Все останется между нами - Адриана Максимова

которого нашла Таис, заверил его, что у них неплохие шансы на то, что его самооборону признают допустимой. Ник ворвался на его территорию и это давало ему возможность на смягчение приговора.

Тяжелая дверь открылась, и Антон оказался в камере. Он старался сохранять спокойствие, но он не знал правил этой жизни и опасался своим незнанием навредить себе. Помимо него в камере уже было трое.

— Добрый день, — поздоровался Антон. На его приветствие никто не ответил. В его сторону даже не посмотрели, словно он был призраком. Здесь так принято? Или он сделал что-то не так? Антон не знал этого. Осторожно, чтобы не вызвать раздражения, он посмотрел на своих сокамерников. Самому старшему было около пятидесяти. У него было красное лицо, светлые волосы с налетом выгоревшей рыжины. На лбу — два тонких шрама, от уголка глаза через всю щеку — еще один, похожий на росчерк шпаги. Взгляд хитрый, оценивающий, в котором было что — то птичье. Другой был ровесником Антона, нервный парень, который не мог спокойно сидеть на месте, то и дело вертелся, трогал лицо, приглаживал волосы и за это получал подзатыльники от самого молодого из троицы. Нервно смеялся, замирал на мгновение и принимался за старое. Антон задержал взгляд на том, кто был младше всех. Крепкий, мускулистый, с коротким ежиком на голове и загорелой кожей, он резко выделялся на фоне двух других. В нем чувствовалась наглость и духовная сила, но назвать здешним лидером его было нельзя. Брагину подумалось, либо он новичок в криминальных делах, либо попал сюда случайно.

До конца дня с ним никто так и не заговорил. Антон не знал, хорошо это или плохо. Может быть, ему самому нужно было начать разговор? Спросить у каждого, как дела? Или бы это ничего не изменило и его проигнорировали бы? Он терялся в догадках и от этого нервничал еще больше.

После отбоя он сразу лег спать. Рана болела, и он стискивал зубы, чтобы не стонать от боли. Он не мог улечься, а лишний раз ворочаться и привлекать к себе внимание не хотелось. Закрыв глаза, он стал думать о Женьке. Делает ли тот упражнения или забросил? Будет очень обидно, если так. У него уже многое получалось! Антону стало жаль, если парень без него сдаться и месяцы тренировок пойдут насмарку. Как не вовремя случился этот арест! Он до крови закусил губу. Мысли о Женьке заставили его вспомнить Бориса. Они пару раз созванивались после того, как он убил Ника. Борис позвонил ему сам, узнать, правда ли о то, что о нем говорят. Для человека, который собирался умирать, его голос звучал достаточно бодро. Он расспросил его, как дела, узнал кто будет его защищать, и остался очень доволен выбором адвоката.

— Этот адвокат приятель Крылова, ты знал? — спросил его Борис.

— Нет, я не в курсе, — растерялся Антон.

— Они сотрудничают с Мухиным уже лет пять. Мухин выигрывал даже самые безнадежные дела. Чертовски талантливый человек! Но и услуги его стоят, как покупка хорошего самолета. Удивительно, как он согласился защищать тебя при таком раскладе.

Антона тоже очень интересовал этот вопрос. На какой-то момент ему даже стало не по себе от того, что все так складывается. О чем думала Таис, когда договаривалась с Мухиным? Неужели ее не насторожила двойственность этой ситуации? Как на все это отреагирует сам Крылов?

А через час к нему в больницу приехала Катя. Привезла гостинцы и рассказала о том, что теперь ухаживает за Наташей, пока та приходит в себя после аварии.

— Борис разрешил ей жить у него в доме, — с грустью сказала Катя. — И мне кажется, что они помирятся.

— Сильно я в этом сомневаюсь, — вздохнул Антон.

— А я этого очень боюсь, — тихо призналась Катя.

— Все-таки любовь? — улыбнулся Антон.

— Вот все это поняли раньше меня! Хотя Наташу мне тоже жаль, она сейчас такая потерянная… Мы много общаемся, потому что я за ней присматриваю. Боря попросил, сама бы я не стала. Она хорошая, просто не в том искала счастье.

— Не знаешь, какие у нее планы на будущее?

— Борис пообещал помочь ей открыть свой магазинчик нижнего белья. Она сейчас придумывает свои модели. Создает коллекцию «Горячая девчонка» или как-то так. Рисунки очень милые!

— Это называется эскизы.

— Ну да, — кивнула Катя и покраснела. — Я помогаю ей подбирать ткани, очень хлопотное занятие!

— Да у вас там семейный бизнес!

— На попе ровно посидеть некогда! — вздохнула Катя. — А так хотелось!

— У тебя для этого будет старость. Как чувствует себя Борис?

— Держится. Понятно, что чуда не будет и он не сможет полностью выздороветь, но все могло быть намного хуже… А так есть еще сколько-то времени. Я стараюсь сделать все, чтобы ему было хорошо.

Антон не сомневался, что у Кати все получится. Любовь и внимание — это то, что сейчас нужно Борису. То, отчего он отказывался всю жизнь и в чем так остро нуждался. Встреть он эту девушку тремя годами раньше, возможно, его жизнь сложилась бы иначе. Хотя, может быть, тогда бы он не заметил ее, потому что был другим человеком.

До ареста он виделся с Таис лишь один раз. Она приехала к нему в больницу. Их встреча была короткой, она куда-то спешила, но Антон был рад и этим минутам, что мог видеть ее. В черных шелковых брюках и такого же цвета блузке Тая выглядела скромно и по-деловому. За эти дни она сильно похудела, лицо осунулось и скулы стали острее. Она быстро поцеловала его в щеку и тут же отстранилась, словно не хотела лишний раз касаться его. Он взял ее за руку, но она мягко освободилась и села на стул, создав между ними дистанцию. Это задело Антона, но он не подал виду.

— Я переехала жить к Крылову, — сказала Таис. — Его завтра выписывают, и я хочу быть рядом.

— Конечно, — машинально произнес Антон. Ему было бы приятней, если бы Таис жила в его квартире и спала в их постели.

— Это временно, — сказала Таис.

— Я понимаю.

— Тебя же все равно не будет дома, — сказала Таис, и в ее взгляде