В западне - Ребекка Куинн

Лаки резко втягивает воздух, а позади неё Джейк упирается языком в щёку, словно сдерживая ухмылку.

Я прищуриваюсь, глядя на девушку. Этот тон… Уже за одно это ей стоило бы заткнуть рот. Осторожно провожу пальцами по её волосам, спускаясь к линии челюсти. Всё её тело замирает.

Присев рядом, я изучаю её профиль. Затем в качестве предупреждения обхватываю рукой её горло, слегка отклоняя голову назад, чтобы ей пришлось смотреть на меня краем глаза.

— Избалованная девчонка. Наверное, тяжело сидеть здесь в безопасности, пока мы рискуем собой, защищая тебя?

Её пульс бешено бьётся под моими пальцами, и тут уж ничего не поделаешь с тем, как сильно я завожусь. С любым вроде меня это бы случилось, если бы он держал её вот так. Дело не в ней. Не совсем.

— Я могу помочь, — выдыхает она.

Будто она вообще знает как.

Меня тянет сильнее сжать пальцы, посмотреть, как растёт тревога в её глазах. Я хочу поглотить её страх.

Если мы с Бо уйдём завтра, я понимаю, что пропущу и свою ночь с ней. Не то чтобы это имело значение. Я не собираюсь к ней прикасаться — это только подпитает фантазию Бо, а я лучше потрачу это время на то, чтобы разобраться с нашим дерьмом, чем снова обрекать нас обоих на провал.

С тех пор как произошли удары, я и так уже достаточно облажался.

Я отпускаю её.

Не испытывай меня, — предупреждаю её взглядом.

Ей стоит обратить внимание. Другого предупреждения не будет.

— Мы отбываем завтра утром. Есть небольшая проблема, с которой нужно разобраться. Мы с Бо вернёмся через два-три дня, — говорю я, воплощение спокойного контроля.

Остальные внимательно наблюдают за мной. Интересно, бросятся ли они защищать её, если я сейчас надавлю?

Или помогут мне удержать её.

Но мои слова привлекают внимание Иден, и она резко поворачивает голову к Бо. Удивление и вполне заметное разочарование напрягают её выразительные черты.

— О. Но… — зубы цепляют нижнюю губу, на щеках появляется лёгкий румянец.

Словно его прежняя холодность со мной была миражом, улыбка Бо, предназначенная ей, становится медленной и тёплой. Эта персиково-сладкая ковбойская улыбка растапливает сердца с тех пор, как нам было семнадцать. Сдерживая хмурый взгляд, я становлюсь перед девушкой, между ней и Бо, чтобы она не видела эту его дурацкую ухмылку.

— Послушай, у нас есть задачи поважнее, чем вылизывать твою киску. Но если ты останешься на коленях и попросишь, возможно, кто-то из остальных снизойдёт — какая разница, кто именно это сделает, верно? — как только эти грубые, тупые слова вылетают у меня изо рта, мне хочется втянуть их обратно.

Бо снова напрягается, и я едва удерживаюсь от гримасы.

Я так обычно не поступаю. Она всего лишь девушка. Гражданская. Неблагодарная, да, но что нового? Я здесь, чтобы обеспечить ей безопасность и жить дальше своей жизнью.

Мне не нужно опускаться до подобного мелочного дерьма.

Не знаю, почему она так сильно действует мне на нервы. Должно быть, дело в Бо. Она создаёт проблемы между нами, — вот почему она так меня бесит.

Ноздри Иден едва заметно раздуваются от моего оскорбления, губы сжимаются, будто она снова удерживает слова. Ей это не понравилось. Ни капельки. Крошечный укол любопытства цепляет меня. Интересно, смогу ли я заставить маленькую библиотекаршу наконец по-настоящему огрызнуться.

Интересно, чувствует ли она когда-нибудь под всей этой вежливостью такую же ярость, как у меня?

Я окидываю её взглядом, затем пренебрежительно пожимаю одним плечом.

— Хотя на самом деле тебе будет не хватать только Бо — я бы всё равно к тебе не прикоснулся.

— Да пошёл ты на хуй, — шипит она.

Вот оно.

Лаки присвистывает.

— Доминик, — снова предупреждает Бо.

— Бомонт, — передразниваю я.

Мой взгляд прикован к Иден.

Одна из её рук взлетает к её губам, словно она сама себя шокировала. Затем глаза скользят к Бо, ища помощи.

Ошибка.

В считаные мгновения оба её крошечных запястья оказываются в моей хватке, и я подтягиваю её на ноги, действуя осторожно, чтобы не вывихнуть ей руки. Иден взвизгивает, затем начинает вырываться, разжигая в моей крови желание загнать её в ловушку. Подчинить. Обхватываю её за талию и притягиваю к себе, спиной к своей груди, её вес — вовсе ничто. Действуя на одних инстинктах, я передаю её запястья Бо.

Когда он не принимает их, я поднимаю взгляд.

Его челюсть напрягается от нерешительности. Неудивительно. Ему никогда не нравилась дисциплинарная сторона роли доминанта.

Поэтому я ему и нужен.

Я приподнимаю бровь.

— Ей конкретно велели не вмешиваться. Вместо этого она пробралась в наши личные комнаты и попыталась за нами шпионить. Тебя это устраивает? Что она сказала тебе перед тем, как ты поднялся сюда?

Судя по его гримасе, мелкая паршивка не слишком честно рассказала о своих намерениях.

Иден пинает меня по голени, и я кряхчу.

— Попробуй ещё раз, сабби. Давай.

— Я согласен с Домиником, — Джаспер сцепляет пальцы, опираясь на подлокотник кресла. — Она не может вот так нарушать приказы. Это небезопасно, особенно при нынешних обстоятельствах. Она заслужила наказание, — он медлит, затем с лёгким холодком добавляет: — В разумных пределах, разумеется.

— Я разумный, — пожимаю я плечами.

Нижняя губа Лаки зажата между зубами, и он пристально смотрит, как Иден извивается в моей хватке. Бедная библиотекарша — похоже, даже Лаки больше заинтригован, чем настроен ей помочь. Джейкоб — единственный, кто смотрит на меня, более прямо и оценивающе, чем обычно. Но спустя долгий миг он снова откидывается на стену, и его внимание возвращается к ней.

— Прости, дорогая, большинство решило, — вздыхает Бо, сдавшись.

От этого Иден начинает вырываться всерьёз, и я благодарен Бо за то, что он перехватывает её запястья — теперь я могу удержать всё остальное её тело.

— Подождите! — она запрокидывает голову, и я подхватываю её рукой под спину, согнув в талии по направлению к Бо.

Он усаживается рядом с Джаспером и, удерживая её запястья, рывком укладывает себе на колени.

— Я не хочу, чтобы меня наказывали! — вскрикивает она.

Это вырывает из меня настоящий смешок.

— Обычно никто не хочет.

Она босая и всё ещё в этом маленьком сарафане — короткая, развевающаяся юбка которого раздражала меня на протяжении всего ужина. Вид того, как она склонилась и ждёт, подобен обещанию. Молитве.

Я разминаю шею, чувствуя, как азарт трепещет в моих жилах.

— Какое у тебя стоп-слово, маленькая библиотекарша?

— Моё… Моё что? — заикается она, снова извиваясь на коленях Бо, чтобы уйти от меня. Затем она замирает,