Путеводная душа - Опал Рейн

Мягкая мелодия водопада не была резкой или давящей. Ее было как раз достаточно, чтобы создать приятный фоновый шум, похожий на умеренно сильный дождь. Веки Рэйвин опустились, пока она слушала, довольная.

— Слева от тебя два дерева с несколькими валунами под ними, чтобы ты могла посидеть на них, если захочешь. Справа — вход в мою пещеру.

Ее сердце наполнилось теплом. Его дом звучит красиво.

— Можешь мне показать? — тихо спросила она, желая узнать, правильно ли она себе это представляет.

— Нет, — категорично отказал он.

Щеки Рэйвин надулись, когда она надула губы.

— О, да ладно тебе. Пожалуйста, покажи мне?

Его смешок был мрачным, и он, вместе с его словами, ужалил.

— Нет. Я тебе не доверяю.

Возможно, то, о чем она просила, было слишком много после того, как она попыталась сбежать с его зрением, но ей так хотелось увидеть! Он был единственным человеком не только в этом мире, но и во многих других, кто мог бы дать ей краткий миг зрения. Меньшее, что он мог сделать, — это поделиться им с ней хоть на секунду.

— Я же сказала, что мне жаль. — Она повернулась к нему, уперев руки в бока, немного неловко из-за той, что держала трость.

— Я простил тебя, но это не значит, что я тебе доверяю. Это разные вещи.

С внутренним стоном она ухватилась за его рубашку и потянула за то, что, как ей казалось, было ее передней частью. Она встряхнула его.

— Просто сделай это, ты, большой ворчун! Тебе даже не нужно отдавать его мне. Ты можешь показать мне со своей точки зрения, оставив его себе.

Она привыкла к тому, что он тихо рычал на нее, поэтому на этот раз она зарычала на него в ответ. Он издал теплый смешок, и она перестала трясти его, когда ее уши загорелись. Ему, похоже, действительно нравилось, когда она это делала.

— Ладно, держи.

Он положил свою огромную руку ей на макушку, и Рэйвин улыбнулась в ожидании. Она продолжала смотреть в его сторону, и после нескольких мгновений его раздумий — вероятно, он пытался сообразить, как работает заклинание, — первое, что она увидела, было ее собственное выражение лица.

Рэйвин выглядела как катастрофа. В ее волосах были палки и листья, а на щеке — пятно грязи. Святая дева. Мне срочно нужна ванна. Не могу поверить, что он прикасался ко мне в таком виде!

Затем его взгляд оторвался от нее и охватил всю местность.

Покров выглядел жутковато, несмотря на то, что верхушки деревьев светились от сияющего над ними солнца. Он был гораздо гуще, чем лес наверху, а белый туман придавал ему вид населенного призраками и мрачного места.

Она ничего не могла сделать, чтобы изменить фокус, когда он перевел взгляд на три валуна, о которых говорил ранее. Они находились между двумя деревьями, расположенными довольно близко друг к другу, и недалеко от края озера.

Вода была кристально чистой и голубой, без малейших следов мути, насколько она могла судить. Ей уже хотелось окунуться и отмыть свое тело с головы до ног. Вода, падающая в озеро, пенилась у дна и распыляла туман над поверхностью, который, казалось, вдувался в Покров, делая его более заметным сквозь деревья.

Затем, наконец, в поле зрения показался приличных размеров вход в его жилище. Кремовая занавеска из мешковины была прикреплена к нему петлями и крючками, чтобы внутрь не задувало опавшие листья. Хотя она не могла разобрать, что это такое, в самом центре каменной круглой арки висел амулет. Он был фиолетовым, синим и красным, развеваясь на ветру, словно ленты.

Стена утеса здесь не была прямой; она имела вогнутую форму, прежде чем выпятиться вправо, ближе ко входу в его пещеру. Она не могла видеть, где заканчивается защитный барьер, из-за стены, которая становилась там выпуклой, особенно из-за небольшой группы из четырех или пяти деревьев.

Они прошли мимо этих деревьев, когда вошли.

Тут зрение Мериха закружилось с головокружительной скоростью, заставив ее споткнуться, когда он повернул голову назад к ней. Она даже не осознавала, что он с легкостью смотрел себе за спину, как птица, пока он этого не сделал.

Он убрал руку, и изображение ее одурманенного, позеленевшего лица исчезло.

— Вот. А теперь пойдем внутрь.

Постукивая тростью по земле, Рэйвин последовала за ним без физического контакта. Она не знала почему, но всю последнюю неделю, когда бы они ни не касались друг друга, она всегда могла сказать, где он находится.

По крайней мере, не обычными способами; она по-прежнему не слышала его шагов или дыхания. Это сверлило ей мозг — способность чувствовать его таким образом не давала ей покоя.

Не поймите меня превратно, я ценю это изменение. Она просто хотела выяснить причину.

Прежде чем она успела спросить, он снова положил руку ей на макушку.

Его жилище ворвалось в ее зрение, и Рэйвин быстро заморгала от неожиданности. Весь этот процесс дезориентировал, и чем больше он это делал, тем меньше ей это нравилось.

— Тут немногое есть, — прокомментировал он, пока его взгляд блуждал по комнате.

Она не могла отделаться от мысли, что он просто скромничает. Здесь было гораздо больше, чем она ожидала.

Вырубленная в форме овала, пещера была длинной и глубокой, оба ее конца имели изгиб, не образуя в комнате углов.

Слева стояло кресло, покрытое звериным мехом, которое выглядело удивительно мягким и было слишком большим для ее хрупкой фигуры. В самом конце стояла кровать, которая была бы абсолютно круглой, если бы он не срезал самый верх, примыкающий к стене. Она выглядела довольно мягкой, накрытая кожей, скрывающей то, из чего она была сделана.

Однако что действительно привлекло ее внимание, так это все, что находилось справа: две длинные полки, уставленные книгами в кожаных переплетах и странными безделушками. Она бы не сказала, что безделушки были милыми, учитывая, что две из них были черепами, но некоторые представляли собой крупные кристаллы.

Там была полка поуже, на которой хранился ассортимент ингредиентов. Судя по тому, что она поняла, в основном это были сушеные травы, измельченные кристаллы и другие различные природные материалы.

Последними предметами мебели были длинный прямоугольный каменный стол-остров и приличных размеров очаг для готовки. Сейчас на столе было не так уж много вещей: пожалуй, нож, ступка с пестиком и разделочная доска, сделанная из того же камня.

Под кроватью лежал ковер из звериной шкуры, занимавший большую часть пола. С потолка ничего не свисало, никакой люстры для освещения.