Клятва на крови - Морган Би Ли

Я пристально смотрю на него.

Мелхом моргает, а затем откидывает голову назад с резким, звучным смехом. — Вау, прости — слишком бесчувственная? Но на самом деле, ты выглядишь так, будто только что прошла через какое-то дерьмо. Что с твоей губой? Хочешь поговорить об этом, Телум?

Как будто я стала бы доверять демону.

Меняя тему, я решительно спрашиваю — Кто такой Кевин?

Он несколько раз моргает. — Что?

— Ты упомянул по телефону некоего Кевина.

Демон фыркает. — Это тот самый сукин сын, который украл мою девушку.

— Я думала, твоей девушки нет в городе.

— Да. Она с ним. Лживая сука думает, что я не знаю, но я знаю. — Затем он наклоняет голову. — Должен сказать, я думаю, ты не из тех, кто вникает в подробности чьей-то личной жизни.

Меня едва ли волнует его личная жизнь. Или его жизнь, если уж на то пошло. Я просто хочу хоть как-то отвлечься от ямы в моем животе, которая только усилилась с тех пор, как я вышла из гостиницы ранее.

Еще до прибытия в Эвербаунд я знала, что наследники — это жестокая конкуренция. В их мире сила — это право, а жестокость вознаграждается. Они делают все возможное, чтобы выжить и преуспеть. Так почему, черт возьми, я не сообразила этого раньше?

Конечно, у моих отвергнутых пар были скрытые мотивы. Это должно было быть моей первой мыслью, когда они отказались отпустить меня после того, как я отказала им. Неудивительно, что от них было так трудно избавиться — они охотились вовсе не за мной. Они охотились за своими призами. Они были заинтересованы в том, чтобы победить друг друга, что стало еще одной главой в их длинном списке ссор с детства. Я была объектом в их игре, не более и не менее.

Чему я должна удивляться? Я всегда знала, что квинтеты — это чушь собачья.

Впустить их, пусть ненадолго, было моей ошибкой. И теперь я расплачиваюсь за наивность.

Этого больше никогда не повторится.

Интимные, приятные моменты, которые, как я думала, у меня были с ними, словно кислота в моей груди, поэтому я быстро отвлекаю себя, залезая в сумку у моих ног и вытаскиваю все еще бьющееся, все еще окровавленное сердце Ликудиса. Оно мерно постукивает в моей руке, и брови Мелхома взлетают вверх.

— Адский ад. Ты действительно сделала это. Не то чтобы я когда-либо сомневался в тебе, — быстро добавляет он, когда я выгибаю бровь. — Это просто… черт. Никогда не думала о том, чтобы присоединиться к черному рынку? Ты бы сорвала куш. Без шуток.

— Заткнись и дай мне порошок, Мелхом.

Он издает нечеловеческий шипящий звук и озирается по сторонам. — Стоп, стоп, стоп. Больше не называй меня по имени, хорошо? Вот, вот этот гребаный порошок из корня паслена. Больше грамма, должен добавить.

Он явно ожидает, что я буду впечатлена, когда протягивает мне крошечный флакончик пудры цвета фуксии. Я не впечатлена. Я просто устала и хочу убраться отсюда, прежде чем кому-нибудь из них удастся меня выследить.

Я смотрю демону в глаза. — Если я узнаю, что это дерьмо ненастоящее, я выслежу тебя и вцеплюсь тебе в горло, чтобы вырвать твое сердце.

Мелхом забирает у меня бьющееся сердце, зачарованно изучая его. — Хм, неплохая угроза. Ты не возражаешь, если я воспользуюсь ею в следующий раз, когда буду разговаривать со старым добрым Кевином?

— Делай что хочешь.

— Приятно иметь с тобой дело, Телум. Если тебе понадобится что-нибудь еще…

— Я не думаю. Больше не попадайся мне на пути.

Он принимает мой отказ без возражений, отвешивая легкий насмешливый поклон, прежде чем снова исчезнуть, используя свою темную магию. Он оставляет в воздухе острый аромат, и я бросаю взгляд на флакон с порошком в своей руке. Этот ингредиент сделает выполнение моей миссии легким делом. Тогда мне просто нужно исчезнуть… и перейти к следующему.

И я никогда больше их не увижу.

Сделай нас своим оружием, дорогая, и ни у кого не будет шансов выстоять против нашего квинтета. Позволь нам быть твоими.

Будь они прокляты за то, что используют такие красивые слова, чтобы вот так меня погубить.

Мне нужно быстро двигаться дальше.

30

Мэйвен

Я провожу лезвием по ладони и смотрю, как стекают темные капли крови.

Этот вид запретной магии является терапевтическим.

Как только в миске с редкими ингредиентами набирается достаточное количество моей крови, я посыпаю ее крошечной щепоткой порошка из корня паслена. Он обжигает кожу и щиплет нос, но я прикрываю лицо одним из своих длинных рукавов и жду, пока смесь перестанет шипеть.

А потом я опускаю свой адамантиновый кинжал в чашу и жду. Эвербаундский лес вокруг меня темный и неприступный, от далеких звуков странных существ и навязчивого шепота у меня по спине пробегают восхитительные мурашки. До рассвета осталось полчаса, а я так и не выспалась.

У меня нет времени на сон. Я могла бы закончить свою миссию и оказаться за сотни миль отсюда, прежде чем кто-либо из них вернется в школу.

Отпусти. Потеряй себя в нас. Позволь нам быть твоими.

Я качаю головой. Мне нужно стереть с себя все следы этого и сделать то, зачем я сюда пришла.

Мой карман вибрирует, пока я жду, когда лезвие поглотит смертельное заклинание. Я стону. Я так и не поняла, как его отключить, и последние пару часов он взрывался из-за угроз Сайласа о том, что он его отследит. Что невозможно, поскольку я попросила Кензи помочь отключить эту функцию сразу после того, как он дал мне эту чертову штуку. Я также получила десятки сообщений и звонков от остальных, даже от Крипта.

Я уверена, что он не может выследить меня через Лимб, благодаря мощному заклинанию сокрытия, которое я наложила на себя. Потребовалось много магии, но оно того стоило. Как только я закончу здесь, они меня больше никогда не увидят.

Я не могу понять, почему они вообще пытались поговорить со мной. Они уже получили от меня то, что хотели. Они должны пойти поговорить о своем пари и позволить мне ускользнуть навсегда.

Когда он снова жужжит, я стискиваю зубы и вытаскиваю его из кармана, прежде чем, прищурившись, посмотреть на незнакомый номер. Я пытаюсь повесить трубку, но мои технологически неполноценные пальцы каким-то образом в конечном итоге отвечают на звонок.

— Черт, — раздраженно бормочу я.

— Алло? Минерва? Ты