Все останется между нами - Адриана Максимова

вздрогнуть. В первую секунду она подумала, что это галлюцинация. Повернула голову и увидела Антона, который целился в Ника. Его руки дрожали. Ник вскочил на ноги. Не веря, что все может обойтись, Тая поднялась на ноги. У нее тряслись ноги, и она боялась, что снова упадет. Ник хотел броситься на Антона, но тут послышался хлопок. Таис закрыла рот рукой, глядя как ее муж падает на пол. Антон пошатнулся и стал медленно оседать.

— Антон! Антон… — бросаясь к нему, прокричала она.

— Ты свободна, — пробормотал он, и его голова безвольно свесилась на грудь.

— Нет, нет, нет! Держись, пожалуйста! — беря в руки его лицо, прокричала Таис. — Ты не можешь вот так взять и уйти! Ты мне нужен, Антон!

Таис приложила два пальца к его шее, стараясь уловить пульс. Он был слабым. Она схватила мобильный и вызывала «скорую».

Половину ночи она провела в полиции давая показания. Ей пришлось несколько раз рассказать о том, что случилось. Она отвечала на вопросы, и ей казалось, что она озвучивает программу, встроенную ей в мозг. Таис очень устала, она с трудом держалась на ногах, а следователь, будто не замечая этого, продолжал ее допрашивать. Все ее мысли снова и снова возвращались к Антону, которого увезли в больницу. Выживет ли он? И если выживет, то что с ним будет?

Выйдя на улицу, Таис поняла, что не сможет поехать к Антону. Ее трясло и тошнило. Она прижала руку ко лбу. Он был горячим. Потоптавшись на месте, она вызвала такси и поехала домой к свекру. Ее встретила заспанная Оксана.

— Что случилось? — пробормотала она, задержав взгляд на багровых пятнах, на платье Таис. Кровь Антона. Она обнимала его, придерживая полотенце возле раны, чтобы остановить кровотечение, пока не приехали врачи.

— Ника больше нет, — нашла в себе силы сказать Таис и покачнулась. Оксана подхватила ее и втащила в дом. Усадила на диван и тут же убежала на кухню, через мгновение вернувшись со стаканом воды.

— Неужели вы его… — растерянно проговорила Оксана. Таис покачала головой, сжимая в руках стакан с холодной водой. — Бедный Роман Львович!

Таис кивнула. Теперь ей предстояло самое сложное: сказать отцу, что его сына убили.

Крылов лежал в реанимации. По словам лечащего врача, его состояние было тяжелым, но стабильным. Ночь после аварии прошла спокойно и появилось больше шансов на то, что старик выживет.

Таис прошла к его койке и села рядом. Выглядел он серым и безучастным. На лбу было несколько мелких ссадин от того, что он ударился лбом об асфальт. Глядя на него, Таис засомневалась, стоит ли ему сейчас говорить правду. Может быть, подождать, когда он окрепнет? Хотя, вдруг придет следователь и станет задавать вопросы? Это ведь будет для него еще большим стрессом, чем он услышит эту страшную новость от нее.

— Ты выглядишь отвратительно, — прохрипел Крылов.

— Но все же получше вас.

— Давай, выкладывай. У тебя на лице написано, что вопрос важный.

— Ник… Он умер, — собравшись с силами, выдавила из себя Таис.

— Как это произошло? — спросил Крылов, и из его горла вырвался свист. Аппарат запиликал чаще — сердцебиение пациента усилилось.

— Его убил Антон, — сказала Таис, и ей показалось, что она падает в пропасть, словно озвучив эту правду, она, наконец, смогла сама понять то, что произошло вчера.

— Он арестован? — В голосе Крылова появилась привычная жесткость.

— Нет, он сейчас в больнице. Ник ранил его. Пуля едва не задела сердце, — ответила Таис, и слезы хлынули у нее из глаз. Она начала осмысливать то, что случилось, и ее накрыло. Спешно вытерев мокрые щеки, Тая посмотрела на свекра. Тот лежал, уставившись в одну точку.

— Его будут судить.

— Да, если он выживет.

— Свяжись с Мухиным, он лучший адвокат, о котором я когда-либо слышал, — сказал Крылов и Таис увидела, как по его вискам текут слезы.

— Вы…

— И я больше ничего не хочу знать об Антоне Брагине. Никогда, — категорично сказал Крылов. Вбежала медсестра и стала проверять приборы. Махнула рукой Таис, чтобы та ушла и побежал за врачом.

Выйдя из реанимации Тая, привалилась спиной к стене. Боль внизу живота была резкой и внезапной, словно кто-то пронзил ее мечом. Она охнула и согнулась пополам. Пусть это будет просто спазм! Пусть все обойдется, как в прошлый раз! Вторая волна боли заставила ее закричать. К ней подбежала медсестра и спросила, что с ней. А потом увидев капли крови на полу, позвала на помощь.

Таис лежала на койке, свернувшись калачиком, и изучала потрескавшуюся стену. Тонкие царапины были похожи на русла рек, небрежно нанесенные на карту. А вот эти бугры от неравномерно нанесенной краски, похожи на холмы и вулканы. Она рассеянно провела по ним пальцем и вздохнула. Вчера ее экстренно прооперировали, и она полдня провела в реанимации. Ребенка спасти не удалось. Это известие опустошило Таис. Все, чем она жила в последнее время было полностью разрушено. У нее больше не осталось надежды, и она не была уверена, что хочет жить дальше. Ей захотелось плакать, но глаза остались сухими. Она поняла, что не может выдавить из себя ни слезинки, словно ее тело вместе с душой превратились в пустыню.

Дверь палаты медленно открылась, и вошел Покровский. Таис удивленно уставилась на него. Он был тем человеком, которого она ожидала меньше всего увидеть!

— Привет, — ставя на тумбочку корзину с красными цветами, сказал Покровский. — Я знаю, что твое нахождение здесь вызвано печальным событием, поэтому хочу немного поднять тебе настроение.

— Спасибо, — поправляя на груди халат, пробормотала Таис. — Только вряд ли это поможет.

— На тебя сейчас свалилось очень много всего, — садясь рядом, сказал Покровский. — И тебе нужна дружеская поддержка. Я пришел сказать тебе, что ты не одна.

— На каких условиях?

— Ну что ты, Таис, нет никаких условий! — улыбнулся Илья. — Ты мне нравишься. К тому же я не хочу, чтобы Крылов оторвал мне голову за излишне вольное поведение.

— Ты давно знаешь, что болен?

— Пару лет.

— И как тебе с этим живется?