Вкус твоих ран - Виктория Альварес

— Мне ужасно жаль, что заставил вас ждать, джентльмены, — приветствовал их князь, — но сегодня был просто сумасшедший день. Рад, что вы четверо наконец-то очнулись.

— Было бы слишком много просить, чтобы вы позволили нам умереть без страданий, не так ли? — возразил Кернс. — Вы явно хотите еще немного поиграть с нами, как кошка с мышами, я не прав?

— Абсолютно верно, полковник. Но у меня сейчас нет ни времени, ни желания играть в игры, какими бы надоедливыми ни оказались эти мыши. Вы здесь только потому, что причиняете слишком много хлопот, а не потому, что я хочу вам отомстить.

Он выглядел таким же спокойным, как всегда. Александр снова поразился тому, что его бледное лицо, гармоничное, как греческая скульптура, было точь-в-точь как у князя, которого он видел навсегда потерянным в Мохаче. Вместе с ним в помещение вошли полдюжины людей в чёрном и мажордом.

— Жено, — прошептал Кернс, но тот даже не взглянул на него. — Как ты мог так нас предать, когда ты также вовлечен в это, как и мы?

— Я уже объяснял вам это в склепе, полковник: вам следует быть осторожнее, вербуя членов этого странного ордена, который вы, похоже, создали, — сказал князь, а Жено промолчал. — И, говоря о склепе, я должен поблагодарить вас за то, что вы были настолько внимательны, что встретили нас, когда мы пытались попасть туда, потому что это избавило нас от необходимости идти через весь подземный комплекс.

Александр почувствовал прилив надежды. «Он не знает, что Вероника и Эмбер были с нами? Значит, они в безопасности?»

— Если подумать, я был не совсем искренен, — продолжил Константин, сцепив руки за спиной. — Одного из вас я хотел бы оставить, потому что считаю его очень полезным, а не потому, что он слишком сильно меня беспокоит. Но, учитывая нашу ситуацию, сомневаюсь, что он будет столь благодарен, как можно было бы ожидать, когда я ему все объясню. — Затем он посмотрел на Жено, чьи шрамы в тусклом свете казались ещё более заметными. — Как думаешь, нам удастся уговорить профессора Куиллса присоединиться к нам для небольшой беседы?

— Я сделаю всё возможное, Ваше Высочество, — ответил мажордом, делая шаг к Александру; его друзья, внезапно встревоженные, бросились встать перед ним.

— О чём вы говорите? — спросил Кернс. — Зачем он вам нужен?

— Ради бога, полковник, не заставляйте меня отвечать вам. Мне потребуется целая вечность, чтобы объяснить вам, и, хотя я могу посвятить этому время, сомневаюсь, что с профессором получится то же самое. Но не волнуйтесь; я не причиню ему вреда.

— Не волноваться? — воскликнул Оливер. — Как можно успокоится, зная, что мы находимся в руках такого монстра, как вы? А как же моя дочь?

— Оливер, не волнуйся, — тихо сказал Александр, и молодой человек замолчал. — Это не твоё дело, а моё. Позволь мне самому разобраться с этой ситуацией.

— Действительно мудрые слова, хотя и неудивительно, что они исходят от вас, — сказал Константин, улыбаясь. — Я с самого начала знал, что вы каким-то образом зарекомендовали себя как мозг этой команды, хотя, учитывая, чего можно ожидать от ваших товарищей, не думаю, что вам потребовалось много усилий, чтобы убедить их в вашем лидерстве. — Его улыбка стала шире, когда он повернулся к Лайнелу, который не сводил с него глаз с того момента, как тот вошел в камеру. — Забавно, что мистер Леннокс так молчалив, хотя раньше был известен своей болтливостью. Неужели мы наконец-то нашли способ лишить его дара речи?

Как и в склепе, людям князя пришлось сдерживать Лайнела, чтобы тот снова не набросился на него.

Константин тихо рассмеялся.

— По крайней мере, вы проявили здравый смысл, выбрав свою новую профессию. Мне кажется, что бокс гораздо больше подходит такому человеку, как вы, чем археология… если использовать это слово для описания вашей прежней деятельности. — Князь остановился перед Лайнелом, по-прежнему держа руки за спиной. — Вы, наверное, представляли себе будущее, в котором наша Дора будет совершать преступления рядом с вами? «Мистер и миссис Леннокс — самые известные расхитители гробниц XX века». Заголовки были бы поистине бесподобны, признаю. Жаль, что вы не сможете разграбить могилу, где мы оставили её прошлой ночью, чтобы забрать её домой.

На мгновение Александр подумал, что Лайнел взорвётся, что ярость в конце концов сведет его с ума, но, к его удивлению, дыхание молодого человека постепенно успокоилось. В глазах Константина появился насмешливый блеск, но как раз когда он собирался снова заговорить, Лайнел изо всех сил ударил его по голове, отчего князь издал удивленный крик.

Профессор открыл рот, когда князь, отшатнувшись, поднес руку к лицу. На его пальцах была кровь, хотя не было похоже, что его нос был сломан от удара. Он продолжал сверлить взглядом Лайнела, в то время как двое его людей сбили его с ног, ударив ногой в бок.

— Прекратите! — крикнул Оливер, хотя его друг не издал ни звука; удовлетворение, горящее во взгляде Лайнела, было настолько очевидным, что Константин, замерев на несколько секунд, всё ещё держа одну руку у лица, протянул другую Жено, чтобы тот отдал ему свой револьвер.

Александр, Оливер и Кернс ахнули, когда князь подошёл к Лайнелу и приставил ствол ко лбу. Тот упал на колени на каменный пол.

— Давай, — подбодрил он его без малейшего колебания в голосе. — Я знаю, ты этого хочешь, знаю, ты хотел этого с тех пор, как узнал о Новом Орлеане. Сделай это, если ты настоящий мужчина.

— Доставить вам удовольствие от столь скорого воссоединения со своей шлюхой, вместо того чтобы наслаждаться тем, как вы каждый день всё больше умираете без неё? Боюсь, что нет, — ответил Константин, хотя и не убрал револьвер. — Прикончить вас, Леннокс, было бы для вас освобождением, которого вы не заслужили. Нет, думаю, лучше наказать вас по-другому.

А затем, всё ещё глядя молодому человеку в глаза, Константин отдернул руку, и звук выстрела заставил всех вздрогнуть. Александр на мгновение потерял понимание произошедшего, и, судя по замешательству Оливера и Лайнела, они тоже; но, когда Кернс издал стон, все повернулись к нему. Полковник отступил на шаг с ошеломленным выражением лица, а затем посмотрел на растекающееся по груди пятно. Профессор открыл рот, но не смог произнести ни звука.

— Что вы сделали? — слабо воскликнул Оливер. Кернс сглотнул, его колени подкосились; он принял ту же позу, что и Лайнел, и медленно рухнул на каменные плиты. — Зачем вам было… что вы, чёрт возьми, сделали…?

— Можете обратиться со своими упреками к