Кости - К. Л. Спир

желая на этот раз оттолкнуть его навсегда. Я ни с кем не разговаривала без необходимости. Может быть, уже слишком поздно, но в голове проносились лихорадочные планы. Если бы я могла сбежать, как только начну двигаться, возможно, я смогла бы уйти достаточно далеко, чтобы он не побеспокоил Убежище. Я смогу привлечь его внимание и надеяться, что он погонится за мной. Это была авантюра, но я бы пошла на нее без колебаний, лишь бы люди из Убежища не попали под перекрестный огонь.

Я солгала им всем. Я была не единственным человеком со способностями в мире.

Либо это так, либо я сошла с ума, но то, что я видела, определенно казалось доказательством его существования, и я чертовски уверена, что не собиралась рисковать.

Команда Maка не очень хорошо отреагировала на мое внезапное изменение в поведении, и я не могла их винить. Я изо всех сил старалась вынести их гнев, замешательство и боль. Нарушенное обещание Трея было раной в моем сердце, даже когда доктор внутри меня понимал, почему они накачали меня наркотиками. Я не понимала, почему это причиняет такую сильную боль. Разрушенное общение не стало чем-то новым.

— Привет, Боунс.

Я открыла глаза и увидела Рэйвен и кого-то еще, входящих в лечебницу. Я напряглась, а затем подавила стон боли. Я не хотела иметь дело с Рэйвен и кем бы то ни было…

Мои мысли оборвались, когда я узнала девушку, которую спасла от Бримстоуна. Скай. Ее волосы были коротко и ровно подстрижены, исправив грубую стрижку, а на лице виднелись темные синяки. Она стояла, широко раскрыв глаза, и слезы катились по ее щекам, когда она смотрела на меня. Я все еще лежала на животе на своем матрасе. Я могла встать и немного походить, но это было чертовски больно, и мне нужна была помощь. У меня было несколько по-настоящему унизительных моментов с Гризом, когда я пыталась воспользоваться уборной, но я предпочла их, чем использовать судно.

— Скай, не веди себя как маленькая сучка, — огрызнулась Рэйвен, напугав меня. — Ты хотела помочь, так что перестань плакать.

Я вздрогнула от ее резкого тона, но, к моему удивлению, Скай вытерла щеки и вздернула подбородок.

— Спасибо тебе, Боунс. — Ее голос дрогнул, но она справилась. — Ты спасла мне жизнь, и я никогда не смогу отплатить тебе, но я хотела бы помочь тебе выздороветь, если ты не против.

Я уставилась на нее, затем перевела взгляд на Рэйвен.

— Да, я тоже. Гризу надоело видеть твою голую задницу, — проворчала она, — так что мы поиграем в медсестер.

Я проглотила «НИ ЗА ЧТО», которое хотела выплюнуть, напомнив себе, что это не имеет значения. Поэтому я коротко кивнула, а затем поморщилась от этого движения.

— Боги, перестань вертеть головой. Они же не отрезали твой язык. Используй это, тупица! — Рэйвен распахнула одеяло, которое несла. Это было стеганое одеяло, поношенное и выцветшее, но гораздо толще того жалкого, которое было у меня. Она накрыла меня им, не говоря ни слова, обернув вокруг моего тела нежным, материнским движением, которое поразило меня.

Я провела пальцами по мягкому материалу. Оно приятно пахло, как мое лавандовое мыло и что-то… что-то, что напомнило мне о Трее.

Рэйвен развернулась на каблуках и начала убирать лечебницу, на ходу отдавая Скай распоряжения. Я была ошеломлена усилиями, которые она приложила, чтобы убедиться, что все было безупречно чистым. Примерно через час ей и Скай удалось поднять меня и отвести в уборную. Не менее унизительно было и то, что Рэйвен стягивала с меня штаны и помогала расположиться на выгребной яме, но она снова удивила меня, не сделав никаких жестоких комментариев по поводу моего уязвимого состояния.

— С Сэмом и детьми в казарме довольно тесно, — сказала она, как будто я не пыталась подтереть собственную задницу. — Итак, я, Скай и Гриз пока переезжаем в лечебницу. Трей, Джакс и Мак присматривают за Сэмом и детьми.

От меня не ускользнуло, как ее взгляд скользнул по моему лицу, когда она произнесла имя Трея.

— Я уверена, что Эппл будет здесь почти каждый день. Этот ребенок одержим тобой. Трею пришлось пообещать, что она сможет приходить на помощь днем, чтобы она перестала ускользать по ночам и приходить сюда.

Я вспомнила все те разы, когда я просыпалась в тумане от боли и видела, что Эппл сидит рядом со мной, и подавила раздраженный вздох. Я не знала, что она сбегала тайком.

— Мы увели детей до того, как они привезли тебя, так что им не пришлось видеть твою спину, свисающую с костей кровавыми лентами.

Я побледнела, а она невесело рассмеялась.

— Ты думаешь, плохо слышать об этом? Мне пришлось помогать собирать тебя по кусочкам. Сложно сшивать человека, когда почти не осталось к чему пришивать.

Мой желудок скрутило, но она помогла мне встать и застегнула мне штаны.

— Надо достать тебе юбку, — пробормотала она. — Конечно, мальчишки до этого не додумались, идиоты.

Как только я снова легла на свой матрас, она отправила Скай за юбкой и крикнула Гризу, чтобы он тащил свою задницу внутрь и помогал менять повязку на моей спине.

— Эй, Боунс, — сказал Гриз, входя в лечебницу, — Рэйвен хорошо себя ведет?

— Не начинай, — огрызнулась Рэйвен. — Я же здесь, разве нет?

Я молчала, прижав щеку к плоской подушке. Короткая прогулка до уборной и обратно вымотала меня. Мне нужно было восстановить силы.

Гриз и Рэйвен присели по обе стороны моего матраса и помогли мне сесть, чтобы начать разматывать повязку вокруг торса. Ее приходилось менять дважды в день. Когда Гриз делал это в первый раз, я чуть не слетела с катушек. Если бы это был кто-то другой, я не знаю, позволила бы я ему без драки, но Гриз оставался терпелив и спокоен, объясняя, пока я не позволила ему продолжить. Он отводил взгляд от моей груди и уложил меня обратно на живот, как только снял повязку. Когда он менял повязку, я потеряла сознание от боли, так что недолго испытывала дискомфорт.

Теперь, проделав эту процедуру полдюжины раз, я немного привыкла сидеть с обнаженной грудью. Слегка. Взгляд Рэйвен опустился на клеймо на моей груди, и мое лицо вспыхнуло, но она ничего не сказала. Половина гребаного анклава, наверное, видела это вместе с большей частью моей груди, когда меня секли. Меня не так уж сильно заботило мое обнаженное тело. Тело есть тело, и я видела много, работая целителем. Но клеймо на моей груди