Попала в книгу Главной злодейкой - Елена Звездная

Я сделала еще шаг назад, наслаждаясь его замешательством.

— Знаешь, в чем твоя проблема? Ты бесишь. И раньше бесил, когда я была лишь испуганной девочкой, но сейчас, когда я выросла и узнала цену свободы, ты бесишь меня особенно. Запомни — я не буду служить тебе. Ни-ког-да.

И в моем взгляде блеснула сталь.

— Любое движение в мою сторону без моего согласия, любая попытка снова загнать меня в угол — и я выпиваю яд. Ты получишь хладный труп, Дракон. Это будет твой единственный трофей.

Император открыл было рот, чтобы что-то возразить, но я перебила его издевательским смешком.

— А что касается твоего указа об «официальном гиде»… Дракон, ты как-то подозрительно многое забываешь для существа, претендующего на мировое господство. К примеру, ты только что, на глазах у всего эльфийского государства, выставил меня государственной преступницей и лгуньей. А преступников, мой дорогой, не берут на официальные дипломатические должности. Это нарушение всех протоколов, которые ты сам же и подписал.

Я подошла к двери, положив руку на ручку, и в последний раз обернулась.

— Мой тебе совет, Рейнхард, — лети отсюда. Лети в свой Элладор быстро и не оглядываясь. Потому что у меня было пять лет на подготовку к этой встрече, и я, в отличие от тебя, подготовилась сполна.

И вышла в коридор, оставив Императора Элладора стоять посреди зала в полном одиночестве, и захлопнула дверь с таким звуком, будто вбила последний гвоздь в гроб его самоуверенности.

Глава 14

А следующим утром, не дожидаясь его решений, я сделала свой ход.

Зал Храма Истины гудел, как потревоженный улей. Воздух под сводами казался наэлектризованным — весть о том, что Лириэль из дома Алого Заката собирается сделать заявление, разлетелась по Элиантару со скоростью лесного пожара. Две сотни высших эльфов, в одеждах всех оттенков изумруда, серебра и лазури, заполнили зал, впиваясь в меня взглядами, в которых мешались презрение и жадное любопытство.

Я шла к центру, чеканя каждый шаг. Мое платье было закрытым, почти монашеским, подчеркивающим внезапно обретенную кротость. Подойдя к исполинскому Белому Древу, я склонилась в таком глубоком и благоговейном поклоне, что старейшины дома Золотого Листа невольно выпрямились в своих креслах.

— Старейшины Вечного Леса, — мой голос зазвучал под сводами чисто и горько, в нем дрожала тщательно отрепетированная обида. — С глубоким прискорбием и содроганием я вынуждена сообщить — вчера, подчиняясь вашему суровому, но священному для меня указу, я посетила человеческое посольство. Я явилась к Императору Рейнхарду, готовая принять любую кару… Но этот пошлый, лживый сластолюбец открыл мне правду, от которой кровь стынет в жилах.

Я сделала паузу, чувствуя, как взгляды эльфов.

— Он сообщил мне, — я перешла на шепот, который, однако, услышал каждый, — что магия Драконов древнее и хитрее нашей. Что он нашел способ… осквернить саму суть Истины.

Я резко повернулась к Древу и положила ладонь на его вибрирующую кору. Холодная пульсация магии прошла сквозь мои пальцы.

— Я брюнетка, — громко произнесла я. — У меня темные волосы.

В голове вспыхнул образ московской квартиры, зеркала в ванной и копны моих настоящих темных волос. Для моей души это было неоспоримым фактом.

Древо Правды дрогнуло, и его ветви озарились ровным, изумрудным светом. Ответ — ДА.

Старейшины застыли. По залу пронесся вздох недоумения — все отчетливо видели мои золотые эльфийские локоны.

— Я блондинка, — возвестила я, глядя в глаза главному Старейшине. — У меня золотые волосы.

Это было правдой для моего тела в этом мире.

Древо вспыхнуло снова. Тот же чистый, подтверждающий свет. Ответ — ДА.

Зал ахнул. Кто-то вскрикнул. Древо, которое не могло лгать, только что подтвердило два взаимоисключающих факта. Магия святилища забилась в лихорадке.

— Дракон! — я обернулась к толпе, и в моих глазах, как по заказу, блеснули слезы. — Пять лет назад он наслал на меня морок. Он отравил мое сознание странными, лихорадочными снами, в которых он владел мной… Снами настолько яркими, что я сама поверила в свой позор!

Рука на дереве. Вспышка. Ответ — ДА. (Ведь сны действительно были, и я действительно в них верила).

— Но тело мое не знает прикосновения мужчины! Я чиста перед небесами!

Для этого мира я была девственницей.

Свет Древа в этот раз был ослепительным. Оно сияло так ярко, что эльфы закрывали лица руками. Ответ — ДА.

В зале начался настоящий хаос. Старейшины в ужасе взирали на Древо, которое только что расписалось в собственной беспомощности перед «драконьей магией».

— Он обманул всех нас! — возвестила я, воздев руки к сводам. — Он использовал меня, чтобы выставить наш суд посмешищем! Он осквернил Истину, чтобы посеять раздор в Вечном Лесу! Он пришел не за преступницей, он пришел, чтобы уничтожить веру эльфов в самих себя!

Патетично упала на колени перед Древом, содрогаясь в притворном рыдании. Внутри же меня ликовала «главная злодейка».

Я не просто очистила свое имя. Я сделала Рейнхарда богохульником и крайне опасным существом.

И да — быть злодейкой прекрасно!

Свинцовая тишина, сковавшая зал на несколько секунд, взорвалась яростным многоголосьем. Две сотни эльфов в едином порыве выразили негодование. Религиозный шок, смешанный с первобытным страхом перед «драконьей скверной», превратил собрание в бурлящий котел.

Главный Старейшина дома Золотого Листа, чье лицо теперь белизной могло соперничать с корой священного Древа, бессильно опустился на резные подлокотники своего кресла. Его пальцы, унизанные кольцами, дрожали.

— Магия Истины… нарушена? — прохрипел он, глядя на изумрудное сияние, которое медленно гасло на ветвях. — Если Дракон может заставить Древо подтверждать ложь и истину одновременно… значит, ни одна наша тайна, ни одно наше слово больше не защищены.

Гладиар, первым оказался рядом. Он подхватил меня под локоть, бережно, словно хрупкий сосуд, помогая подняться. В его взгляде, еще недавно полном тревоги от моей безрассудной идеи, светилась такая неприкрытая гордость и нежность, что мне на миг стало почти стыдно. Почти.

— Дочь моя… — выдохнул он, прижимая меня к себе. — Моя бедная, сильная девочка. Всё это время ты несла это бремя в одиночку?

Инидар выступил вперед, заслоняя нас от толпы. Его голубые волосы полыхнули магическим светом, а рука легла на эфес меча. В глазах цвета сапфиров застыла сталь.

— Старейшины! — его голос перекрыл шум зала. — Указ о выдаче леди Лириэль должен быть аннулирован немедленно! Вы только что видели доказательство — человеческий Император не ищет правосудия. Он ищет способ уничтожить Вечный Лес через ложь и осквернение наших