Жена тёмного бога - Элис Айт

 Хведер хмыкнул.

– Ты будто одна такая.

Да, мы все четверо забыли, что такое сон. Интересно, так ли сейчас вертелся пятый из нас – Мирале? Интуиция подсказывала, что уж этот лис точно найдет минутку себе на отдых.

Северянин, во всяком случае, пахал не меньше меня, Аштара и Элая. Ему сразу отдали должность королевского мага, и он занял бывшие покои Руна, а заодно перенял все его дела.

Хведер отчетливо понимал, что не соответствует облику «настоящего» мага: слишком молодой, никак не зарекомендовавший себя. Он хорошо подходил на роль представителя малоизвестного торгового объединения откуда-то из-за моря, но в сравнении с тем же Руном, от одного вида которого тряслись поджилки, сразу проигрывал.

Поэтому Хведер, попав во дворец, мгновенно преобразился. Он расстался с узкими штанами и короткими куртками-дублетами, модными в Майрице, и нацепил темный балахон вроде того, в котором ходил Рун. Амулеты на шее висели гроздьями, загадочных подвесок на поясе крепилось столько, что я удивлялась, как он вообще ходит под таким весом. Благодаря происхождению с севера преемственность бросалась в глаза – могло показаться, что это более молодой ученик Руна.

Возможно, простолюдинов это впечатляло. Но глаза у него оставались прежними, блекло-голубыми, под белесыми ресницами, отчего выглядели наивными, а лицо – молодым и по-мальчишески веснушчатым. Пшеничные волосы были растрепаны и взмокли от пота – похоже, Хведер так торопился ко мне, что взбегал по лестницам.

Сейчас, глядя на него, я не верила, что еще совсем недавно опасалась его и старалась ни в коем случае не разозлить. В какой же момент все изменилось? Наверное, даже со стороны наша привычная ругань уже не выглядела таковой, а звучала как перепалка супругов, проживших вместе пятьдесят лет.

Северянин вытащил из поясной сумки горсть разномастных амулетов из дерева и кусочков металла и выложил передо мной на стол.

– Это из запасов Руна, которые я нашел у него в покоях. Замена тем, что ты потратила, и еще парочка полезных новых.

Я многозначительно побряцала целой связкой, уже болтавшейся у меня на шее.

– Скоро я разгибаться под ними не смогу, не говоря уже о том, что они не соответствуют моим нарядам.

– Каким – тем, что ты позаимствовала у Аджаны? А я думал, она предпочитала ходить голой, ну а с этим нарядом что угодно сочетается, – съехидничал он. – И вообще, тебе что больше нравится – быть красивой и мертвой или не очень красивой, зато живой?

– Я представилась богиней, когда входила в этот дворец. Если я обвешаюсь побрякушками с ног до головы, кто-то может подумать, что мы с Аштаром солгали. Богам амулеты не нужны. Уж ты-то должен понимать, насколько важно соответствовать выбранному образу. Забери.

Хведер не шевельнулся и продолжал серьезно смотреть на меня.

– Как же ты любишь, чтобы я перед тобой унижался, да? Тут такое дело, Мелевин, мне позарез нужно, чтобы ты была живой, потому что больше никто мой зад не прикроет.

Я потарабанила ногтями по столешнице, глядя то на него, то на сваленные в кучу амулеты.

– С Хелсарретом проблемы?

– Ну, как бы тебе объяснить… Предполагалось, что я буду «отводом глаз» для врагов Погибели Драконов, выведаю у него главный секрет, а потом меня убьют в какой-нибудь мелкой битве, как это было со всеми предыдущими магами Аштара. Сомневаюсь, что хоть один из наставников, хоть на миг мог представить ситуацию, при которой кое-кто превратит Руна в кучку золы и я займу его место, потому что Элай в самом деле станет королем. Тебе напомнить, что королевских магов не назначают короли, а выбирают голосованием мастера в обители?

– Не волнуйся, ты еще можешь погибнуть в какой-нибудь мелкой битве, ведь Хашим так и не объявился, а к столице идет огромное войско, которое ему подчиняется, – «успокоила» я.

– Всегда знал, что ты умеешь поддержать.

– Мне кажется, ты зря переживаешь насчет своей должности, – примирительно произнесла я. – Когда все более или менее устоится, Хелсаррет обязательно донесет до Элая, что тот неправильно определил широту своих полномочий, и переназначит королевского мага.

– Я как раз таки не сомневаюсь, что именно это и произойдет, причем я в общих чертах повторю судьбу Руна.

– Хвед, они же сами вынудили тебя влезть в это дело. Никто не станет тебя убивать только потому, что ты делал ровно то, чего от тебя и хотели. К тому же в обители не могут позволить терять еще больше обученных магов.

– Вот именно, – он красноречиво посмотрел на меня.

Я нахмурилась.

– Не пойму, так ты за себя волнуешься или за то, что Хелсаррет решит убрать меня, поскольку я стала слишком опасной?

– И за то, и за то. Ты давно твердишь, что мы в одной упряжи. Так вот, маги столичной резиденции были вынуждены присягнуть Элаю, и мне приходится в последние дни тесно с ними общаться. Помнишь, какие легенды среди учеников ходили в обители о надменности эсаргосских мастеров? Это чистая правда, на меня смотрят, как на червяка. Зато стоит при них заговорить о затмении, которое устроил Аштар, они аж зеленеют от зависти. А когда я сказал, что ты буквально испепелила Руна во время его нападения на твое поместье, у них глаза на лоб полезли. И как-то так совершенно случайно в этот момент подумалось, что мне гораздо выгоднее, когда за моей спиной пара богов в трезвом уме, крепкой памяти и с отменным здоровьем.

Северянин подвинул груду зачарованных вещиц ближе ко мне, выбрав из них парочку и положив отдельно.

– Вот эта маскирует внешность, с помощью такой же Рун пробрался мимо стражи в порту. А эта поменяет цвет, если в еде яд. Возьми хотя бы их.

– Делаешь из меня кочевницу с монистом в пятьдесят рядов, – вздохнула я, но повесила их на шею. – Спасибо. Правда.

– Да не за что. Ну, тогда я пошел.

Он начал подниматься. Мне следовало его отпустить – всех нас ждали дела, однако я откинулась на спинку кресла и попросила:

– Подожди.

Должно быть, в моем тоне что-то прорвалось против воли, потому что Хведер сразу замер, склонил голову, внимательно