с тобой сеансы, что ты моё задание.

Ну, это не то, что я хотел услышать. Пытаюсь придумать, что ещё спросить, пока у меня преимущество. В голову приходит мысль. Собираю её волосы и наклоняю голову вперёд.

— Где ты это взяла? — спрашиваю я, проводя пальцами по клейму Лордов на