Сердце стаи - Мариана Запата

Я чувствовала, как Генри следил за мной, пока я обходила кухонный стол, подошла к холодильнику, открыла морозилку и вытащила из нее несколько упаковок фруктового льда с разными вкусами. В продуктовом магазине в Лобо-Спрингс я обнаружила органический фруктовый лед с подсластителями природного происхождения, который нравился детям. Агнес подошла первой, и я, присев к ней, с улыбкой предложила выбрать себе угощение.

Я протянула фруктовый лед, и мини-волк ткнула носом в тот, что был посередине. Встав, я посмотрела на Генри. Волосы на его лице чуть отросли, так что его горло, челюсти и верхнюю губу покрывала легкая щетина, отчего он напоминал того почти человека-гору, которого я встретила в день, когда мы впервые приехали сюда.

– Хочешь?

Короткие густые ресницы медленно упали на глаза, и потребовалась минута, прежде чем его плечи поднялись вверх.

– Возьму любой вкус, который ты не хочешь.

Я прикусила щеку изнутри, подумала о том, чтобы поспорить, и выбрала розовое мороженое – арбузное, чтобы придать пикантности. Затем снова протянула их остальным, пока Агнес надуто смотрела на Данкана, который пытался цапнуть ее за хвост. Генри выбрал зеленое – неожиданный выбор, – и красное я оставила для своего щенка. Я замешкалась. Раньше его не было рядом перед нашими ночными вылазками. Я знала, что он был в курсе их, и все же…

– Я собиралась вывести детей на прогулку. Мы обычно немного играем, а потом едим мороженое… Я могу забрать Агнес?

Он склонил голову набок.

– Тебе не нужно спрашивать. – Он покрутил мороженое в руке. – Я пойду с вами.

– Уверен? – Я помолчала. – Ты не сильно устал? Я слышала, что ты много работал.

– Нет. – Он потер заднюю часть шеи. – Для игр я не сильно устал.

Он тоже собирался играть с нами?

При этой мысли я не смогла сдержать улыбки и кивнула ему.

Он просто посмотрел на меня.

Он вел себя странно? Я все-таки заставила его испытывать неловкость своим запахом корицы и обнимашками? Последние несколько недель я только и думала об этом. Общаться с людьми так трудно, особенно когда у тебя нет волшебного нюха. Ведь сказать можно что угодно, но вот твое тело не могло лгать о том, что оно чувствовало.

Только вот именно я являлась тем, кто не мог ничего скрыть, так что не повезло мне. Я была не против, чтобы он пошел с нами. Это дало бы мне предлог прощупать его без давления и суеты, сопутствовавших завтраку. То, что мы находились в одном помещении по утрам, отнюдь не означало, что нам удавалось нормально поговорить. За завтраком, когда он был рядом, большую часть времени он беседовал по телефону, иногда отвечая на звонки как «Блэкрок», но в основном как «Генри».

Рэндалл, охранник, с которым я познакомилась в лесу сразу после приезда сюда, охотно рассказывал мне, как сильно занят был Генри. Я узнала, что рыжеватый блондин был единственным оставшимся человеком, помимо Генри, Агнес, запропастившегося Франклина и прочих отсутствовавших старейшин, который жил в клубе в настоящее время. Мы нечасто виделись, поскольку он почти ежедневно работал в разные смены, к тому же на ранчо жила его семья, с которой он регулярно ел вместе. Он был по-настоящему хорошим парнем, и больше всего мне нравилось то, что он обожал посплетничать почти так же, как Мэтти.

Ох уж эти оборотни. Я неспроста так сильно любила их. Мне, может, и не хотелось копаться в подробностях, но, если кто-то собрался бы поведать мне о том, что у Генри не было девушки уже более десяти лет, я не стала бы просить его замолчать. Но эту мысль я оставила на потом.

Пока же я решила сосредоточиться на самом важном человеке в моей жизни, а не на том, в ком не была уверена.

– Данки, мне вынести тебя на улицу на руках? – спросила я, как и каждую ночь, убирая фруктовый лед в сумку для ланча Агнес. На ней был изображен единорог.

Взгляд красных глаз встретился с моим, и я ощутила легкое прикосновение его сознания к моему:

– Нет.

Я подмигнула ему и сосредоточилась на маленькой девочке, возвышавшейся над моим Пончиком.

Я не особо рассчитывала на успех и все же предложила. Не рискуя, ничего в жизни не добьешься. Моя дружба с Агнес не особо улучшилась, но с ней я не собиралась опускать руки, даже будучи уверена, что она весила двадцать – двадцать пять килограмм.

– Агнес, ты хочешь, чтобы я вынесла тебя на руках?

Ее пристальный взгляд ответил «нет», но я не приняла это близко к сердцу. Напротив, я улыбнулась. Она крепкий орешек, но в этом нет ничего плохого. Крепкие орешки нелегко сломить.

Позволь она мне, я стала бы одним из яиц, которое помогло бы этому орешку-ябеде стать частью печеньки, потому что благодаря этой девочке я ценила то, кем стала.

Моя история, может, и не легла бы в основу мультипликационного фильма, но в этом нет ничего страшного. Я знала, что моя история была не про замок в солнечном государстве. Она скорее походила на готическую сказку, и я не переживала из-за этого. Ни у одной из этих принцесс не было щенка, который мог поджечь кого-либо ради нее.

– Ну что ж, тогда идемте, Пончик и мини-волк. Сегодня ночью не много облаков, так что нам, может, повезет, и мы увидим звездопад, – сообщила я им, прежде чем встретиться взглядом с Генри и снова чуть улыбнуться, на случай если он чувствовал себя неловко.

Я развернулась и со своим сообщником в ногах вышла из кухни. Генри и Агнес последовали за нами, и девочка несла в зубах сумку для ланча. В здании было пусто, как и всегда. Я провела нас по коридору и через главный выход: теплые пальцы скользнули по моим на дверной ручке, когда Генри чуть не опередил меня и жестом предложил идти вперед. Так я и сделала, наклонившись и погладив обоих малышей, – Агнес лишь косо посмотрела на меня, – после чего мы пошли дальше, через двор к знакомой поляне, где мы раньше перекусывали.

Агнес поставила термосумку на землю, и я ощутила, как напряжение исходило от детей, которые привыкли к нашему графику и были