Мой железный босс. Любовь вопреки - Анна Варшевская

— Не надо так на меня смотреть, — тут же ощетинивается жена. — Я правда проверяла температуру! Мне врач поручил!

— Конечно, — выговариваю слегка занемевшими губами. — Я и не сомневался.

— Феликс, блин… — она забавно пыхтит, морщит нос.

— Молчу.

— Вот и молчи.

Я действительно молчу. С трудом, но молчу.

— Я тогда поняла, что не испугалась, — произносит Аврора тише. — И сегодня сказала об этом Вере Тимофеевне.

Я почти спрашиваю, почему она рассказала всё это сначала ей, а не мне. Но успеваю понять, насколько это будет идиотский вопрос. В конце концов, она именно поэтому туда и ходит.

— И что ответила психолог? — уточняю вместо этого.

— Что это, конечно, важно, но не значит… что всё так сразу, — немного сумбурно отвечает она.

— Что именно «всё», не понимаю?

— Что даже если страха стало меньше, это не равно доверию, — произносит Аврора, глядя уже прямо на меня. — И не равно согласию. И не отменяет того, что было.

Вот теперь мне всё-таки хочется поморщиться, и совсем не от боли в спине.

— Удобная женщина эта твоя Вера Тимофеевна, — говорю сухо. — Никогда не позволит мне обрадоваться раньше времени.

— Она не для твоей радости со мной работает.

— Я заметил.

Аврора неожиданно не язвит в ответ. Только смотрит внимательно, словно проверяет, что я буду делать дальше. Приходится выдохнуть и отставить стакан, который до сих пор держу в руке, на стол.

— Продолжай, — говорю спокойно.

Брови у неё взлетают вверх в явном удивлении.

Да, дорогая моя. Я тоже удивлён.

— Мы говорили о том, что тело может перестать реагировать страхом в одной ситуации и снова среагировать в другой, — произносит она медленно. — Например, я могла спокойно подойти к тебе, когда ты спал. Но это не значит, что я так же спокойно отреагирую, если ты подойдёшь ко мне внезапно или решишь дотронуться без предупреждения.

— Я понял, — киваю в ответ. — И… к чему нас это приводит?

Аврора кидает на меня недоверчивый взгляд.

— Ну… К тому, что нам не нужно… точнее, мне не нужно торопиться с выводами. Если я не боюсь сидеть с тобой в комнате, это не значит, что нужно немедленно пробовать что-то большее. Не значит, что я должна давать тебе больше доступа, чем готова. И не значит, что я обязана быть последовательной в твоём понимании этого слова.

— То есть сегодня ты можешь спокойно сидеть рядом, а завтра снова отойти, если я подойду слишком близко?

— Да.

— И я должен не считать это шагом назад?

— Желательно.

— Прекрасно, — произношу сухо. — Очень простая система. Составишь для меня инструкции?

— Я не планировала этого делать, — осторожно отвечает Аврора.

— Зря. По инструкциям действовать проще.

— А ты хочешь… действовать? — голос у неё как-то меняется, я не понимаю, как именно, но неожиданно понимаю, что мне сейчас лучше сдать назад.

— Я хочу, чтобы тебе было комфортно рядом со мной, — отвечаю так, как наверняка должен ответить.

Аврора растерянно молчит, я не нарушаю тишины, давая ей полностью услышать и понять то, что сказал.

— Хорошо, — киваю после долгой паузы, почувствовав, что уже достаточно. — Что ещё сказала Вера Тимофеевна?

— Что я могу продолжить замечать и отмечать ситуации, когда чувствую себя в безопасности рядом с тобой. И что, если мне становится спокойнее в каких-то конкретных условиях, эти условия стоит запоминать… и давать тебе ориентиры.

— Ах вот что ты сейчас делаешь, — криво усмехаюсь. — А я-то удивлялся, почему ты так откровенна. Даёшь мне ориентиры?

— В каком-то смысле…

— Можешь дать мне ориентиры, что я должен сделать, чтобы поцеловать свою жену? — не удерживаюсь от вопроса, хотя заставляю себя говорить спокойно, даже лениво, не показывая, какое напряжение накатывает в эту самую минуту.

Аврора сглатывает, приоткрывает рот, но это… нет, это не возбуждение. Это настороженность.

— Ты меня торопишь, — говорит тихо.

Прикусываю язык, чувствуя, как накатывает привычное раздражение, в данный момент усиленное неудовлетворённостью. Слишком много ограничений! Слишком много условий, чтобы, мать вашу, просто находиться рядом с собственной женой!

Но вслед за раздражением приходит другое воспоминание.

О том, как я потерял голову и самообладание тогда, на том приёме. О том, как ползли слёзы по её щекам. И о том, каким пустым взглядом она на меня смотрела.

Нет. Нет, ни при каких условиях я этого больше не допущу.

— Извини, я не буду тебя торопить, — произношу ровно.

Удивительно, но с каждым разом такие слова получается произносить чуть легче.

И потом, мне нравится выражение её лица, когда она слышит от меня такое.

— Я попрошу тебя давать мне ориентиры, — продолжаю, с удовольствием наблюдая, как приоткрывается у неё рот, как округляются глаза. — Всё, что придёт тебе в голову.

— Ты… серьёзно? — лепечет Аврора.

— Вполне. Это похоже на техническое задание. Вполне выполнимое, — добавляю, слегка улыбнувшись. — Тебе разве так не кажется? Тебе же психолог это порекомендовала!

Она явно собирается возмутиться, но останавливается на полпути.

— Ты невозможен, — выдыхает, качает головой.

— Но выполним.

— Не уверена, что это слово можно применить к людям.

— Разрешаю тебе применить его ко мне.

Вот тут Аврора всё-таки улыбается. Коротко, тут же сгоняя улыбку с лица. Но мне хватает.

— Ладно, — говорит жена и встаёт. — Раз уж ты сегодня такой… выполнимый, закрывай свои документы и иди лежать.

— Аврора…

— Пожалуйста, ну не порти ты впечатление! — закатывает она глаза.

Я смотрю на неё, потом на документы. Потом снова на неё. И, к собственному раздражению, киваю.

— Хорошо.

Сдвигаюсь в кресле слишком быстро, спина тут же отзывается тупой болью, плечо тянет, и приходится на секунду замереть, чтобы не выдать выражением лица больше, чем я готов показать.

— Помочь? — слышу сочувственное, уже собираюсь резко отказаться, но вовремя останавливаюсь.

— Это ориентир? — уточняю, поднимая глаза на жену.

— Может быть… — она покусывает губу, потом делает неуверенный шаг в мою сторону.

Застываю на месте, стараясь не шевелиться и не спугнуть её лишним движением. И спустя несколько секунд чувствую её ладонь на своей талии, на спине. Тёплая…. даже через рубашку.

— Обопрись и выпрямляйся аккуратно, — говорит Аврора тихо, обхватывая меня уже рукой.

Помогает встать и тут же отходит в сторону, настороженно глядя на меня и спрятав руки за спиной.

Мне бы тоже неплохо было это сделать. Куда-то деть руки. Потому что тянутся они только в одну сторону. Заставляю себя остановиться и киваю.

— Спасибо.

— Ты меня пугаешь, — качает головой Аврора.

Я каким-то чудом понимаю, что она сейчас говорит не о том страхе, который обсуждала с психологом.

— Это, видимо, побочный эффект твоих ориентиров, — хмыкаю, желая разрядить обстановку.

— Я не ожидала,