Сломленные во тьме - Эшли Элизабет

— Твоя, — спокойно повторяю я, передавая нож Вину и глядя в потолок. Затем резко наклоняюсь к Долиону, хватая его за воротник. — Она всегда была моей. — Мой голос гремит, и все замирают. — Ты пытался сломать её, но проиграл. И знаешь что? Теперь я сломаю тебя. Снова и снова, кусок за куском, пока от тебя не останется лишь труп, который я скормлю волкам. — Улыбаюсь, впервые видя страх в его зелёных глазах.

— Приступим, джентльмены? — Вин надевает кастет и протягивает второй Мауро.

Я снимаю кожаную куртку и бросаю её на пол. Разминаю шею, глядя на Долиона.

— Ты пожалеешь, что вообще посмел прикоснуться к моей жене.

Перевожу взгляд на Энтони. Мауро оттаскивает его стул в другой угол, закатывает рукава, затем берёт канистру с бензином.

— Гори в аду.

— Подожди! Мы можем договориться! — Энтони в панике мечется, но связанный по рукам и ногам, он бессилен. — Я могу сказать, где...

Его слова обрываются, когда Илай засовывает ему в рот тряпку, пропитанную бензином. Мауро выливает горючее вокруг него.

— Око за око, — замечает Вин, наблюдая. — Ты убил нашего отца огнём, и теперь мы поступим так же. — Пожимает плечами. — Кажется справедливым.

Алекс подходит ближе, протягивая мне и Мауро по зажигалке.

— Не хотите сделать честь?

Мы берём зажигалки, чиркаем, и маленькие огоньки устремляются к бензину.

— С удовольствием, — отвечаю я.

Мауро и я бросаем зажигалки одновременно. Пламя мгновенно взмывает вверх, поглощая Энтони. Его крики, даже сквозь кляп, разносятся по помещению, но вскоре затихают, а его обугленное тело обмякает.

Теперь настала очередь следующего.

— Твой черёд, — говорю я, и жестокая улыбка расползается по лицу. — И, надеюсь, ты не подумал, что твоя смерть будет такой же быстрой. — Качаю головой. — Нет. — Смотрю на часы. — Моя жена вернётся только через несколько часов. Что-то насчёт помощи Мадлен с выбором цветов для свадьбы.

Илай фыркает, закатывая глаза.

— Так что у нас весь день впереди. — Сжимаю кулак, окидывая Долиона взглядом.

Мауро, Вин, Алекс и Илай выстраиваются рядом со мной, готовясь, разминая руки. И чертовски приятно знать, что эти парни всегда прикроют мою спину, как и я их.

— Я начну, — говорю, делая шаг вперёд.

Но Вин останавливает меня, положив руку на плечо.

— Тебе понадобится это, — говорит он, протягивая нож Скарлетт.

Ухмыляюсь, беру его, чувствуя себя хищником, готовым растерзать добычу.

— Это будет чертовски весело. — Окидываю взглядом каждого. — За Скарлетт. — Холодным взглядом смотрю на Долиона. — За мою жену.

Лезвие рассекает его грудь, оставляя кровавый след.

Месть никогда не была такой сладкой.

Глава тридцать пятая

Скарлетт

Три недели спустя

Мои пальцы ног впиваются в прохладный песок, я кутаюсь в куртку плотнее, пытаясь защититься от ледяного ветра. Волны бьются о берег где-то рядом, их шум смешивается с треском костра и громким смехом вокруг. Но все звуки словно растворяются вдали, когда мой взгляд приковывают яркие оранжевые языки пламени, а в голове всплывают образы отца и Долиона.

Я знала, что отец презирает меня. Ненавидит с пылающей яростью только за то, что я не сын, о котором он мечтал. Не тот, кто унаследует империю Балкомов и сделает его гордым. И из-за этого я держалась на расстоянии, покорно выполняла все, что от меня требовали, словно послушная дочь. Пыталась изо всех сил заслужить его гордость. Его любовь, которую он никогда бы мне не подарил. Но, кажется, я так и не поняла, кем он был на самом деле.

Бессердечным чудовищем.

Тем, кто не способен любить собственную дочь.

Чтобы доказать это, он отдал меня самому дьяволу. Преподнес меня в награду за годы верной службы, а потом и вовсе собирался продать с аукциона.

Но поскольку мое сердце всегда принадлежало другому, Долион, ослепленный ревностью, жаждал наказания. Мести. Невообразимой боли. И больше всего он хотел сломать меня.

Дрожь пробегает по коже, когда в памяти всплывают темные воспоминания. Маска дьявола. Нож. Кровь. Крики.

Я быстро моргаю, прогоняя их прочь, и обхватываю себя руками.

Я знаю, как близок был Долион к тому, чтобы сломать меня по-настоящему. Разрубить мою душу пополам. Но он проиграл. Даже не приблизился к победе. И все благодаря одному человеку.

Лео Алари.

Моему мужу.

Тепло разливается по груди, согревая ледяной холод внутри.

Лео поставил перед собой цель найти меня, спасти от лап чудовища. И он не остановился, пока не уничтожил всех демонов, что преследовали меня.

Он собрал мои осколки с терпением и любовью, сделав целой снова. И за это, и за многое другое, я люблю его всем своим существом.

— Эй, ты. — Голос Мэдди вырывает меня из раздумий, и я внутренне встряхиваю головой, когда она плюхается рядом на сиденье с двумя бокалами белого вина. — Ты выглядишь так, будто улетела куда-то далеко, — говорит она, протягивая мне один бокал.

— Просто размышляла, — признаюсь я, слегка пожимая плечами. Делаю глоток, наслаждаясь свежим персиковым вкусом, скользящим по горлу.

— Понимаю, — она бросает взгляд на океан, а затем снова на меня. — Мама сказала, ты берешь на себя больше работы в центре для женщин и детей. Начинаешь со строительства библиотеки?

— Да. Подумала, им может быть приятно иметь место, где можно укрыться, когда все становится слишком тяжело.

Мэдди улыбается.

— Мне кажется, это отличная идея. И я бы с радостью помогла, если ты не против.

Я прижимаюсь к ней боком, кладя голову ей на плечо.

— Буду только рада.

Она ставит бокал в песок.

— Лео хотел поговорить со мной сегодня вечером. Не знаешь, о чем?

Я поджимаю губы, качая головой.

— Нет, он мне ничего не говорил. Может, насчет твоей свадьбы.

Ее взгляд тускнеет, и она пожимает плечами.

— Может быть.

— А вот и он, — говорит Илай, глядя через костер.

Мы с Мэдди поворачиваемся и видим, как Вин пробирается по песку к нам с бокалом виски. Он выглядит уставшим, проводя пальцами по волосам.

— Что так долго? — спрашивает Мэдди.

Он подходит к ней и треплет ее по голове, заставляя нахмуриться.

— Просто нужно было кое-что уладить, но теперь я здесь. — Он садится на стул между Мауро и Илаем, делая большой глоток. Мауро и Алекс переглядываются, и Вин замечает это, качая головой. — Не сейчас, — бурчит он.

Голоса позади меня, у террасы, заставляют обернуться. Там персонал накрывает стол для ужина.

— Мы что-то празднуем сегодня? — спрашиваю я. Большие обогреватели стоят у стола, гирлянды освещают уютное пространство, а в центре длинного стола — вазы с