Дикие сердца - Джессика Питерсон

Уилер смотрит на меня поверх своего бокала. Она продолжает бросать на меня взгляды с легкой улыбкой на губах.

– Ты в курсе наших новинок, как я погляжу.

Уилер поворачивается обратно к Кэшу.

– Если бы мы делали мужские сапоги, ты был бы первым в списке моделей.

– Пришлось бы снимать рубашку?

– Да.

– Я в деле. – Он хватает меня за ногу, когда я пытаюсь сесть на стул рядом с ним. Без лишних слов сажает меня к себе на колени и кладет руку мне на бедро. – У вас, девочки, настоящий талант. Сапоги, которые вы делаете, просто великолепны.

Уилер улыбается.

– Из уст ковбоя это высокая похвала. У меня с собой еще несколько пар из нашей новой коллекции. – Она кивает на сумку. – Хочешь посмотреть?

– Уилер! – Я вскакиваю. – Могла бы и сказать.

Она делает глоток вина, прежде чем встать.

– Извини, что хотела сначала познакомиться с твоим парнем.

Кэш смеется.

– Спасибо большое.

Я включаю верхний свет, и Уилер выставляет сапоги на кухонную столешницу. Пара коротких каштановых сапог с металлическими золотыми звездами. Выполнена здорово. Другая пара длиной до колена – белая, с вышивкой в виде пастельно-розовых и оранжевых цветов.

Но мои любимые – это сапоги до середины икры. Они похожи на те, что на Уилер, только других оттенков: серебряные, темно-серые, лавандовые. Каждая пара немного отличается. Серебряные сапоги – с классической вышивкой в стиле вестерн, которая почти незаметна. Серые – с принтом под питона, закругленным носком и надписью «Да здравствуют ковбойши!» красным цветом на голенище. Но лавандовые сапоги просто потрясающие. Мы назвали их «Мадонна», и не зря – они действительно роскошны. Краска металлик, а вышивка выполнена в фиолетовых оттенках, которые великолепно контрастируют с лавандовым.

Я беру лавандовые сапоги и восхищаюсь их женственностью, нелепостью и совершенством.

– Почему я знал, что ты возьмешь их в первую очередь? – Кэш встает с легким кряхтением и подходит к кухне. – Красивые. Как и ты.

– Тебе не обязательно так стараться. – Я прислоняюсь головой к его плечу. – Ты все равно получишь секс сегодня.

– Это намек на то, чтобы я быстрее допила вино? – Уилер поднимает свой бокал.

Кэш смеется.

– Оставайся. И я серьезно, Молли. Это потрясающая работа.

– Вы такие милые, что аж тошнит. – Уилер делает большой глоток вина. – Но да, эта коллекция – огонь.

Я ставлю лавандовые сапоги на место.

– Может, добавить их в шкаф?

– В шкаф? – спрашивает Кэш.

Уилер игриво шевелит бровями.

– Ты не рассказала ему про шкаф?

– Теперь мне нужно увидеть этот шкаф. – Губы Кэша дергаются в улыбке.

Можно ли получить головную боль от улыбок? Я скоро это выясню.

– Ладно. Покажу тебе шкаф.

Я направляюсь к входной двери, но сворачиваю в маленькую нишу. Там есть дверь, которую я открываю, после чего включаю свет и отступаю в сторону, чтобы пропустить Уилер и Кэша.

– Технически это вторая спальня, – объясняю я. – Но у нас достаточно сапог, чтобы сделать из нее гардеробную и неофициальный офис.

Кэш присвистывает, когда видит полки с аккуратно разложенными ковбойскими сапогами, которые занимают три стены.

– Тут много сапог, девчонки.

– Здесь есть копия каждой пары, которую мы когда-либо делали. – Уилер наклоняется, чтобы поставить сапоги, которые держит в руках, на пол. – Плюс некоторые экземпляры, которые не прошли отбор. Очевидно, что большую часть нашей продукции мы храним на складе перед запуском коллекции. Но это место для творчества.

– Полезно видеть все сапоги, которые мы сделали, – добавляю я. – Так мы можем вдохновляться старыми дизайнами, не повторяясь.

Кэш смотрит на меня, и его глаза сверкают.

– Я впечатлен. Это потрясающе.

– Ты потрясающий. – Уилер толкает его локтем. – Но это неважно. Куда мы денем новую коллекцию?

Она оглядывает комнату, закусив губу. У нас здесь мало места. На самом деле на полках для сапог нет ни одного свободного места.

– Мы найдем настоящий офис. – Я протягиваю руку, чтобы поправить торчащую нитку на доске. – Теперь мы можем это себе позволить.

– Да. – Кэш оглядывает комнату. – Вы могли бы…

– Что? – Уилер поворачивается к нему. – У тебя есть идея?

– Возможно. – Его взгляд встречается с моим, прежде чем снова переместиться на сапоги. – Похоже, вам нужен не столько офис, сколько студия. Потому что именно это вам нравится больше всего, да? Дизайн?

Мое сердце трепещет. Черт, этот парень так внимателен ко всему.

– Ты хорош, – говорит Уилер.

Кэш смеется.

– Это просто идея.

Это просто идея. Ты уже завоевал мое сердце, а теперь завоевываешь и сердце моей подруги.

Я все еще не знаю, как мы с Кэшем будем все устраивать.

Но я почти уверена, что готова стоять насмерть. Потому что я не смогу отпустить этого человека.

Я практически бросаюсь к нему, как только Уилер уходит. Кэш, смеясь, отступает, после чего обнимает меня, пока я целую его в шею.

– В чем дело?

– Спасибо.

Он прижимается ко мне, и я чувствую его возбуждение. Он тянется к молнии на моем платье.

– За что?

– За то, что любишь моих людей.

– Ты их любишь, и я тоже. – Кэш отходит, чтобы посмотреть мне в глаза. – Я просто беру пример с тебя, милая. Ты любишь моих людей так, что они, кажется, начинают любить тебя больше, чем меня.

Я хмурюсь.

– Конечно, они любят тебя больше. Ты ворчливый засранец.

Он наклоняется и кусает меня за уголок губ.

– Этот чертов рот.

– Это проблема. – Я протягиваю руку между нами и сжимаю его член через джинсы. – Что ты собираешься с ней делать?

– О, милая. – Его руки находят мои плечи. Он толкает меня вниз. – У меня есть идеи.

Смеясь, я опускаюсь на колени, пока Кэш расстегивает молнию.

– Какие идеи?

– Идеи, которые займут твой дерзкий рот. Открой его, милая.

– Только для тебя.

– Правильно. – В его глазах витает вожделение, когда я тянусь, чтобы вытащить его член из брюк. – Только для меня.

31

Кэш

Золотая лихорадка

– Я не знаю, как благодарить тебя, Уайетт. – Я стараюсь говорить тихо и оглядываюсь через плечо. – Эти опросы были недостающим кусочком пазла.

– Таллула тоже постаралась. Это будет огромный проект.

Дверь за мной закрыта, но у меня не получается быть достаточно осторожным. Я нахожусь в гардеробной «Беллами Брукс», как можно дальше от спальни Молли. Сейчас около четырех утра, и она крепко спит. Я хочу, чтобы она отдохнула перед встречей с мамой.

Я перемещаю курсор