Больше не кукла - Ольга Островская

− Либо она бы проявилась ещё раньш-ш-ше, − замечает Са-ард глухо.

Замерев, я закрываю глаза. Возможно, он прав.

Я слышу тихий шорох. Кажется, ко мне кто-то приближается. Я почти уверена, что это Шоа.

− Нам требовалось время, чтобы подготовить всё, Ж-шеня. И мы хотели уберечь тебя от волнений, − голос змея младшего действительно слышится теперь совсем рядом. Моей щеки касаются мужские пальцы. Скользят к виску, убирают прядь волос за ухо.

Я едва сдерживаюсь от желания прижаться лицом к его ладони. В груди становится тесно от щемящей тоски о том, что было разрушено.

Разрушено ведь? Или всё-таки нет? Может… для нас ещё есть надежда? Может, мы ещё сможем научиться доверять друг другу, когда избавимся от Хаманы? Может, вселенная всё-таки сжалится над моим бедным сердцем и даст второй, или уже точнее, третий шанс и возможность быть рядом с любимыми?

Частично именно поэтому я сейчас показываю братьям своё полное доверие. И именно ради этого должна проговорить свои сомнения. Хотя бы часть из них.

– Я чувствовала, что вы очень многое скрываете от меня, чувствовала, что не может быть всё настолько радужно и идеально. А когда пыталась с вами это обсудить, вы уверяли, что всё хорошо. И от этого я волновалась ещё больше, – признаюсь хрипло. – Прошу. Не делайте так, не изображайте то, чего нет. Если не можете чего-то рассказать, или показать, просто объясните это, скажите правду, не играйте никаких ролей. Я же не идиотка, я пойму и сделаю всё, что нужно. Пожалуйста.

– Жень, пос-с-смотри на меня, – просит Шоа-дар.

Открыв глаза, я тону в расплавленном серебре его взгляда. Он так близко, склонился надо мной, смотрит неотрывно. На чувственных губах играет нежная улыбка, заставляющая моё сердце радостно встрепенуться. Надежда, неубиваемым ростком распускается в душе.

– Мы тебя услыш-ш-шали. И впредь будем говорить. Я буду. Обещаю, – мягко произносит он.

– Спасибо, – улыбаюсь несмело. И невольно бросаю взгляд на Са-арда, каменным изваянием застывшего в стороне.

– Для брата это будет сложнее, но он тоже пос-с-старается, − правильно истолковывает мой взгляд Шоа.

Если Са-арду это нужно.

− И раз уж мы с-с-с тобой договорились быть честными, я сейчас хочу кое-что попрос-с-сить у тебя, − продолжает Шоа-дар. – Мы летим туда, где всё и случится. И было бы хорош-ш-шо, чтобы она не узнала преждевременно, куда именно. Можеш-ш-шь закрыть глаза, чтобы я отнёс тебя в спальный отсек? Там ты сможеш-ш-шь отдохнуть, пока мы летим.

Видимо, это какое-то очень особое место, координаты которого я никак не должна заметить в комнате управления.

− Глаза закрыть могу. А насчёт отдохнуть… Не уверена, что могу позволить себе это, − качаю головой. − Когда я всего лишь на чуть-чуть уснула на корабле Тамерана, в мои сны сразу прорвались её сновидения. Боюсь, как бы она не вырвалась в следующий раз.

− Сколько ты уже не спиш-ш-шь? – хмурится он.

− Около полутора суток.

− Это много для тебя. И опас-с-сно. Усталость тоже снижает твою концентрацию. Ты должна пос-с-спать. Тебе поможет, если кто-то из нас останется с-с-с тобой? – склоняет Шоа голову набок. – Например Са-ард?

Змей старший даже вздрагивает, услышав своё имя. Кажется, насчёт него мои надежды всё-таки напрасны. Не сможет он забыть всего случившегося.

− Я не знаю, − бормочу. – Не думаю, что Са-ард этого хочет.

− Ты ошибаеш-ш-шься, − подаёт голос объект нашего обсуждения. – Брат, если не возражаешь, я с-с-сам отнесу Женю в спальный отсек. И постерегу её сон.

− Не возражаю. Пожалуй, вам действительно стоит побыть вдвоём, − Шоа выпрямляется и отползает в сторону, давая брату возможность приблизиться ко мне.

И вот он уже рядом. Смотрит всё так же напряжённо, настороженно.

− Я не собираюсь нападать, − не выдержав, хмыкаю я нервно.

− Меня больш-ш-ше волнует, не собираеш-ш-шься ли ты от меня убегать, − произносит он глухо, медленно склоняясь.

− Зачем мне это делать? – удивлённо таращусь на него.

− Не «зачем», а «почему», − слышу в ответ слегка ворчливое. Но ответить не успеваю. Он бережно поднимает меня с сафы, мягко прижав к своей груди, и направляется к двери. – Закрой глаза, Ж-шеня.

Я без возражений выполняю его просьбу. Подумав, для надёжности ещё и руками закрываю, а потом прижимаюсь лицом к его плечу. Позволяю себе вдохнуть его запах, вспомнить, как много раз таяла в его руках. Моё преобразованное тело будто оживает.

Краем уха я слышу шелест открываемой двери, спустя минуту – ещё одной. Потом, судя по звуку, эта, вторая, закрывается позади нас. Са-ард замирает на месте. Наверное, мы уже в спальном отсеке. Я всё жду, что он позволит открыть глаза, но на-агар молчит. Лишь его руки на мне ощущаются всё горячее.

− Ж-шеня, − слышу я вдруг тихий стон. В нём столько боли и тоски, созвучной моим собственным, что сердце обрывается. – Моя с-с-смелая, с-с-сильная девочка. Ты просила разговаривать с тобой. У меня та же прос-с-сьба. Поговори с-с-со мной. Позволь помочь.

33.2

− А разве я не говорю? – шепчу хрипло. – С тех пор как прибыла на ваш корабль, только и делаю, что рассказываю вам все, что вы хотели знать. − Руки опускаются, больше не прикрывая зажмуренные глаза. Повернув голову, теперь прижимаюсь виском к его плечу.

Так я сразу увижу его лицо, когда открою глаза. Когда он разрешит.

Но вместо этого я чувствую на веках нежные поцелуи. Дыхание запирает в груди.

− Не вс-с-сё, − замечает Са-ард.

− У тебя есть еще какие-то вопросы? – спросив, невольно запрокидываю голову еще больше. Губы раскрываются в немой мольбе.

Я ничего так не желаю, как его нежности. Она жизненно необходима росткам моих надежд.

– Только один, – губ касается горячее дыхание. – Почему ты не захотела с-с-с нами связаться сразу, как только Тамеран тебя забрал?

Оцепенев, едва сдерживаюсь от порыва всё-таки открыть глаза и посмотреть на него. Однако нет… может, это у него такая проверка?

Са-ард не мог не задать именно этот вопрос. Самый сложный из всех.

– Я боялась разговора с вами, – признаюсь сглотнув. – Сразу же спросила его, как вы. Как ты. Прежде всего стремясь убедиться, что с вами все в порядке. А когда