Ошейник принца вампиров - Дарси Фэйтон

за неё. Ведьмы были вне закона, закона, который казался бесполезным, учитывая, что их якобы уничтожили. По крайней мере, именно это им всем и внушали.

— Я Барбара, — сказала женщина, и её скрюченная рука дрожала, когда она уронила кинжал в открытый ящик прикроватной тумбы.

— Что с вами, Барбара?

— Какая ты прямолинейная и резкая. Настоящая волчья черта. Не волнуйся, я говорю это как комплимент, дорогая. — Женщина вздохнула и откинулась на подушку. — Я умираю, как ты видишь. Но страдать долго не буду. Он скоро придёт за мной.

Кира напряглась.

— Кто придёт за вами?

Старая женщина открыла рот, чтобы ответить, но снизу донёсся скрип. Она приложила палец к губам.

Скрип шагов на лестнице заставил желудок Киры сжаться, и она на мгновение задумалась, не обратиться ли ей.

— Лёгок на помине, — выдохнула ведьма, её голова бессильно откинулась на подушку. Она закрыла глаза. — Он здесь. Я не думала, что он придёт так скоро.

— Кто здесь? — спросила Кира, отступая от двери спальни, пока тяжёлые шаги пересекали площадку.

Она поняла, кто это, за секунду до того, как тёмная фигура появилась в затенённом дверном проёме.

— Натаниэль, — выпалила она, пытаясь придумать, как объяснить, что она здесь делает.

Но прежде чем она успела что-либо сказать, взгляд Натаниэля скользнул с неё на Барбару.

Он знает, что она ведьма?

— Ей нехорошо, — начала Кира, но её голос оборвался, перехваченный ужасом.

Манера поведения Натаниэля изменилась, он напрягся в тот же миг, как увидел ведьму.

Его глаза сверкнули красным, губа приподнялась, обнажая острые, удлинившиеся клыки.

— Нет, — выдохнула Кира, её мышцы напряглись, когда она поняла, что он собирается сделать.

Долю секунды спустя Натаниэль ринулся к ведьме, оскалив зубы и готовый насытиться.

Натаниэль замер на долю секунды, увидев Киру в комнате Барбары, но одного взгляда на измождённую ведьму хватило, чтобы он рванул к постели, а его клыки начали медленно удлиняться.

В последний момент Кира шагнула между ним и Барбарой, заслоняя её, и резко толкнула его в грудь.

— Кира, что ты—?

— Отъебись, Натаниэль, — прорычала Кира, её золотые глаза опасно сверкнули.

Он нахмурился.

— Что ты—?

— Оставь её в покое.

— Мне нужна всего минута или две, — сказал он, пытаясь обойти её, но она снова толкнула его.

— Я серьёзно. Если ты думаешь, что я позволю тебе впиться в эту бедную женщину, тебя ждут совсем другие последствия.

Понимание медленно дошло до него. Кира решила, что он собирается убить ведьму, и хотя она ошибалась, он ощутил странный прилив гордости, глядя, как она стоит перед ним.

— Это не то, что ты думаешь, — начал он, стараясь говорить спокойно и ровно. Он поднял руки, показывая, что не собирается нападать. — Обещаю, я пришёл не за тем, чтобы причинить вред Барбаре.

Медленно, чтобы не спугнуть Киру, он расстегнул манжету и повернул руку, обнажая запястье.

— Я здесь, чтобы помочь ей.

Кира не сдвинулась с места, её взгляд цепко следил за каждым его движением.

— Как? И с какого хрена ты вообще стал бы помогать ведьме?

— Почему? Потому что она последняя ведьма в мире. А как… — он поднёс внутреннюю сторону запястья к губам и вонзил в неё клыки, прокалывая плоть. Багровая кровь потекла по руке и закапала на пол.

Он не отводил взгляда от Киры, пока она смотрела на него с удивлением, тревогой и чем-то ещё, что он не мог до конца понять.

Он сделал шаг вперёд, и на этот раз она позволила ему пройти. Он подошёл к Барбаре. Ведьма была слабее, чем он когда-либо видел её: лицо исчерчено глубокими морщинами, светлые волосы поседели. Грудь едва поднималась в поверхностных вдохах, и она выглядела почти без сознания, глядя на него сквозь бледные ресницы.

— Натаниэль, — прошептала она. — Ты здесь.

— Барбара, что ты с собой сделала? — спросил он, прижимая запястье к её губам.

— Я немного увлеклась.

Пока Барбара пила его кровь, жизнь возвращалась в её тело, и вместе с этим отступали следы старения. Обвисшая кожа подтягивалась, морщины разглаживались, узловатые руки становились гладкими и сильными. Волосы оживали, возвращая себе блеск и цвет, и когда она наконец отстранилась, ясность вернулась в её лесно-зелёные глаза.

Это заняло всего несколько минут, но Барбара полностью восстановилась и теперь выглядела примерно на тридцать с небольшим.

— Я взяла слишком много, — сказала она, цокнув языком.

— Вовсе нет. — Он провёл языком по запястью, и рана начала затягиваться, останавливая кровь.

Кира всё это время стояла, уставившись на него с приоткрытым ртом. Он знал, что она видит, как его глаза светятся красным, как всегда, когда он кусает кого-то. Только сейчас он не питался, и в теле чувствовалась слабость.

Кира смотрела на него в замешательстве.

— Я не понимаю.

— Ведьмы могут жить очень долго, — объяснил Натаниэль. — Почти бесконечно. Но за магию они платят собственной жизненной силой. Если они заходят слишком далеко, это истощает их, старит и может убить. Кровь вампира обладает регенеративными свойствами, она может—

— Ты говоришь об этом слишком сухо, Нат, — перебила Барбара.

— Нат? — повторила Кира.

Если бы он не знал её лучше, решил бы, что она ревнует. Но у неё не было для этого причин. Он никогда не испытывал к ведьме ничего подобного, да и та была на несколько поколений старше него. Прожив века, большинство ведьм и колдунов начинали выживать из ума, словно магия выедала им мозг.

Барбара перекинула ноги через край кровати и повернулась к Кире, её голос стал живым и уверенным.

— Послушай, дорогуша. Всё взаимосвязано. Магия ужасно истощает, как ты, уверена, понимаешь. Когда-то ведьмы, вампиры и волки жили рядом. Мы полагались на вампиров и их кровь, чтобы восстанавливаться. И, вопреки тому, что ты думаешь, вампиры тогда не были врагами. В первую очередь они были целителями.

Кира, до этого молча слушавшая, насмешливо фыркнула.

— Вампиры были целителями?

— О, да. До того как король Хенрик увёл своё поколение по ложному пути… да и предыдущее, если честно, было не лучше… мир был совсем другим. Был баланс. Хотя отец Натаниэля не единственный виновник. Всё началось, когда король волков вторгся на исконные земли вампиров, и с тех пор они только и делают, что готовы вцепиться друг другу в глотки. Я ещё помню время—

— Ты действительно последняя ведьма? — перебила Кира.

Барбара печально кивнула.

— Насколько я знаю, да. Я последняя ведьма в мире. Натаниэль защищал меня все эти годы.

— Правда? — спросила Кира, с любопытством глядя на него.

— О, да. Это была его идея,