Лекарь для хана - Галина Погорелова

— Нет. Хватит ночь тревожить.

— И то верно, – тут же поддержала меня Умай. – Ночь у нас приключилась такая, что забери ее Всевышний, и горести твои забери... Утром свидитесь – никуда он не денется.

Вот тут можно было бы и согласиться. Как ни крути, а на беседы и тем более на поиски Борчи у меня действительно не осталось сил, но засыпала я все же с тяжелой головой.

Разговор со стариком оставил после себя горький осадок, словно он не просто ушел.

Словно прощался.

Глава 54

К тому моменту, как тишину дворца нарушил первый призыв муэдзина, я уже не спала – лежала с закрытыми глазами, гоняя в голове одни и те же мысли.

К рассвету уверенность в том, что в последних словах Борчи скрывался подтекст, только окрепла. И вместе с ней дурное предчувствие, но какое-то время мне еще удавалось его игнорировать. Во-первых, помогло сносное самочувствие: проснулась я не вполне здоровой, вымотанной, однако за ночь не было ни сильных болей, ни новых приступов тошноты. Что совсем неплохо.

Но придется и мне посидеть на диете, построже, чем у хана. Мало ли что вызвало ту рвоту. Возможно, у меня давно назревала язва. А может, кровь была лишь следствием переваренной чужой боли – объяснение, которое мое медицинское образование принимать отказывалось, зато дар понимал прекрасно.

Во-вторых, меня смогла занять Умай, снизошедшая сегодня до откровений.

Едва открыв глаза, я заметила ее в глубине комнаты. Бывшая караванщица сидела на полу – на принесенном из гостиной тюфяке – и смотрела в сторону покрытой изразцами стены. Задумчивая, уставшая от бессонной ночи, она неотрывно разглядывала сложенный из керамических пластин узор. Он чем-то напоминал славянские орнаменты, копировал их или же действительно был привезен с русских земель. Впрочем, как и Умай.

Я и раньше порывалась расспросить ее о прошлом, но повода лезть с таким личным не находилось. В первую неделю нашего знакомства было не до ее историй, хватало и собственных бед. А потом, после той порки-казни, подобные разговоры и вовсе казались не к месту. И все же сейчас вопрос как-то сам сорвался с языка.

— Эй, апа, – позвала я.

Умай вздрогнула и сразу попыталась подняться.

— Нет, не вставай: все хорошо со мной, я за ночь отошла… Скажи лучше: ты когда попала в Джучи?

Опустившись на тюфяк и помолчав, она вернула взгляд к стене.

— По весне нас сюда пригнали. Меня и двух сестер: они от хвори сгинули и до торгов не дожили, я же продана была.

— Тогрулу?

— Ему… А в каком году – не скажу. Я тогда грамоты не знала, это он учиться велел.

Умай усмехнулась, но без радости.

— И он меня в жены взял из кул. Так что ходить невольной для меня не ново, хатун.

— Где же твой дом? Ты откуда родом?

— Смоленское княжество, – ответила она и, угадав мой следующий вопрос, добавила с легкой улыбкой: – Ольгой меня звали.

— Хочешь туда вернуться?

Но она быстро замотала головой.

— Всевышний с тобой, на что я там нужна? Да если бы и нужна, уже и порога родного нет: мы сиротами с сестрами были. Ни двора, ни родни, ни веры старой. Да я веры той и не помню вовсе.

Умай снова посмотрела на меня.

— Ежели ладно все с тобой, дозволь пойти помолиться. И тебе мешать не буду, и на Гульнару погляжу.

— Иди...

Догадавшись, что свой лимит признаний за это утро она исчерпала, я кивнула на дверь, но сама так и не поднялась. Все еще надеялась наверстать ночь, подремать. Но лишь когда объявилась Разия, пришлось признать: ни сон, ни покой ко мне больше не вернутся. С ее приходом мое и без того дурное настроение окончательно взяло верх.

С первых минут пробуждения я была уверена, что день окажется насыщенным: ждала встречи и с ханом, и с Борчи, и с Тайдулой-хатун. Сегодня ведь как раз намечалось очередное сборище в ее покоях, однако Разия вогнала меня в ступор.

Оказывается, никаких распоряжений на мой счет не поступало, что было странно. Даже слишком.

Разия при этом вела себя собранно, но в ее настроении я уловила тревогу, почти страх. И этот страх, как мне вдруг почудилось, висел под потолком не только в моей комнате, но и во всем дворце.

Что-то происходило… Что-то связанное со мной, с нашим тайным кружком, и прежде всего с Борчи.

Неужели он и правда прощался со мной? Неужели сбежал, оставив меня одну в этой банке с пауками?

На мои аккуратные вопросы Разия, как и ожидалось, отвечать не стала. К тому же я и сама не