Связь, которая горит - Брайер Болейн

— Прошу прощения. Что вы здесь делаете? — рявкнула Айлит, направляясь к нему. — Вы, кажется, заблудились. Я предлагаю вам развернуться и идти в свои покои…

— Подожди, — прервала я ее хриплым голосом. — Он один из моих друзей. Вон со мной.

Целительница повернулась ко мне, нахмурившись:

— Он не член Дома Дракхэрроу. Вы не можете принимать визиты от…

— Послушай, ты знаешь, кто я, — сказала я, заставляя голос звучать ровно. — Я супруга Блейка Дракхэрроу. Я говорю, что Вон остается. Если у тебя с этим проблемы, обсуди это с Блейком. Но могу заверить, что он встанет на мою сторону.

Губы Айлит сжались, но она кивнула и ушла, что-то бормоча под нос. Я со вздохом откинулась на подушки и наблюдала, как Вон нерешительно подошел к кровати Тео, выдвинул стул и сел.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я. — Как узнал, что Тео здесь?

Он посмотрел на меня с озадаченным выражением лица:

— Записка.

Я моргнула. Записка? Первая мысль — от Флоренс. Но почему не прийти самой?

— От Флоренс?

— Нет, — Вон слегка поерзал. — От Блейка.

— Блейк? — у меня закружилась голова. — Он прислал тебе записку?

Вон кивнул:

— Он сказал, что Тео пострадал.

— Он сказал тебе, как?

Вон покачал головой:

— Только то, что он был истощен и в тяжелой форме. — Он помедлил. — Блейк упомянул, что целители обнаружили: Тео неправильно питался.

Мои глаза расширились:

— Что ты имеешь в виду?

Вон понизил голос:

— Блейк сказал, что Тео морил себя голодом. Очевидно, он не использовал домашних рабов без крайней необходимости.

Я уставилась на него, пытаясь переварить услышанное.

— Но почему? И зачем просить тебя прийти?

Лицо Вона напряглось:

— Я не знаю, Медра. В отличие от большинства Высокородных, у Тео, похоже, есть совесть. Но что касается того, почему Блейк попросил меня приехать… Если бы пришлось гадать, он надеялся, что я соглашусь попытаться накормить Тео.

От этого заявления перехватило дыхание. Блейк обратился к Вону. Блейк Дракхэрроу, который ненавидел показывать слабость, признался, что ему нужна помощь. Он практически умолял Вона прийти.

Взгляд Вона вернулся к Тео. Голос стал мягким:

— Я думал, Блейк преувеличивает. Но сейчас, глядя на него… Я не уверен, что он достаточно силен, чтобы проснуться самостоятельно.

— Что ты будешь делать, если он проснется? — тихо спросила я. — Это большая просьба. Я даже не уверена, что Тео захотел бы этого.

— Я знаю. — Высокий парень замолчал. — Я еще не уверен. Наверное… поговорю с ним? Попробую убедить поесть? — Он нахмурился и посмотрел на меня. — Я не позволю ему умереть.

Я медленно кивнула. Но прежде чем успела что-либо сказать, дверь снова открылась. Вошел Кейдж Танака. Если Вон казался нерешительным, то Кейдж выглядел как хозяин положения, чувствуя себя в башне соперника как дома.

Айлит появилась из-за кулис:

— Клянусь Служанкой Крови, я не понимаю, что здесь происходит! Выйдите, мистер Танака!

Миниатюрная целительница выглядела так, словно собиралась силой вытащить Кейджа. Я оглядела высокую фигуру лидера Авари.

— Кейдж. Рада тебя видеть. Но что ты здесь делаешь?

— Он уходит, — объявила Эйлит.

Я подавила стон. Айлит не будет думать обо мне с нежностью после того, как я сегодня «натравила» на нее Риган. Я повысила голос:

— Нет, он не уходит.

Целительница повернулась ко мне, метая молнии:

— Мисс Пендрагон, вы не можете принимать односторонние решения…

— Послушай, я сказала, что Кейдж может остаться, значит, он может. Я облегчу тебе жизнь, Айлит. Я выписываюсь. Кейдж уедет. Но Вон остается столько, сколько нужно. Понимаешь?

Губы Эйлит сжались, но она кивнула и ушла. Я стиснула зубы, уже свешивая ноги с кровати, игнорируя вспышку боли. Кейдж оказался рядом в мгновение ока, помогая подняться.

— Ты на удивление подвижна для человека, который только что встал с постели больного.

— Я не была больна. Просто ранена.

— Да, я понимаю, что на твою карету было совершено нападение, — холодно сказал он. — Что случилось?

Я взглянула на него, гадая, знает ли он уже историю от Флоренс. Пыталась ли она навестить меня в лазарете, пока я спала?

— Я не хочу говорить об этом, — сказала я, понимая, что Кейдж ждет.

Он кивнул:

— В таком случае перейду к делу. Я получил новости.

— Новости? Какого рода?

— Тебе предоставлено разрешение на перевод в Дом Авари.

Я остановилась.

— Что?

Кейдж сделал паузу, повернувшись ко мне лицом:

— Моя семья решила, что они разрешат тебе войти в Дом Авари. Директор Ким получил разрешение от Виктора Дракхэрроу сегодня утром.

У меня закружилась голова.

— Виктор позволяет это? Почему?

Кейдж слегка улыбнулся:

— Разве ты не этого хотела, Медра?

— Да, — сказала я в замешательстве. — Я думаю.

Я вспомнила, что объявила Трибуналу: я хочу разорвать связь с Блейком. Если бы я переехала в Дом Авари, я была бы на шаг ближе к этому. Но что-то изменилось между нами. Я позволила ему приблизиться. Я облажалась, запутав себя и его.

— Отвечая на твой вопрос, — продолжал Кейдж, — я понятия не имею, почему лорд Дракхэрроу одобрил перевод. Возможно, это первый шаг к тому, чтобы он отказался от претензий своего дома на Никсариса.

Но кривое выражение лица Кейджа сказало мне, что он не думал, что это вероятно — и я тоже. Виктор ничего не делал просто так. Внезапно меня осенила мысль: не променяю ли я одну тюрьму на другую? Что я на самом деле знала об Иларии Авари? Она играла роль доброй матриархи, но это могло быть притворством.

Я посмотрела на Кейджа. Высокий, красивый. Более сдержанный, чем Блейк. Он относился ко мне с уважением. Но могло ли это быть игрой?

Я чувствовала себя измученной. Все эти интриги. Был только один человек, в отношении которого я точно знала, что он хорош во всем этом, и теперь я не смогла защитить ее. Но переезд в Дом Авари означал бы быть ближе к Флоренс. Могла ли я упустить такую возможность?

— Выражение твоего лица говорит мне, что это не тот ответ, на который ты надеялся, — заметил Кейдж.

Я попыталась улыбнуться:

— Нет, это так. Я просто…

— Очень хорошо. У тебя может быть день.

— Через день?

— Однажды я подумаю, чего ты на самом деле хочешь. Больше нет. — Он изучал мое лицо. — Дом Авари не будет применять к тебе принуждение, Медра. Мы хотим тебя только в том случае, если ты хочешь нас.

Я открыла рот, но он перебил:

— Это еще не все.

— Еще?

Он бросил на меня печальную усмешку:

— Но, судя