Гномка - Диана Чайникова

я увидела далеко позади пятна преследующих нас фигур.

- Придется снова бежать, - Даймерлио поискал у меня на лице признаки понимания. Я кивнула, осознавая, что это единственный выход, и собрав последние силы, рванула за ним. Маленькие ножки с трудом поспевали за гибким и выносливым представителем лесного народа, но я искренне старалась не отставать.

Через короткое время Даймерлио затормозил, оказавшись на краю крутого оврага. Успела это понять в последнюю секунду, уже теряя опору под ногами и срываясь вниз, кувыркаясь и даже не пытаясь сгруппироваться, не имея нужных навыков. Земля мелькала перед глазами, со сверхъестественной скоростью меняясь местами с небом. Когда мое тело распласталось в неподвижности, все, что я смогла сделать – вытолкать языком изо рта ком грязи, смешанной с листьями.

- Ты цела? – Склонился надо мной эльф.

Открыв глаза, всмотрелась в его лицо, одновременно пытаясь пошевелить конечностями. Как ни странно, те послушно задвигались в ответ.

- Возможно.

- Хорошо, хотя изодралась ты прилично, - подал мне руку, которую я с кряхтением приняла, не надеясь подняться. Эту дилемму разрешил эльф, рывком вздернув меня в воздух.

- Больше никакого бега, мы смогли оторваться. Сейчас нас скрывает лес, воспользуемся этим, чтобы отдохнуть ночью, - утешил Даймерлио.

Радостно кивнула, соглашаясь. Эльф поискал что-то с своем рюкзаке, и достал с кармашка небольшой пузырек.

- Выпей, чтобы не занести инфекцию в раны.

Я послушно проглотила горькое снадобье и растянулась на пряных листьях.

- Ты знал, что раньше было много таких башен и стражей?

Даймерлио, сидящий неподвижно на коленях, кивнул.

- Что с ними стало в нашем мире?

- Люди боятся знаний.

- А гномы и эльфы?

- Про гномов тебе лучше знать, а башни эльфов неприкосновенны.

Фыркнув, я помолчала.

- Я видела сон.

- Знаю.

- В башне мало сведений о Творящих, но во сне я видела много людей-Творцов. Почти все они были немолоды. Почему?

Даймерлио молчал, ковыряя пяткой сапога землю.

- А потом другой старик, добрый, я это чувствовала, он увидел меня и мой дар и удивился. Почему? Иногда мне кажется, что те, кто узнает о моих умениях, завидуют мне. Ну, или недоумевают.

- Испокон веков дамбийцы получали Дары после жизненных испытаний, обучения, просчетов и потеряв всякую надежду. Творцами всегда становились лучшие мастера своего дела. Если бы не Творцы, мы до сих пор жили мирно в пещерах, не зная войн.

- Почему?

- Потому что только одухотворенные, одаренные талантами, могли творить чудеса. Истинные Творцы искру, вложенную в них Духами, раздували до пламени, и ведомые неуемным желанием создавать, ковали оружие, проектировали дворцы, рисовали, ткали, строгали, плавили. Только настоящий мастер достигал вершин после того, как проходил весь путь от подмастерья до гения. Только истинный признавался Духами и одаривался Даром Творения, ведь только опыт не застилал глаза, только боль могла удержать от ненужных деяний. Поэтому Творцами становились только те, кто познал жизнь. И вот появляешься ты, которая рушит все каноны.

- Хочет сказать, дар мне достался незаслуженно?

- Я думаю, ты не просто так появилась в мире.

- Не буду говорить, что я ничего не просила, не стану утверждать, что прошла огонь и воду, прежде чем обрести силу, но ведь я не сделала ничего плохого! Думаешь, я могу кому-то навредить?

- Неопытный Творец может уничтожить весь мир.

- Почему же ты пошел со мной? Спасти его? Убить мерзкую гномку, пока она не успела натворить бед? – Я уже кричала в голос.

- Действительно почему? – Эхом откликнулся эльф и, развернувшись, ушел во мрак.

Когда гнев схлынул, пришла боль, когда ушла и она, остался страх и одиночество. Зачем Даймерлио бросил меня? Я не могла спать, прислушиваясь к леденящим душу звукам. Звукам полнейшей тишины. Вдруг бока коснулось нечто теплое, и я бы закричала, если бы мне предусмотрительно не зажали ладонью рот.

- Это я, - Даймерлио прижал меня, отогревая.

Я молчала, ненавидя его и радуясь его возвращению.

- Прости, что сорвался. Не должен был. Тот юноша, которого ты видела. Он изменил мир. Его смерть повлияла на последующее рождение Творящих. Их стало слишком мало. Никто не знает почему так решили Духи, но предполагают, что тому виной бездействие наставников, которые позавидовали, насколько быстро и легко достался молодому магу дар. И тебе все завидуют. И даже я.

- Ты? – Придушенно пискнула я.

- И я. Я тоже прошел через многое, о чем хотел бы навсегда забыть, а ты как девственница. Чистая и непорочная душа, которую можно легко загрязнить. Так же легко, как и лишить женщину девственности. Кем ты тогда станешь?

- Ты снова пугаешь меня.

- Лучше бойся. Бойся своей силы. Бойся стать не тем, кем ты должна стать.

Пожелав мне тем самым приятных снов, эльф заснул. Утро выдалось на редкость спокойным и умиротворенным. Не хотелось обсуждать ни вчерашний побег, ни гибель стража, ни свои спутанные видения, ни достижения, вообще ничего. Признаться, мной владело только одно желание – подольше понежиться, желательно в начале в ванне, а затем в постели, но ни то, ни другое мне не грозило. Запасов еды не осталось, и я попробовала наколдовать припасов, нарисовав блюдо с пирогами, мясной окорок, груши и сливы. Вздохнув, я погрузилась в процесс выемки. Пальцы легко погрузились в полотно, но постоянно проскальзывали сколь несуществующие предметы. Я порядком вспотела, эльф неутомимо молчал, когда, наконец, блюдо с пирогами начало поддаваться. Закрыв глаза и сосредоточившись, я дернула его на себя, и повалилась бы на спину, рассыпав съестные припасы, если бы Даймерлио не успел придержать меня за плечи и спину. Поднос благополучно перекочевал на землю. От него шел умопомрачительный запах свежей сдобы. Надо было вообразить мясные булки.

Уверовав в себя, я ухватилась за окорок. На этот раз Рыжий остался неподалеку, придерживая меня как как бабка деда, тянущего репку. Мясо не сдавалось, и хотелось позвать уже на помощь внучку или хотя бы мышь, но приходилось тужиться дальше. Когда пришла мысль обойтись одними пирожками, окорок предательски неожиданно скользнул в наш мир, оттянув своим весом мои руки до самой земли. Даймерлио все равно оказался полезен, взявшись за очистку добычи от пыли, а я, плюнув на оставшиеся в картине фрукты, все-таки откусила от пирожка половинку, а затем и вторую. Он был с яблоками, вкусный и одуряюще пахнувший. Пообедав, мы направились дальше, все больше удаляясь от башни. - Может мы можем вернуться обратно? –