Это мы не проходили - Мугуа Хуан

Шао Чжань постучал в дверь соседней комнаты, объяснил цель визита. В той комнате как раз оказался его бывший одноклассник. Парень просветлел: «Бог учёбы? У меня есть, у меня есть! Мне как раз не пригодился, забирай».

Шао Чжань взял ремень: «Спасибо».

Тот посмотрел на форму Шао Чжаня и мимоходом спросил: «Да брось, пустяки. Тебе форма мала?»

«Не мне, — сказал Шао Чжань, сам не замечая, как его взгляд смягчается, — …одному другу».

Одноклассник почесал затылок, чувствуя некоторую неловкость, и с улыбкой сказал: «Учились вместе год… кажется, впервые разговариваю с тобой так долго».

Шао Чжань в школе был легендой.

Холодным — тоже легендой.

Раньше в классе организовывали мероприятия, но когда к нему обращались — получали три слова: «Не интересно».

Если же пытались уговаривать — в ответ было вежливое, с оттенком нетерпения «Ты всё сказал?».

Не говоря уже о признаниях. Большинство девчонок в классе, которые были в него влюблены, даже боялись подойти спросить задачу: «Бросьте, девчонки. Десять раз на Эверест взойти легче, чем растопить эту ледяную гору. В прошлый раз красавица из соседнего класса набралась смелости подойти — не прошло и трёх минут, как она рыдая убежала обратно… Таких, как он, нам, простым смертным, лучше и не пытаться.»

…

Закончив воспоминания, тот же одноклассник молча подумал: кажется, бог учёбы стал хоть немного человечнее?

Сюй Шэн посидел немного на крышке унитаза, подогнув ногу, покрутил телефон. Открыл WeChat.

Сюй Япин прислала: «Будь осторожен».

Он ответил «ага», затем нажал на аватарку Шао Чжаня.

S: «Ты где?»

Как только сообщение отправилось, дверь туалета скрипнула, а затем в дверь кабинки постучали дважды: «Открывай».

Сюй Шэн наклонился и приоткрыл дверь на щель. Шао Чжань протянул ему ремень.

Сюй Шэн, вспомнив недавний эпизод, взял ремень и прокашлялся: «Только что…»

Шао Чжань догадался, что он хочет сказать: «Я и так всё видел».

С головы до ног. Где только не видел.

Сюй Шэн: «…»

Вот это заявление! Хулиганское!

Хотя Шао Чжань был прав — они видели друг друга везде, и даже знали о естественных утренних реакциях организма друг друга.

Сюй Шэн быстро застегнул ремень. Шао Чжань переодевался в соседней кабинке.

Через десять минут — сбор на площади.

Когда они вышли, Тань Кай как раз жаловался, что военная форма рушит его стиль: «Кепка давит, вся причёска испортилась. А форма — одно слово: убого. Три слова: убого до нельзя. Кто это выдержит…»

Но тут Тань Кай заметил идущих друг за другом участников рейтинга «Красавчик школы» №1 и №2.

Он осёкся.

Он ошибался. Грубейшим образом ошибался. Эту форму можно было носить. И ещё как.

Если бы Сюй Шэн соблюдал правила, его внешность была бы одним из лиц Линьцзянской Шестой школы. Типа того, кого печатают на рекламных буклетах для набора учеников — один такой способен поднять количество поступающих. Вот только эта физиономия обычно появлялась только на доске взысканий, в сопровождении строк: «Ученик 10-7 класса Сюй Шэн такого-то числа нарушил пункт №… устава школы».

А про Шао Чжаня и говорить нечего.

Один из них уже заставлял прохожих оборачиваться. А когда эти двое шли рядом — двойной удар.

Сюй Шэн шёл позади Шао Чжаня. Солнце било им в спину. Сюй Шэн с усмешкой что-то говорил, Шао Чжань не реагировал. Тогда Сюй Шэн решил пошалить — снял с Шао Чжаня кепку. Только тогда тот обернулся.

Ученики из других школ, в зелёной форме, стоявшие в строю, не могли удержаться от перешёптываний: «В меня попали! По сравнению с ними наш школьный красавчик[1] и рядом не стоял! Кто знает, из какой они школы?»

«Не знаю. В этот раз четыре школы тренируются вместе».

«Что говорить — мы, друзья, выбрали не ту школу».

«Кажется, они из Шестой школы. Я видел в их строю своего бывшего одноклассника».

«Так чего ждём? — взволнованно сказал другой. — Иди спроси у своего одноклассника».

Торжественное открытие ещё не началось, а форум школы в зелёной форме уже «пал».

«Кто-нибудь видел форум нашей школы? — спросил кто-то. — Уже есть пост по поиску людей. Даже фотку выложили. Спрашивают, из какой они школы и как их зовут. Убойная сила, аж через школы бьёт…»

Фото было размытым, к тому же не имело отношения к их школе, так что ответов было немного.

Но среди немногочисленных ответов был один примечательный: «Ссылка на Линьцзянскую Шестую школу. «Чжань У Бу Шэн» — вникните. Холодный бог учёбы x бунтарь-хулиган. Не прогадаете».

…

Ученики Линьцзянской Шестой школы и представить не могли, что пожар этой пэйринговой пары перекинется на другие школы.

Площадь.

Руководство школ стояло в тени деревьев. На земле были установлены колонки. Судя по всему, намечалось, что каждый будет выступать по очереди.

Мэн Говэй простоял впереди довольно долго, высматривая кого-то. Увидев Шао Чжаня, он поспешно позвал его.

Сюй Шэн и остальные стояли в задних рядах. Сюй Шэн не знал, зачем Мэн Говэю Шао Чжань, и не стал спрашивать. Он просто бросил: «Как долго будет открытие?»

Тань Кай: «Судя по количеству школ, от часа и до полудня».

Сюй Шэн был не из тех, кто готов часами стоять под палящим солнцем и слушать пустые речи руководства: «Если больше получаса — я сваливаю».

Никто не хотел стоять под солнцем и слушать начальство. Но очевидно, что никто не осмелился бы просто так взять и уйти.

Тань Кай не мог себе этого представить: «Свалить? Как? Не пойдёт. Здесь столько школ, Гу Янь-ван точно с ума сойдёт».

«Хочешь помягче — придумай повод, — сказал Сюй Шэн. — Не хочешь — просто уходи. Чего стоять и заниматься фотосинтезом всё утро?»

Нифига себе.

Тань Кай был покорён.

Тань Кай добавил: «Полчаса точно нереально. После речей руководства ещё будет выступление представителя учеников. Наш представитель — брат Чжань».

В отличие от Сюй Шэна, который каждый раз выходил на трибуну читать объяснительные, Шао Чжань почти всегда был представителем учеников.

Неудивительно, что Мэн Говэй так спешно его позвал.

Сюй Шэн обычно не любил слушать эти речи. Даже если Гу Янь-ван силой заставлял его стоять на плацу, он всё равно затыкал уши наушниками. Он редко видел, как Шао Чжань выступает.

Сюй Шэн вдруг подумал, что заниматься фотосинтезом всё утро — не такая уж невыносимая вещь.

Через полчаса Тань Кай обернулся и обнаружил, что тот, кто обещал уйти, всё ещё стоит в заднем