Пирог с корицей - Аля Гром

— И ты действительно пригодилась, ты спасла мне жизнь! — он повернул к ней голову и посмотрел долгим тяжелым взглядом.

— Да, но потом… зачем я понадобилась вам потом?

Принц снова посмотрел на нее и Ярмилке захотелось съежится и убежать. Было видно, что он раздумывает, сказать ли ей правду. Наконец, он решился:

— Ты одна в этом мире. Маленькая, никому не нужная девочка. И ты принадлежала бы только мне. За тобой нет рода, мне не пришлось бы не с кем делиться властью, никого возвышать или убирать в угоду новым родственникам.

— Я была удобна, — тихо кивнула Ярмилка.

— Да, — так же кивнул принц, — уникальный целитель и жена без родственников — прекрасное сочетание.

— Но Ваши письма, признание… колечко? — слабо выдохнула девушка, — Неужели…

— Прости, Ярмила, но раз уж мы говорим правду — ты должна понять, короли не влюбляются. Мы не можем позволить себе такой роскоши. Но мое предложение все еще в силе. Я уверен, что из тебя получится отличная королева, народ будет тебя любить. Наш союз укрепит мою власть… Но тебе лучше сразу понять, что личная жизнь у меня будет своя…

— Вы любите другую девушку? — произнесла свою догадку Ярмилка.

— Неважно! Тебя это не касается, — грубо ответил Самуэль

Они оба замолчали.

— Мне нужен ответ, Ярмила. Сейчас.

Но прежде, чем девушка успела открыть рот, в комнату вошел Яник, держа на вытянутых руках поднос с чаем и свежим пирогом. Это был яблочный пирог, который с утра испекла тетушка Глаша. От него шел тонкий пряный аромат корицы. Принц дернулся, уловив ненавистный запах.

Ярмилка зажмурилась и, выдохнув, решилась:

— Ваше Высочество, вы многое для меня сделали. Обеспечивали книгами, одеждой и деньгами пока я росла. Сейчас подарили титул. Но и я, смею надеяться, была Вам полезна.

— У меня пред тобой долг жизни, я не отрицаю, — покачал головой принц, — поэтому я и предлагаю тебе свою дружбу. И брак.

Ярмилка покачала головой.

— Благодарю Вас, Ваше Высочество, но замуж я пойду только за того человека, который будет меня любить, — и увидев насмешливую улыбку принца, добавила, — за того, кто не побоялся бы съесть этот пирог, зная, что у него аллергия. Ради меня.

Принц хрустнул пальцами, сжав их в кулаки, и поднялся.

— Я не намерен потакать твоим глупым фантазиям!

Яник, стоявший все это время молча, вдруг с громким стуком поставил поднос на стол.

— Брат! — он вскинул одну руку в останавливающем жесте, а другой быстро подцепил огромный кусок пирога. Потом, глядя в глаза Ярмилке, он мягко сказал:

— Я люблю тебя, Ярмила! Выходи за меня замуж! — и отправил пирог в рот.

Затем чихнул и тут же перекувыркнувшись, превратился в волка.

Зверь сделал несколько шагов по направлению к Ярмилке, потом его ноги подогнулись и он практически рухнул к ее ногам. Хвост мелко задрожал. Спрятав нос в лапы, он тихонечко заскулил. Ярмилка присела рядом и стала гладить его голову.

— Ну что ж, — просипел Самуэль, — неожиданно, но … поздравляю! Ты все-таки выйдешь замуж за принца!

Затем он развернулся и покинул библиотеку, громко хлопнув за собой дверью.

Ярмилка приподняла голову волка и заглянула в глаза:

— Ну всё, он ушел. Хватит притворяться!

Волк перестал скулить и посмотрел на нее умным взглядом.

— Мы никогда не кладем в пирог корицу, — пояснила Ярмилка, улыбаясь, — она просто посыпана по краю тарелки. Для аромата.

Она потянулась, чтобы по своей многолетней привычки чмокнуть волка в нос, но оказалась в объятиях Тимьяна.

— Я справился? — низким с хрипотцой голосом спросил он.

Ярмилка, улыбаясь, кивнула.

— Значит, ты согласна? — он широко улыбнулся, любуясь ее смущением.

— Ваше Высочество, — подняла она на него глаза, — вы уверены, что я — та кто вам нужен?

— Уверен, — серьезно кивнул оборотень, — ты — моя пара. Моя и волка, — он блаженно вдохнул ее запах, зарылся носом в волосы и прошептал в ухо, — И мы оба любим тебя. И никогда никому не отдадим. И для тебя — я всегда просто Тимьян. А за «высочество» нам еще придется побороться… Но это потом…

В камине догорал огонь. На столе стоял остывший пирог, а в воздухе все еще витал аромат корицы. Но теперь Тимьян и волк были уверены, что так пахнет счастье.

Конец.